Левина В.П.

Русско-японская война вошла в историю как одно из первых крупномасштабных столкновений великой континентальной евроазиатской империи и небольшого, быстро прогрессирующего островного государства, претендовавшего на лидирующую роль в Восточной Азии [8.С.60].

Еще до развязывания военных действий отношение к войне политической элиты, армии и широких масс населения обеих империй было различным.

В России широкие народные массы не имели значимых сведений о японцах как нации. Но с началом войны резко возрос интерес населения к событиям на Дальнем Востоке, выражавшийся через чтение газет и различных суждениях, поскольку других источников, по которым можно было проследить ход военных событий, не было. Для современников стало открытием такое явление как «баба с газетой», что прежде было немыслимым явлением. Потребность в чтении привела к пониманию важности образования и грамотности. Не случайно выросло число желающих учиться в начальных школах, что отражало новые социо-культурные потребности российского общества [11.С.97]. Изменилось и само отношение к печатному слову. Периодическая печать стала вызывать большее доверие, чем неумелые действия властей и иногда невнятные патриотические проповеди в церквях [11.С.97].

Ведущим либеральным изданием в регионе являлась газета «Дальний Восток», которая издавалась в г. Владивостоке с 1892 по 1922 гг. Газета выходила 2 раза в неделю, а с 1901 г. – ежедневно. Согласно программе, газета была посвящена интересам Приамурского края. В ней публиковались редакционные статьи, представлено достаточное количество перепечаток из центральных российских и зарубежных газет. Газета «Дальний Восток» напрямую формировала общественное мнение жителей Приморской области, и её материалы служат источником для изучения представлений о Японии и японцах кануна войны и непосредственно военных действий. Газетные материалы были ориентированы на разные группы населения – от простолюдинов до образованной интеллигенции, поэтому по стилю, направленности, освещаемому кругу вопросов публикации сильно разнятся.

Отвечая на вопрос, что представляла собой Япония, газета писала, что для русских война воспринималась неким локальным конфликтом с варварским народом, знания о котором были весьма ограниченны. В газете «Дальний Восток» от 1 октября 1904 г. приведена весьма любопытная статья В. Бердникова «Наши теперешние и прежние враги». В ней он сообщал, что «начавшаяся война с Японией пробудила, в общем, живой интерес к ней. Действительно, пока этот враг не был врагом, мы знали его сравнительно очень мало. Все наше знакомство с ним ограничивалось анекдотическими рассказами моряков о чайных домиках, гейшах и шестинедельных браках с ними. У некоторой части публики эти незначительные сведения пополнялись живописными описаниями Японии из романа Лоти «Мадам Хризантем». Нельзя сказать, чтобы сведения эти были достаточно подробны и достоверны. Мы знали только внешние, легко уловимые черты японского народа. Его принципы, взгляды, национальный характер, и идеалы явились для нас чуждым и, пожалуй, на наш взгляд даже недостаточно изучены» [7].

«Образ врага» в России формировался стихийно под влиянием прессы, различных слухов и рассказов солдат. Пытаясь создать отрицательный образ Японии в представлении россиян, периодические издания, и «Дальний Восток» не был исключением, пытались сделать акцент на великодержавных настроениях подданных японского императора. Акцентировались японские амбиции, стремление превзойти Россию или хотя бы сравняться с ней, что являлось «непозволительным» для варварской страны [10.С.146]. А именно таковой ее воспринимало европейское общество: «Японцы - представители чуждой цивилизации, кардинально отличной от православной России. Впоследствии такое понимание привело к складыванию определенного стереотипа восприятия японцев как противника религиозного, этнически и культурно чуждого россиянам» [10.С.147].

Несмотря на большое количество антияпонских настроений, в газете были представлены материалы, которые достаточно объективно оценивали военные шансы Японии и военную ситуацию в целом. Так, К.А. Скальковский писал, что «война на ДВ имеет характер колониальный, ибо производится где-то, по тривиальному выражению «у чорта на куличках». Но разница в том, что обыкновенно колониальные войны производятся против слабого в военном и техническом отношениях неприятеля и бороться приходится больше всего с расстояниями, климатом и разными болезнями. Здесь мы имеем соперника сильного, относительно цивилизационного, знакомого со всеми тонкостями новейшей европейско-американской техники и вполне к войне приготовленный терпеливым трудом нескольких лет» [3]. К.А. Скальковский справедливо заметил, что Япония уже давно готовилась к войне с Россией, и весьма тщательно подошла к этому вопросу.

Иногда в газете перепечатывались серьёзные аналитические статьи из иностранной прессы. « С самого начала - сообщают иностранные корреспонденты - японским правительством осознавалось, что война будет долгой, что победить Россию будет очень трудно, если и вовсе невозможно. Но не воевать в сложившихся условиях тоже нельзя. Для того чтобы «маленькой» Японии одержать победу над «Великим северным соседом» нужно было тщательно изучить врага, его сильные и слабые стороны».

Ряд аналитических публикаций был посвящен военному и экономическому потенциалу Японии, её приоритетам и внешнеполитическим ориентирам.

Во время начала боевых действий без лишнего нагнетания панических настроений «Дальний Восток» писал: «Правительство Японии проводило широкомасштабную идеологическую обработку японского населения, внедряло идею необходимости захвата северных территорий, которые решат проблему перенаселения японских островов. Над прессой была установлена жесточайшая цензура. Категорически запрещалось хотя бы малейшее упоминание о военных шансах Японии, если она рассматривалась как проигравшая сторона» [2]. В печать принимались лишь те статьи, которые вдохновляли армию и японское общество на победу. Таким образом, японское правительство (как и русское) использовало периодическую печать как инструмент воздействия на общество, как способ обоснования необходимости войны для Японии, и как способ поддержания интереса общества к ней.

