Толстова Т.С.

Русская усадьба в XVIII - XIX вв. достигает апогея своего развития. Вся Москва и Подмосковье – не говоря о всей стране - буквально заполняется усадьбами, которые включают не только дом, но и целый комплекс помещений, будь то оранжерея или беседка, летний домик или часовня. В настоящее время усадебный образ жизни серьёзно утрачен, поэтому нам представляется невероятным, слишком хлопотным и даже беспочвенным с точки зрения практической составляющей постоянное проживание в усадьбе. Тем шире интерес к русской усадьбе.

Усадьба Останкино является одной из самых знаковых комплексов. Во-первых, потому что, находясь на территории Москвы, она кардинально отличается от городского пейзажа. Нахождение на территории усадьбы в действительности переносит её гостя в иное измерение. Во-вторых, усадьба Останкино является типичным синтезом всех тех искусств, которыми была полна каждая усадьба. В-третьих, отличительный знак этой усадьбы – театр. Останкинский театр поистине уникален и интересен для изучения с целью хотя бы саморазвития.

История усадьбы Останкино как культурного комплекса начинается с имени Николая Петровича Шереметьева. Вместе с тем, история села Останкино отсылает исследователя в XVI в. Известно, что до Смутного времени село Осташково на Суходоле, как ранее именовалось Останкино, принадлежало дьяку Василию Яковлевичу Щелкалову. Он использовал имение исключительно в хозяйственных целях, хотя к XVI в. там имелись боярский дом, хозяйственные постройки и деревянная церковь Живоначальной Троицы. Известно также, что в результате польско-шведской интервенции Останкино было разорено[1]. С воцарением династии Романовых на русском престоле усадьба переходит в руки Ивана Борисовича Черкасского, после смерти которого за неимением наследников её получил его родственник Яков Куденетович Черкасский. Правнучка последнего Варвара Алексеевна Черкасская в 1743 г. вышла замуж за Петра Борисовича Шереметьева с усадьбой в качестве приданного. В конечном итоге, род Шереметьев стал владельцем Останкино[2]. Князья Черкасские соорудили в Останкино каменную церковь Живоначальной Троицы, а также занимались благоустройством в целом. Внук Николая Петровича Шереметьева Сергей Дмитриевич пишет, что «всего дороже в Останкине и любопытнее это церковь … в ней вы переноситесь в конец XVII в.» [3].

Известно, что убранство усадьбы позволило Черкасским принимать у себя Елизавету Петровну. Но расцвет усадьбы произошёл при Шереметьевых.

Пётр Борисович не уделял особого внимания усадьбе, поскольку Шереметьевы тогда уже владели Кусково. Поэтому серьёзные изменения в облике усадьбы и превращение её в одну из самых роскошных того времени приходятся на деятельность его сына Николая Петровича Шереметьева.

Существует мнение, что его заставило напрямую заняться благоустройством Останкино влюбленность в крепостную актрису Прасковью Ковалёву, которая выступала в театре в Кусково. Поскольку в фамильном имении было невозможно открыто выражать свои чувства, Николай Петрович решает перебраться в Останкино и основать там самостоятельный театр специально для возлюбленной.[4]

Под тщательным контролем Николая Петровича Шереметьева возводится дом, где центральное место занимает театр.

Всякая усадьба является средоточием максимального числа искусств. В первую очередь, усадьба – это строительство. Дом, хозяйственные постройки, беседки, павильоны, зимний сад, летний домик – всё возводится по строго определённому плану и в гармонии друг с другом. Кроме того, в усадьбе всегда есть церковь или часовня. Таким образом реализуется искусство архитектуры. Вокруг усадьбы всегда разбивается сад, пруд, парк. Безусловно, эти элементы максимально гармонируют с постройками. Здесь можно говорить об искусстве ландшафтного дизайна. Внутри построек, в первую очередь, жилого дома, имеют место бесчисленное число искусств. Живопись украшает стены, скульптура встречается как внутри дома, так и на улице. Декор комнат подразумевает особое искусство выкладки паркета, обивки мебели. Здесь работает дизайнерское искусство. Помимо всего прочего, устройство усадьбы, где система комнат строится по принципу анфилады, свидетельствует о том, что в доме проходят танцы. Как раз, проходя в танце через все комнаты, партнеры рассматривают убранство. Танцы без музыки невозможны, а никаких звукозаписывающих устройств в то время не было. Это значит, музыка была живой. Во многих усадьбах появляется театр. И если обычно он служит дополнением и украшением дома, то в случае с Останкино, театру подчинен весь дворец.

