Иванова З.Ю.

Введение

События начала ХХ в. в истории России сыграли судьбоносную роль в будущем не только нашей страны, но и, пожалуй, всего мира. Конечно, прежде всего, этот период запомнился как время двух революций: 1905-1907 гг. и 1917 г. В результате первого всеобщего потрясения Россия, наконец-то, сделала окончательный выбор в пользу ограничения самодержавия: были приняты Основные государственные законы (по сути, Конституция), в стране появился Парламент. В результате второго потрясения не только страна, но весь мир раскололся на два враждующих лагеря: на капиталистическое и на социалистическое общество.

В данном исследовании нам важно, в первую очередь то, что в развитии этих событий важную роль катализатора сыграли войны. Поэтому, на наш взгляд, русско-японская война 1904-1905 гг. и Первая мировая война 1914-1919 гг. являются переломными точками отечественной истории. Целью нашей работы является проанализировать события той войны, которая во многом повлияла на возникновение революционной ситуации в 1905 г. События войны: успехи и неудачи русской армии остро откликались на внутриполитическую ситуацию в стране, поражения отечественной армии вызывали всплески революционной активности, поэтому русско-японская война должна быть интересной не только военным историкам, но и всем тем, кто интересуется судьбой России в целом.

Объективный анализ любой войны, её успехов и неудач, побед и поражений невозможен без всестороннего изучения социального положения, экономической и политической ситуации в воюющих державах. Важно учитывать обстоятельства подготовки к войне, в том числе её дипломатическую составляющую: поиск союзников, закупки вооружений. Разумеется, важно тщательно исследовать сам ход кампании, привлекая самый широкий круг источников, начиная от штабных документов и заканчивая воспоминаниями солдат и офицеров, участвовавших в сражениях. Нельзя забывать и про оценку событий в поздней литературе и исследованиях. В общем, изучения войны – задача достаточно сложная.

Обращаясь к истории русско-японской войны 1904-1905 г., следует подчеркнуть, что началась она в условиях острого внутриполитического кризиса: Россию охватила волна эсеровского террора, росло недовольство рабочих и крестьян. В конце концов, в разгар войны в стране вспыхнул пожар революции. Разумеется, это значительно усложняло ведение войны: снабжение частей, подвоз подкреплений, общее руководство боевыми действиями. Главной задачей правительства было не достижение победы на Дальнем Востоке, а наведение порядка у себя дома.

Это обстоятельство видится нам одной из главных причин поражения России в войне. Вместо маленькой победоносной войны, сложная кампания стала катализатором революции, которая во много раз усложнила ведение этой войны и послужила одной из ключевых причин поражения России. Сразу бросается в глаза, как эта ситуация напоминает 1917 год, когда тяжёлая Первая мировая война вызвала рост недовольства в стране, эскалацию всех внутриполитических и экономических кризисов и в конечном счёте революцию, которая разложила армию и обусловила поражение России в войне.

Но вернёмся к событиям 1904-1905 гг. Наше эссе посвящено причинам поражения Российской империи. Как уже было сказано, этих причин множество. Классифицируя их, можно выделить факторы, обусловившие преимущество японцев уже на стадии подготовки к войне. Особое внимание будет уделено непосредственно ведению боевых действий на суше и на морском театре военных действий: мы рассмотрим стратегические планы России и Японии и тактику воюющих держав, проанализирует состояние вооружений, выучку войск. Отдельное внимание будет уделено компетенции военачальников. Также следует сказать несколько слов об оценке русско-японской войны в литературе. Талантливые писатели создали свой образ войны, выделили причины поражений русского оружия и сформировали общественное мнение на этот счёт. Но соответствует ли позиция публицистов и литераторов реальному положению дел? Это довольно сложный вопрос, но начнём по порядку и рассмотрим обстоятельства подготовки к войне.

Подготовка к войне

Последняя треть XIX века стала временем активной экспансии Японии на континент. В результате войны с Китаем 1894-1895 гг. Япония достигла значительных успехов, но была вынуждена уступить требованиям ведущих европейских держав и России и освободить завоёванные в Корее и Маньчжурии земли. Однако японцы не оставили своих агрессивных планов и стали активно готовиться к будущей войне. Страна восходящего солнца заключила перестраховочный договор с Великобританией: Англия не имела права вмешиваться в войну Японии с одним государством, но обязалась выступить на стороне Японии в случае войны против неё нескольких держав.

Петербург также активно вёл дипломатическую подготовку к войне. В начале 1896 года Российская и Китайская империи заключают оборонительный союз против Японии. Первая статья договора гласила: «Всякое нападение Японии как на русскую территорию в Восточной Азии, так и на территорию Китая или Кореи будет рассматриваться как повод к немедленному применению настоящего договора». Согласно этому договору, оба соседних государства брали на себя обязательства о поддержке друг друга сухопутными и морскими силами. Вслед за этим между Россией и Китаем был подписан еще один стратегически важный договор — о строительстве через Маньчжурию железной дороги из Забайкалья к порту Владивосток. Этот договор также подразумевал защиту Китая от японской агрессии. Однако Россия так и не смогла заручиться поддержкой европейских держав в случае войны с Японией. Позже это осложнило снабжение углём и создало препятствия для промежуточного базирования кораблей эскадры адмирала З. П. Рожественского.

