Семенова Ю.С.

Введение

Сызрань - один из развитых центров иконописания 19 века. В порядке уточнения добавим - центр старообрядческого иконописания. Сызранские мастера, опираясь на традиции византийского и древнерусского искусства, создали неповторимый, свой малый мир старообрядческих икон.

Сызрань - один из старообрядческих центров Поволжья, тесно связанный не только со старообрядческими общинами прилегающих земель Сызрани (периферий), но и оказывающий влияние на духовную жизнь всего региона. Есть основания считать справедливым утверждение, что именно икона становиться одним из инструментов распространения влияния сызранских старообрядческих общин.

Бурный экономический рост Сызрани в 19 веке приводит к появлению сословий, способных своими заказами поддержать иконописный промысел, который в свою очередь становиться неотъемлемой частью экономики уезда.

Из архивных материалов известно, что уже во второй четверти 19 века купец Сидельников имел в Сызрани свой магазин, в котором продавались иконы местного производства, и стоили они дорого – от 5 до 15 рублей серебром. Иконы также можно было купить или заказать у мастеров одиночек, либо в иконописных и иконостасных заведениях. Подобных мастеров и заведений, прямо или косвенно связанных с Сызранским уездом, по архивным сведениям за вторую половину 19 века, насчитывается не менее 70.

Иконный бизнес процветал, годовой налог за иконописное производство с мастера был небольшим и составлял 1 руб. 70 коп., за содержание мастером рабочего или подмастерья налог составлял 1 руб. 15 коп., содержание ученика 57 коп. (из «Книги Сызранской ремесленной управы на записку прихода и расхода сумм городских доходов по каретному и столярному цеху»). В то время работа над иконостасом, «с его покраской и позолотой в некоторых местах резьбы и карнизов золотом на гульфарбу» стоила 300 руб. А трехлетний контракт на обучение ученика с содержанием стоил от 100 до 150 рублей.

В целом иконописное в Сызранском уезде носило заказной характер, о чем свидетельствует изображения патрональных (тезоименных) святых на полях большинства икон. Подавляющее число мастеров уезда принадлежало к общине поморцев-беспоповцев, приемлющих браки, однако, сызранское иконописание само по себе не было явлением внутриконфессиональным. Иконописцы выполняли заказы также для старообрядцев австрийского согласия, для единоверцев и для господствующей церкви.

Глава I. Особенности сызранского иконописания

Сызранское иконописание конца 18 и 19 веков отмечено прежде всего самобытным стилем, получившим в среде старообрядцев Поволжья название «греческого», с характерным для него сдержанным колоритом, лаконичностью композиции, удлиненными пропорциями фигур, изысканной симметричностью архитектурных кулис. Иконы сызранского письма не провинциальны, они отвечают самому взыскательному вкусу ценителей иконописи. В то же время обладают типичными для своего времени признаками старообрядческой иконы - ковчег, двойная опушь по полям, среди патрональных святых на полях изображение Ангела Хранителя, торцевые стороны иконной доски залевкашены и окрашены в киноварные или вишневее тона. Для малоформатных икон доски зачастую изготавливались из кипариса.

Важнейшим формальным признаком сызранской иконы является широкая пологая лузга. В подавляющем большинстве случаев по черному фону лузги, ограниченного по краям тонкими белильными линиями, нанесен золотом или серебром орнамент, состоящий из чередующихся стилизованных цветков ромашки и завитков в форме трилистника. В отдельных случаях на пологую лузгу нанесена золотая полоса шириной 3-4 мм, ограниченная по краям тонкими белильными линиями. На иконе «Богоматерь Знамение Новгородское» являющейся, со слов семьи последней из написанных Александром Архиповичем Бочкаревым, вообще отсутствует какое бы то ни было декорирование пологой лузги.

Создается впечатление, что мастера, готовившие иконные доски, в процессе работы подразумевали некий типовой декор для нанесения на лузгу, а именно «ромашка-завиток», в то время как иконописец эпизодически отклонялся от заданного стандарта.