Таким образом, становится очевидным, что русская усадьба является воплощением синтеза всех возможных искусств, в результате чего усадьба сама становится произведением искусства.

На примере усадьбы Останкино интересно рассмотреть системы комнат. Не секрет, что комнат во дворцах всегда было много – в Останкино их было 30, и все они отличались совершенным исполнением. Вероятно, это напрямую связано с культурой балов, когда гости занимали весь дом, и обилие комнат позволяло всем заниматься определёнными делами: беседой, курением, игрой в карты, танцами и т.д.

Но комнаты отличались тем, что являли собой самостоятельное пространство, организованное строго определенным образом. И что особенно примечательно, каждая комната имела и имеет своё название. Применительно к усадьбе Останкино следует назвать Малиновую прихожую, Голубой зал, Пунцовую гостиную, где название говорит о цветовой гамме исполнения помещения. Во дворце есть и кабинет-ротонда, название которого символизирует особую геометрию пространства. Похожая тенденция прослеживается в наименовании павильонов усадьбы. Так, в усадьбе Останкино, существуют Египетский и Итальянский павильоны.

В отличие от отца, Петра Борисовича Шереметьева, Николай Петрович тяготился елизаветинским барокко и пожелал выстроить усадьбу в строгих формах раннего классицизма. Он писал в одном из писем, что «фасад, перегруженный орнаментом, не будет иметь успеха в настоящее время, и я сам придерживаюсь прекрасной простоты столь изысканной»[5].Дворец Останкино и сейчас читается шедевром классицизма. Николай Петрович привлёк к его строительству множество мастеров, в том числе иностранных.

Первый проект строительства предложил Ф.Казий, почетный член Болонской и Пармской академий архитектуры, живописи и скульптуры. Через год новый проект был подан графу Шереметьеву итальянцем Д.Кваренги. Но утвердил граф только третий проект, автором которого был Ф. Кампорези. Примечательно, что, несмотря на привлечение видных иностранцев к проектированию усадьбы, руководство строительством возглавил крепостной архитектор Павел Иванович Аргунов, который, однако, учился у уже упомянутого Ф. Казия. Исполнителями проекта Ф. Кампорези стали также крепостные Алексей Фёдорович Миронов и Григорий Ефимович Дикушкин [6]. Несмотря на отвергнутый проект Д. Кваренги, Николай Петрович привлекает его к строительству в качестве советчика и помощника[7].

Композиция дворца строится по двум линиям одновременно. Во-первых,кубических павильоны, Египетский и Итальянский, соединяются с основной частью здания галереями, что образует некую горизонталь в дворцовом ансамбле; при этом, непосредственно дворец тоже представляет собой композицию, в центре которой находится огромный купол.

Купол дворца заслуживает особого внимания. По сути это даже не купол – больше бельведер или мезонин. Купол задаёт тон всему дворцу. Когда гости подъезжали к усадьбе, первое, что они видели, был именно купол. Строго говоря, он был приветствием гостей. Кроме того, купол символизирует синтез искусств, некий пантеон, который указывает, что дворец – это храм искусства, в первую очередь, театрального.

Стиль классицизм отражён, в первую очередь, в строгой геометрии и симметрии дворца, оформлении колоннами. Примечательно, что центральная часть дворца украшена колоннами в нарядном коринфском стиле, а колоннада боковых фасадов исполнена в ионическом стиле. Так задаётся иерархия дворца, где на первый план выходит центральная часть – храм театр, далее боковые части дворца, а за ними уже павильоны, соединенные нитью одноэтажных галерей.

Площадь перед дворцом по форме напоминает подкову. Такой вид характерен для усадеб XVIII в. Ключевой элемент этой площади – мраморная статуя Аполлона Бельведерского в центре. Изображение древнегреческого бога ещё раз символизирует, что Останкино – это храм искусства и красоты. Внутри дворца есть статуи Диониса и Вакха как символ удовольствия и веселья, которые царят во дворце.

Уникальность дворца состоит также в том, что он построен из дерева. При этом, мастера обладали таким профессионализмом, что они дерево «превращали» и в мрамор, и в камень, и в металл. Крепостные, трудившиеся над обликом Останкино, были воистину гениями имитации.