Конспирологическое мышление отечественных патриотов отражает публикация «Ненависть японцев к России» (17.07.1904). В ней указывалось, что « подготовка к войне со стороны японского народа началась еще с середины XVIII столетия благодаря деятельности агитационных антирусских партий» [5]. Но, в данном случае здесь представлена не партия как таковая, а как целое народное движение, которому с детства прививали шовинистские идеи. Именно в этот период получили свое начало такие организации, как «Национальный союз физической подготовки», «Общество содействия военной доблести», занимавшееся патриотическим воспитанием и военно-спортивным обучением молодежи для армии, или «Общество помощи отбывшим воинскую повинность», ставившее своей задачей распространение военных знаний среди населения, или, наконец, «Общество Черного дракона» (в переводе: общество реки Амур), ставившее своей прямой целью подготовку войны с Россией».

Неоднократно в газете «Дальний Восток» публиковались материалы о шпионской деятельности японских агентов на будущем театре военных действий и во время войны. В советской и российской исторической литературе благодаря газетным публикациям того времени прочно укоренился миф об огромной сети шпионов и разведчиков во всех городах и населенных пунктах Дальнего Востока. Первоначально этот миф распространялся в российском обществе как одно из объяснений поражения России в войне, а в советское время насаждался в идеологических целях [9.С.139]. В действительности, со стороны Японии велась шпионская деятельность, но не в тех масштабах, которые сообщались в прессе. Народ был взбудоражен публикациями, призывами быть бдительными: в каждом корейском или китайском кули они видели японского шпиона. Этому способствовал не только усиленный надзор за иностранцами во время войны, но и распространение слухов о шпионской деятельности в газетах. Так в разных статьях газеты «Дальний Восток» среди черт, присущих японцам как нации, выделялись такие как: пронырливость, коварство и хитрость [1]. Считалось, что именно эти качества делают всякого из них природным шпионом, что шпионство «является у них настоящим национальным инструментом» [6].

Начавшаяся война вызвала интерес и в самых отдаленных уголках России. По этому поводу в газете «Дальний Восток» приведена интереснейшая статья «Отголоски войны в темной массе». Здесь приведен рассказ старика лет 60, жившего в одной из деревень Грязовецкого уезда Вологодской губернии. Он сообщает корреспонденту газеты следующее: «Японцы - это такие обезьяны, бегать мастера такие, что и лошади не угоняться; зубищи такие здоровенные, что дуло перекусит, и хоть бы что, только хряснет; пули им нипочем. По деревьям прыгают как белки, в воде - как рыбина; жрут - что придется, хоть и падаль». О причинах войны говорили различно. Одни полагали, что «китайская императрица подарила нам землю, а японцы захотели ее отнять у нас»; по другой версии: - «наши порубку (леса) у японцев сделали, те не стерпели и поднялись». Корреспондент отмечает, что в народе живет несокрушимая вера в торжество нашего оружия [7].

Вообще на протяжении войны прослеживается необъяснимая страсть деревень к газете, но эта потребность плохо удовлетворялась. Это являлось одной из причин распространения среди «тёмной массы» всевозможных сказок и легенд. Малообразованные слои оставались вдали от гущи военных действий. Для них оставался не ясным вопрос, почему война так долго длится, если борьба с японцами не предоставляла затруднений для России, о чём так часто писали газеты.

Подводя итоги, можно сказать, что редакция газеты «Дальний Восток» в целом проводила достаточно неопределенную редакционную политику в отношении Японии. Она отражалась как в собственных аналитических статьях, так и в републикациях из российских и иностранных изданий, а также в интервью, корреспонденциях, путевых заметках. На страницах «Дальнего Востока» был создан образ державы, сделавшей большие успехи на пути европеизации, но по сути все еще азиатской страны, которая представляла для России потенциальную военную опасность. При этом редакция не считала зазорным писать «небылицы» о Японии и её жителях, как бы утверждая, что это слабый и совершенно недостойный противник.

Список литературы

Периодические издания

  1. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 33.
  2. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 110.
  3. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 130.
  4. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 139.
  5. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 157.
  6. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 170.
  7. Дальний Восток - газета, посвященная интересам Приамурского края Владивосток, 1892-1917. Ред.: В.А. Панов, Е.А. Панова. 1904, № 218.

Исследования

  1. Сергеев Е.Ю. Русская разведка в начале войны с Японией 1904-1905 годов // Новая и новейшая история. - 2005. — № 1. - С. 60-79.
  2. Полутов A.B. Военно-морская разведка Японии против главной базы Тихоокеанской эскадры России накануне русско-японской войны 1904-1905 гг./Россия и АТР. Владивосток, 2008. №3. С.134-143.
  3. Пышнограев С.В. "Японцы с незапамятных времен отличались воинственными наклонностями". О некоторых особенностях формирования "образа врага" накануне русско-японской войны 1904- 1905 гг.//Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 4 (30): в 3-х ч. Ч. III. C. 146-148.
  4. Щербинин П. Баба с газетой. Как жила провинция во время войны с Японией. (Повседневность) // Родина. — 2004. — №4. — С. 95-97.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top