Удлиненный шрифт, которым подписывались иконы, также весьма типичен - в нем мы обнаруживаем сходство с полууставом старопечатных книг. В рассказе о сызранской иконе обращает на себя внимание череда названий различных населенных пунктов: Сызрань, Тереньга, Старый Тукшум, Сенгилей, Корсун (Симбирская губерния), Хвалынск (Саратовская губерния), Кузнецк (Пензенская губерния) - все эти населенные пункты являются не только местом бытования крупных сторообрядческих общин, что само по себе является немаловажным фактом. Главное же - в этих местах жили и писали иконы на протяжении второй половины 19 века замечательные мастера из числа тех 70 мастеров-одиночек и иконописный заведений. И дело не в том, что все эти населенные пункты соседствовали территориально, главное - все они представляют собой географию сызранской иконы.

Глава II. «Бочкаревская» иконопись

2.1. Суждения о существовании «бочкаревской» иконописи

В среде коллекционеров существует такое определение как «бочкаревка», которое доныне носили к иконам, написанным в Сызранской иконописной мастерской неких Бочкаревых, также к иконам, написанным в лучших традициях этой мастерской, ставшей школой и прославившейся своими произведениями на всю Россию.

На вопрос, действительно ли существовала большая иконописная мастерская Бочкаревых в городе Сызрани Симбирской губернии или это было дело одного мастера, долгое время никто не мог дать точный ответ. Попросту же никто всерьез этим не занимался. И лишь в последнее время все чаще стали встречаться статьи и другие публикации о « бочкаревской» иконе.

По причине того, что достоверных и конкретных сведений о мастерской очень мало, все доселе опубликованные сочинения большей частью кажутся неким вымыслом.

Изыскания некоторых исследователей последних лет не увенчались успехом. Как таковой «мастерской Бочкаревых» обнаружено не было. К примеру, в 1994 году О.И. Радченко (заведущая Самарским Епархиальным музеем) в фонде Сызранского городского архива были найдены лишь сведения о некоем купце А.И. Бочкареве и принадлежащем ему недвижимом имуществе: доме с магазином по ул. Советском, 28 (ранее ул. Большая) и доме и землевладении в пер. Достоевского, 19 (Казанский пер.)

За десять лет служения в Самарской Старообрядческой общине ДПЦ, опекающей также и сызранское общество поморцев, неоднократно встречалась фамилия Бочкаревых. Первое - это воспоминания верующих о «Бочкаревой моленной» в Сызрани, второе - иконы, заказанные где-то в канун революции 1917 года самарской мещанкой Пелагией Ивановой Маркиной (в замужестве Ушановой) у иконописца Бочкарева в Сызрани. И, наконец, - икона с изображение трех святых «Преподобного Паисия Великого, мученика Уара и равноапостольной Феклы», с клеймом «пресловутого» мастера: «А.А. Бочкарев, иконописец в Сызрани. 1893г.»

Дочь П. И. Маркиной-Ушаковой рассказывала, что иконы с образом Богородицы «Достойно есть, с клеймами Ангела Хранителя и преподобной Пелагии» и «Распятие» (или « Плачь у Креста») были заказаны матерью у иконописца Бочкарева из Сызрани по поводу одной личной и судьбоносной трагедии. В начале 30-х годов он навещал их дом в Самаре, и то ли имя ему было Архип, то ли отчество Архипович.

Хозяйка иконы «Преподобного Паисия» было поведано, что она лично знала одного сызранского иконописца Бочкарева, но Николая Александровича. Родился он в семье потомственных мастеров- иконописцев и, унаследовав это мастерство от деда и отца, по молодости также писал иконы. Но потом были репрессии и ссылка, по возвращении из которой он уже не притрагивался к дедовскому ремеслу. Работал бухгалтером на производстве, служил в поморской моленной уставщиком и умер в начале 80-х годов ХХ века. Его дети живут в первопрестольной, и связи с ними никакой нет.

Так, по косвенным фактам были расставлены некоторые точки: примерно на протяжении столетия в городе Сызрани Симбирской губернии жила и работала как минимум династия (пока не говоря о большой мастерской или школе) иконописцев-староверов поморского согласия Бочкаревых - Николай Александрович, его отец Александр Архипович и дед Архип.

Дальнейшие поиски по этой теме на некоторое время были приостановлены, так как все сведения, полученные ранее, оказались обрывочными, неточными, а подчас и тупиковыми.