С точки зрения территории, вооружённых сил и финансов русско-японская война выглядит сражением Давида и Голиафа. Не только территориально, но и экономически Россия в 1904 г. являлась гигантом в сравнении с Японией. При равной стоимости российского рубля и японской йены золотой запас русского государственного банка достигал 882,9 млн., а в Японии золотой запас достигал только 112,5 млн. иен. Однако важно учесть тот факт, что для России театр военных действий находился на самых дальних границах огромной империи. Это осложняло управление войсками, их снабжение по единственной одноколейной Транссибирской магистрали с пропускной способностью 3-4 эшелона в день при необходимых 20-30, важно учитывать общую неразвитость инфраструктуры Восточной Сибири и Маньчжурии. Всё это сказалось на скорости развёртывания частей царской армии, на их снабжении и подвозе подкреплений. Также слаборазвитой была и инфраструктура сугубо военного назначения, например, в том же Порт-Артуре оборонительные сооружения, особенно со стороны суши, находились в недостроенном состоянии и доводились уже во время осады.

Что касается подготовки сухопутной армии и военно-морского флота, то по программе модернизации 1896 г. Япония расширяла свою армию в 2,5 раза, а свой флот — в 3,5 раза. К лету 1903 г. эта программа была выполнена. В частности японцы закупили современные корабли в Великобритании: ядро японского Соединённого флота — включая 6 эскадренных броненосцев и 5 броненосных крейсеров — было построено в Великобритании в 1896—1901 годах.

К 1898 г. численность войск Российской империи на Дальнем Востоке достигала только 60 000 человек при 126 орудиях. Осложнение отношений с Японией побудило царское правительство составить план усиления русской армии на Дальнем Востоке, предусматривающий сосредоточение к 1903 г. 90 000 человек и 184 орудий. Японская армия к этому времени, по первоначальным предположениям русских специалистов, должна была возрасти до 394 000 человек и 1014 орудий. Неспокойное положение дел на Дальнем Востоке требовало дальнейшего усиления русской армии, и к началу войны Россия имела на Дальнем Востоке 98 000 человек и 272 орудия помимо 24 000 человек и 48 орудий охранной стражи. Японская же армия к началу войны насчитывала около 442 тыс. чел.

Рассматривая количество войск, нельзя не обратить внимание на его качество. Японские корабли по многим техническим и боевым данным таким, как скорость, дальность хода, коэффициент бронирования и т. д., превосходили российские аналоги I Тихоокеанской эскадры. Кроме того, война показала превосходство японских боеприпасов над российскими. Это превосходство отразилось в массе снаряда (того же калибра) и технической скорострельности. Содержание взрывчатых веществ в русских снарядах основных калибров (12″, 8″, 6″) было в 4—6 раз ниже японских. При этом мелинит, применявшийся японцами, по мощности взрыва примерно в 1,2 раза превосходил пироксилин, применявшийся в российских.

Однако нельзя говорить о безнадёжной отсталости русского флота. В конце 1903 года Россия отправила на Дальний Восток только что построенные в Тулоне броненосец «Цесаревич» и броненосный крейсер «Баян»; вслед за ними вышли броненосец «Ослябя» и несколько крейсеров и миноносцев. Определенное преимущество заключалось в том, что Россия имела возможность снарядить и перебросить из Европы ещё одну эскадру, по численности примерно равную находившейся на Тихом океане на начало войны. Кроме того, начало боевых действий застало на полпути к Дальнему Востоку достаточно крупный отряд адмирала А. А. Вирениуса, двигавшийся на помощь русской эскадре в Порт-Артуре. Это вынудило Японию торопиться с началом войны и уничтожением российской эскадры до подхода помощи из Европы. Однако оказание этой помощи сопровождалось рядом трудностей. Для новейших русских броненосцев типа «Бородино» Суэцкий канал не подходил, а проливы Босфор и Дарданеллы были закрыты для прохода русских военных кораблей из достаточно мощной черноморской эскадры. Единственной возможностью оказания помощи Тихоокеанскому флоту был путь из Балтики вокруг Европы и Африки.

Таким образом, Япония была лучше готова к войне, что было неизбежно, ведь начала войну именно Япония, которая раньше России провела мобилизацию и другие подготовительные мероприятия. Также японское преимущество усугубила недостаточная инфраструктура региона, не позволившая быстро стянуть резервы, и общая отдалённость театра военных действий от Центральной России.

Боевые действия на сухопутном театре военных действий

Подготовка к любой войне в её экономическом, политическом и дипломатическом аспектах играет важную роль в будущем успехе или поражении. Однако первостепенное значение принадлежит всё-таки ведению самой кампании. Именно боевые действия определяют причины побед и поражений в войнах.