Останкино называют шедевром крепостного зодчества. Действительно, именно крепостные мастера строили, отделывали, декорировали дворец. Семья Аргуновых вообще насчитывала множество талантливых членов. Иван Аргунов оставил множество портретов, среди которых видное место занимает портрет Ковалёвой-Жемчуговой. Его сын после дарованной Шереметьевыми свободы стал академиком живописи. Крепостной Григорий Мухин оформлял интерьеры. Его руке принадлежат плафоны, выполненные «под мозаику». Он же декорировал театр Останкино. Кондратий Фунтусов был живописцем, Фёдор Прятченка – автор фигурных паркетных полов, композиция которых не повторяется дважды. Иван Мочалин занимался резьбой[8].

Изучение усадьбы Останкино невозможно без изучения его знаменитого крепостного театра. Главным достижением театр обязан Ф.И. Пряхину, который создал удивительное помещение . Зрительный зал, именуемый «вокзал» превращался из театральной залы в танцевальную. Технически удалось добиться того, что по надобности все декорации убирались. В доказательство следует привести воспоминания гостей Останкино.

В 1797 г. Останкино посетил польский король Станислав Понятовский. Отзывы о приёме были самые лестные. Король и его окружение пишут, что разве только курфюрст может иметь нечто подобное в плане устройства дворца, всё блестит золотом, мрамором, статуями, вазами; они восхищаются трансформацией зрительного зала: «по окончании спектакля король со всем обществом вернулся в комнаты, где не успел побыть и получаса, как их попросили сойти по той же самой, покрытой красным сукном лестнице, которая их вела в театр. Вместо последнего глазам зрителя представилась теперь огромная бальная зала, образованная из амфитеатра и театра»[9]; король делает вывод, что всё было самой лучшей работы и во всем нельзя было найти ничего более законченного[10].

Первый спектакль был дан 22 июля 1795 г. Для открытия граф Шереметьев выбрал драму «Зельмира и Смелон, или взятие Измаила». Все актёры были крепостными, а то время как зрители – высший свет эпохи. Примадонной театра была Прасковья Ковалёва, супруга графа, которая получила в качестве сценического псевдонима взяла фамилию Жемчугова.

Расцвет Останкинского театра по разным данным приходится на 1797-1803 гг[11]. или на 1795-1797 гг[12]. В этот период репертуар включант в себя многочисленные драмы, оперу, балет. Из Европы, главным образом, из Франции граф Шереметьев регулярно получал новые сценарии, которые переводил крепостной Вороблевский. Он же был и режиссером театра, и библиотекарем Шереметьевской библиотеки. В театре работали изумительные костюмеры, художники. Важно отметить, что Останкинский театр – единственный в России театр XVIII в., где сохранились помещения фойе, гримировочные актеров, зрительный зал и частично машинное отделение[13].

Закату театра способствовали ряд событий. Во-первых, вынужденный отъезд графа Николая Петровича в Петербург в конце 1797 г. для службы Павлу I. Граф уже не мог вплотную заниматься театром, он даже распускал труппу, однако, полностью в уменьшенном составе, но она все равно оставалась. Во-вторых, смерть дивы театра Прасковьи Ивановны Ковалевой-Жемчуговой в 1803 г. от туберкулёза. Эти даты соответствуют концу расцвета согласно приведенным выше мнениям.

В 1809 г. умирает Николай Петрович, и вся усадьба переходит его шестилетнему сыну Дмитрию. До его совершеннолетия опекуном имущества становится государство. В 1817 г. во дворце состоялся приём императора Александра I, на котором Дмитрий не присутствовал из-за малолетства. Современники отмечают, что, несмотря на торжественность приёма, не было прежней роскоши.

Дмитрий Николаевич не занимался устройством усадьбы, в результате чего имение пришло в упадок. Только его сын Сергей, оставивший мемуары и записки об Останкино, задался целью восстановления былого шарма усадьбы.

В целом, усадьба Останкино имеет различные отзывы. На ряду с восторженными, есть и менее лестные. Так например, Николай Михайлович Карамзин писал: «Останкино нравилось Шереметьеву разве близостью в городу. Положение совсем не красиво. Дом велик,в украшениях заметен мелочный вкус. В саду есть хорошие деревья; всего лучше древние кедры, привезенные князем Михаилом Яковлевичем Черкасским из Сибири, где он был губернатором» [14]. Александр I отмечал, что единственным недостатком Останкино было то, что из окон не видно Москву[15]. Побывавший в Москве англичанин Пагет писал, что празднества в Останкино отличались удивительной пышностью, напоминая по фантастичности одну из «Арабских ночей», в отношении блеска и великолепия провосходя все, что только могло дать самое богатое воображение человека или что только могла нарисовать самая смелая фантазия художника [16].