События же последнего времени вновь подвигли к исследовательской работе историков. А именно - это деятельность фонда «Возрождение», работавшего под именем иконописца А.А. Бочкарева, относившемуся к староверам поморского согласия.

Именно «доброхотам» из культурно-просветительской общественной организации «Возрождение» удалось разыскать дочь Александра Архиповича Бочкарева - восьмидесятипятилетнюю Валентину Александровну (в замужестве Зеленкову), которая, как оказалось, жива, здравствует и обладает ясным рассудком и светлой памятью.

В конце 18 века в Сызрани зарождается новый для данной местности промысел, получивший именование «Сызранской иконописи».

Сызранская икона - одно из наименее известных явлений русской художественной культуры 18-20 веков.

Это определенный тип икон, возникший в городе Сызрань Симбирской губернии в среде староверов поморского согласия.

2.2. Биография А.А. Бочкарева

Одним из выдающихся и последних мастеров-иконописцев, работавших в Сызрани, был Александр Архипович Бочкарев (15. 01. 1866 -31.05. 1935).

Отец Александра Архиповича - Архип Афанасьевич - был женат на дочери уже упомянутого Д. В. Попова - Александре. Достоверно неизвестно, занимался ли Архип Афанасьевич иконописью. В одном из документов по поводу его профессиональной деятельности говориться, что он певчий. Родство с Д. В. Поповым объясняет преемственность в иконописном ремесле Александра Архиповича. Александр Архипович жил в доме по ул. Чапаева, 5 (бывшая ул. Канатная).

Этот дом был построен ему за счет средств общины и располагался рядом с моленной, где Александр Архипович был руководителем хора. Большая часть икон для иконостаса также была написана именно им.

Как рассказывала его дочь, в Пережогинскую моленную Александр Архипович ходил очень редко, только на именитые праздники. Здесь же было все родное, просто, уютно, без напыщенности - по-домашнему.

Жена Александра Архиповича - Дарья Николаевна, урожденная Спирина - из бедной семьи, сирота, до замужества жила с братьями. У А. А. Бочкарева было восемь детей: шесть дочерей - Зоя, Екатерина, Зинаида, Миропия, Евфалия и Анна, и два сына - Николай и Алексей. На рождение последнего Александр Архипович написал небольшой деревянный крест - «Распятие» - якобы «все, крест кладу, и на этом детей больше не будет». Иконописное дело дохода приносило немного, а прокормить такую многочисленную семью было тяжело.

По отношению к детям Александр Архипович был добрым и ласковым, но требовательным, строго следил за тем, что бы молились Богу. Все дети были обучены церковной грамоте и стояли на клиросе в моленной.

Мастерская располагалась в том же доме, где в задней комнате стояли три верстака, кровать и подвесная керосиновая лампа. Естественное освещение создавали четыре окна.

Трое из братьев Александра Архиповича - Иван, Федор и Петр - были также обучены иконописанию. Но Александр Архипович любил (по свидетельству дочери) работать один.

Работа братьев почему-то его не устраивала, и когда Федор Архипович приходил помогать к нему в мастерскую, то ему доверялась только подсобная работа (покрасить фон, каемочку подвести).

Братья Александра Архиповича, по всей видимости, как и он сам, учились иконописному ремеслу у Д.В. Попова. Об этом свидетельствует надпись на клейме, которое ставил на свои иконы Ф.А. Бочкарев: «Иконописная мастерская Федора Архиповича Бочкарева, преемника Давида Васильевича Порфирова». А вот сына Николая Александр Архипович уже учил сам.

Бывали у мастера и другие ученики, но они подолгу не задерживались поскольку труд иконописца требует духовной выдержки, а также большой усидчивости, внимания и терпения. В подмастерьях у Александра Архиповича был сирота Иванушка, парнишка лет 14-15, который жил в семье Бочкаревых продолжительное время.

У Валентины Александровны сохранилась одна пробная работа кого-то из его учеников. Это небольшая, чуть больше спичечного коробка дощечка, с изображением Богородицы. На ней отсутствует ковчег, плохо положен левкас и, кажется, даже нет проволоки. Из-за непрофессионализма в работе она имеет очень плохую сохранность.

Доски для написания икон заказывались. Как вспоминает Валентина Александровна, «от них исходил какой-то удивительно приятный, душистый запах - кипарисовый».

На некоторые из своих икон Александр Архипович Бочкарев, как уже говорилось выше, с тыльной стороны ставил личные клейма, которые сейчас представляют собой особую ценность.

Известны два вида его авторских клейм. Первое представляет собой четко начерченный круг диаметром два сантиметра, внутри которого располагались надписи: «Иконописец в Сызрани. А.А. Бочкарев…». Это клеймо писалось вручную на сусальном золоте, положенном прямо на доску. Неровные края золота слегка выходили за края круга. Такое клеймо ставилось с тыльной стороны иконы, чуть выше нижней шпонки, вправо от центра. Второе клеймо - это прямоугольник, с подобной надписью внутри. Оно также написано вручную на сусальном золоте и ставилось в нижнем правом углу с тыльной стороны иконы.

Клеймо же Ф.А. Бочкарева, текст с которого упоминался выше, было стандартным штемпельным.

В принципе, все иконы по стилю письма можно с уверенностью можно отнести к той или иной иконописной школе, но большинство этих творений безымянны. Только высокоименитые иконописцы конца 19 - начала 20 века клеймили их. Тем самым не только заявляя о своем авторском праве, но и полной ответственности за мастерство.

Александр Архипович Бочкарев принимал участие в Нижегородской выставке 1896 года, о чем говорится в «Подробном указателе по отделам Всероссийской промышленной и кустарной выставки 1896 года в Н. Новгороде. Отдел Х. Художественно-промышленный». О награждениях А.А. Бочкарева за участие в выставке в книге не отмечено, но якобы есть сведения, что там он был удостоен похвальной грамоты.

Позднее его мастерство было признано и в родном городе. Об этом свидетельствует «Похвальный лист», хранящийся в местном Краеведческом музее, со следующим текстом: «Распорядительный Комитет Сызранской сельскохозяйственной и кустарной выставки присудил Александру Архиповичу Бочкареву за предоставленные имъ две иконы писанныя масляными красками, сей похвальный лист. 9 сентября 1902 года. Председатель Комитета, подпись. Уполномоченный, подпись. Члены, подписи».

В книжнице Самарской Поморской общины имеется рукописная книга «Сказание от священных правил, и от учителей церковных, яко не подобает к еретиком приобщения имети». В этой книге имеются записи, по всей видимости, кому предполагалось ее разослать. Здесь встречаются адреса и имена (дательном падеже) широко известных начетчиков поморской церкви конца 19 - начала 20 веков: Ивана Ивановича Зыкова, Ивана Михайловича Цветкова и Андрея Александровича Надеждина. Среди прочих имеется и запись (с небольшими утратами) следующего содержания: «в город Сызрань (Симбирск. Губер… за Крымзу, в солдатскую улиц… иконописцу Александру Архиповичу Бочкареву.»

Данная запись свидетельствует если не о личном знакомстве Александра Архиповича с указанными лицами, то его уважении и духовном авторитете в поморском обществе по всей России.

6 ноября 1929 года Александр Архипович был арестован, а 7 февраля 1930 года тройкой при ПП ОТПУ по Средне-Волжскому краю приговорен по ст. 58-10 к трем годам заключения в концлагере. В 1931 году в результате репрессии А. А. Бочкарев был сослан в Архангельскую губернию, село Холмогоры на вольное поселение, где жил у одной старушки и ухаживал за скотиной.

В это же время закрыли и расположенную рядом моленную, иконы погрузили в машину и увезли. При погрузке кто-то сказал, что в конюшню полы застилать, может быть, в качестве кощунственной насмешки, а может быть и правда: ведь зачастую случалось и такое. Позднее в этом помещении были швейные мастерские, и женщины за работой порой распевали неприличные песни. Также в разное время здесь была начальная школа и ремонтные мастерские. Оскверненное помещение сгорело в 80-х годах и вскоре было разобрано.

По возвращении из ссылки Александр Архипович был под постоянным наблюдением властей. Иконы писать не разрешали, да и заказчиков не было. Семью нужно было чем-то кормить, и чтобы хоть как-то зарабатывать на хлеб, ему пришлось устроиться на работу в Художественные мастерские на ул. Советской, где он проработал шесть месяцев, до самой смерти. Писал плакаты и лозунги, на красных флагах рисовал серп и молот. В этом биография А.А. Бочкарева схожа с биографиями многих мастеров-иконописцев, чья жизнедеятельность пришлась на первые годы Советской власти.