В результате изучения истории и декоративных особенностей усадьбы Останкино, мы выяснили, что усадьба была венцом деятельности графа Николая Петровича Шереметьева, который вложил всю душу в строительство и обустройство имения. Останкино являет собой замечательный пример средоточия многих видов искусств в одном месте: это и архитектура, и скульптура, и живопись, и ландшафтно-парковое дело, и танцы, и музыка, и ,наконец, театр.

Останкино служит образцом русского народного крепостного творчества. Возведённая по проекту иностранца Ф. Кампорези, воплощалась усадьба трудом крепостных крестьян. Это доказывает, что русский народ – трудолюбивый и талантливый.

На примере Останкино мы выяснили особенности русской усадьбы. В первую, очередь, усадьба представляло собой целый комплекс построек с разбитым парком, которые составляли единое пространство. Во-вторых, в усадьбе реализовывались многочисленные формы искусства. В-третьих, усадьба была выполнена в едином стиле, начиная от фасада и заканчивая торшером. В-четвёртых, усадьба была нацелена на приём многочисленных гостей, поскольку даже самой большой семье с практической точки зрения не нужны 30 комнат.

Итогом работы является мысль о том, что усадьба представляется самоцелью. Останкино очень недолго принимало хозяина. По долгу службы граф Шереметьев много времени проводил в Петербурге, в то время как в усадьбе жили слуги и театральная труппа.

Русская усадьба является маленьким городом в городе или местности, поскольку за изгородью находится всё, что нужно для жизни всем поколениям одной семьи.

Список использованных источников и литературы

  1. Останкино. Театр-дворец. / сост. Г.В. Вдовин, Л.А. Лепская, А.Ф. Червяков. – М.: Русская книга, 1994. – 320 с.
  2. Шереметьев С.Д. Останкино. – СПб., Типография М.М. стасюлевича, 1897 – 25 с.
  3. Шереметьев С.Д. Отголоски XVIII в. Выпуск IV. Останкино в 1797 г. – СПБ., Типография М.М. Стасюлевича, 1897 – 99 с.
  4. Шолок Эдвард. Останкино и его театр. – М., Московский рабочий, 1949 – 64,17 с.

[1] Останкино. Театр-дворец. / сост. Г.В. Вдовин, Л.А. Лепская, А.Ф. Червяков. – М., 1994. – С.13

[2] Шолок Эдвард. Останкино и его театр. – М., 1949 – С. 4

[3] Шереметьев С.Д. Останкино. – СПб., 1897. - С. 21

[4] Там же. С.8-9

[5] Останкино. Театр-дворец. / сост. Г.В. Вдовин, Л.А. Лепская, А.Ф. Червяков. – М., 1994. – С.26

[6] Шолок Эдвард. Останкино и его театр. – М., 1949 – С. 9-11

[7] Шереметьев С.Д. Останкино. – СПб., 1897. - С.24

[8] Шолок Эдвард. Останкино и его театр. – М., 1949 – С. 12-17

[9] Останкино. Театр-дворец. / сост. Г.В. Вдовин, Л.А. Лепская, А.Ф. Червяков. – М., 1994. – С. 168

[10] Шереметьев С.Д.Отголоски XVIII в. Выпуск IV. Останкино в 1797 г. – СПБ.,1897. – С.46-54

[11] Шолок Эдвард. Останкино и его театр. – М., 1949 – С. 23

[12] Останкино. Театр-дворец. / сост. Г.В. Вдовин, Л.А. Лепская, А.Ф. Червяков. – М., 1994. – С. 172-174

[13] См.: там же, С.169

[14] Шереметьев С.Д.Отголоски XVIII в. Выпуск IV. Останкино в 1797 г. – СПБ.,1897. – С.38-39

[15] Шолок Эдвард. Останкино и его театр. – М., 1949 – С. 21

[16] Шереметьев С.Д.Отголоски XVIII в. Выпуск IV. Останкино в 1797 г. – СПБ.,1897. – С. 85

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top