2.3. Характерные отличия и особенности «бочкаревской» иконы

Одно из свидетельств высокого мастерства сызранских иконописцев - это отличная сохранность их творений по сегодняшний день.

При рассмотрении их икон создается впечатление, что нет ни одного иконописного приема или техники, которой бы они не владели в совершенстве.

Однако, существуют характерные отличия и особенности «сызранской иконы», которые попытаемся выделить на примере имеющихся икон А.А. Бочкарева, представленных в качестве иллюстративного материала к данной статье:

- Доска икон ковчежная, тщательно обработана, в большинстве случаев выполнена из кипариса;

-Тыльная сторона доски зачастую также покрыта левкасом и покрашена;

-Шпонки с тыльной стороны доски профилированы в форме» ласточкиного хвоста»;

-Поверхность красочного слоя покрыта толстым слоем бесцветного блестящего лака;

- Лузга (спуск от поля в ковчег) широкая, пологая;

- В большинстве работ имеется орнаментальная роспись по лузге. Иными словами, такую технику называют плавью по золоту или серебру. Этот орнамент представляет собой чередующиеся изображения стилизованного цветка ромашки, лепестка и трилистника. Здесь и в других случаях орнамент в деталях соответствует распространенному тисненному орнаменту с обложек старопечатных книг. На которых иконах орнамент по лузге заменен на золотую кайму;

- Двойная опушка (кайма) по полям;

- Лики святых строги и одухотворенны;

-Лик Богородицы, при кажущейся простоте извода исполнен теплоты и нежности;

- Изящный рисунок;

-Удлиненность и пластичность фигур, создающие ощущение застывшего движения;

-Тончайшая, каллиграфическая разработка одежд;

- Филигранная техника миниатюры;

-Четкость и лаконичность композиции;

- В одних иконах наблюдаются плотные и сдержанные цвета, общий темный колорит, в других - напротив, изысканное « многоцветье»;

- На полях подавляющего большинства икон - клейма с избранными патрональными (семейными) святыми и весьма часто встречающимся образом Ангела-Хранителя, свидетельствующие о преобладающем заказном характере иконописания в Сызрани.

Заключение

Исследования по данной теме и выпуск книги «Сызранская икона» - это попытка ввести в научный оборот круг икон, представляющий Сызранский Центр иконописания. Музейные работники и ранее корректно указывали происхождение таких икон как написанных на Средней Волге. Безусловно, «Сызранская икона» входит в круг старообрядческих икон Поволжья, сохраняя их формальные признаки. Однако, на Средней Волге также в достаточном количестве можно встретить иконы так называемых «провинциальных» писем. Скорее всего, их начало было положено в Иргизских (поповщинских) монастырях. Сызранские же мастера-иконописцы поморского согласия - сформировали яркий, самобытный, отличный от других стиль в иконописи.

Сызранские иконы изготавливались как на заказ, так и для свободной продажи и большей частью преобладали в иконостасах храмов и молитвенных домов по Симбирской и Самарской губерниями.

Литература

  1. Календарь Древнеправославной Поморской церкви. Издание Единого Совета Древнеправославной Поморской церкви, 2003 г.
  2. Сызранская икона. Каталог выставки – Самара, 2007 г.
  3. Н.П. Кондаков. Византийские деятели и памятники Константинополя. М. Индрик, 2006 г.
  4. Личный Фонд (Б-27) А.А. Бочкарева МБУ «Сызранский Краеведческий музей»
  5. http://pomnipro.ru/memorypage12436/biography - Электронный мемориал.
  6. http://samstar-biblio.ucoz.ru/photo/20 - Книжница Самарского староверия.

Приложение

Святитель Никола ЧудотворецСвятитель Никола Чудотворец Казанский образ Пресвятой БогородицыКазанский образ Пресвятой Богородицы Семейная иконаСемейная икона Пресвятая Богородица с младенцем  Пресвятая Богородица с младенцем Бочкарев А.А.Бочкарев А.А.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top