Изучая основные сухопутные сражения в ходе русско-японской войны: битву на р. Ялу, оборону Порт-Артура, упорные бои при Вафангоу, под Ляояном, Мукденом, исследователи выделяют многие факторы, негативно сказавшиеся на конечном результате войны для русской армии.

Объективно, в первые недели войны Япония получила преимущество стратегической инициативы. Во многом этому способствовало внезапное нападение без объявления войны. В планы Токио входило разгромить русский флот и быстро перебросить войска в Корею. Флаг Страны восходящего солнца должен был подняться над Корейским полуостровом, затем японские войска планировали пересечь р. Ялу и войти в Маньчжурию.

Японское командование предполагало встретить упорное сопротивление русских в Корее, но быстрая и сравнительно лёгкая победа в порту Чемульпо, а также отсутствие крупных формирований русской армии позволило японцам быстро овладеть Кореей и выйти в апреле 1904 г. к р. Ялу.

Как видно из предыдущей главы, русские армии не были готовы к войне. Войска сибирских и маньчжурских военных областей были разбросаны по казармам. Мобилизация началась по приказу наместника адмирала Алексеева только после первого нападения японцев на Порт-Артур. А назначенный 20 февраля командующим военными силами в Маньчжурии генерал Куропаткин прибыл на театр военных действий только 27 марта. Ещё шесть недель потребовалось на проведение мобилизации резервистов. В итоге русские позволили 1-й японской армии во главе с генералом Куроки практически беспрепятственно захватить Корею. Первое крупное сражение на суше было дано японцам только 27 апреля на р. Ялу.

Само сражение было выиграно японцами, которые смогли реализовать тактическое преимущество, заключавшееся в том, что позиции русской армии оказались сильно растянутыми. Это было обусловлено стратегией генерала Куропаткина, который предполагал не дать японцам переправиться через реку. Уже на этом этапе войны проявилась некая пассивность русского командования. Генерал Куроки, совершив ряд манёвров, сумел ввести русский штаб в заблуждение и нанести удар в наислабейшем месте обороны. Русскую армию подвела разведка и плохое знание местности. В итоге японцы выиграли сражение. Русские войска были вынуждены отступить. Поражение на р. Ялу позволило японцам войти в Маньчжурию и блокировать Порт-Артур.

Блокирование и захват Порт-Артура входило в задачу 2-й японской армии генерала Оку. В мае, одержав победу под Наньшанем и оккупировав оставленный заблаговременно русскими порт Дальний, 2-я японская армия выполнила свою первую задачу, состоявшую в том, чтобы пройти через Квантунский полуостров и отрезать Порт-Артур от остальной Маньчжурии. Пассивная тактика русского флота позволила японцам провести ряд десантных операций на материке и поддерживать хорошее снабжение своих сухопутных войск.

Таким образом, японское командование навязало русским ряд сражений, в ходе которых проявилась недостаточная подготовка русской армии к войне с Японией. Армия Куропаткина с трудом сдерживала отмобилизованные и хорошо подготовленные части генералов Куроки и Оку. Во многом неготовность русской армии была связана с отдалённостью фронта от центральной России, слабых коммуникациях и т.д. Об этом уже было сказано подробно. Из-за плохой подготовки наши войска оказались вынужденными прибегнуть к оборонительной тактике ведения боевых действий. К сожалению, в то время это было объективной необходимостью.

С другой стороны, следует обратиться к битве при Вафангоу, в которой Куропаткина фактически заставили навязать японцам сражение. Это было связано с тем, что наместник в Маньчжурии генерал Алексеев, оказавшийся блокированным в Порт-Артуре, пожаловался на пассивность русских войск в Петербург. Из столицы же последовало распоряжение Куропаткину предпринять наступательные действия. Это решение было обусловлено исключительно идеологическими соображениями (русская армия к тому времени не выиграла ни одного сражения) и признано современными исследователями, в частности английским историком К. Мартином, ошибочным. Решение из столицы, находящейся в 9 тыс. км. от театра военных действий, решение, принятое без изучения военной обстановки, априори должно было быть ошибочным. Поэтому ошибочным стоит считать не само решение, а решение навязывать генералу Куропаткину свои взгляды на ведение войны.

Итак, сражение началось 30 мая и продолжалось до 15 июня 1904 г. Русская армия под командованием генерала Штакельберга насчитывала 25 тыс. солдат, в то время как японские войска составляли 37,5 тыс. штыков. Русский штаб предполагал наступать, однако японцы, узнав о планах Штакельберга, ударили первыми. В результате ряда просчётов, допущенных Штакельбергом, (в частности русские войска наступали по устаревшей тактике русско-турецкой войны 1877-1878 гг. узким фронтом, в то время как японцы наступали широким фронтом) японцы охватили русские части с трёх сторон, вынудив Штакельберга отдать приказ об отступлении. В результате очередного поражения русские войска потеряли 3 тыс. убитыми, что в три раза превысило потери японцев.

На всём протяжении боевых действий генерал Куропаткин показывал свою нерешительность. Это отчётливо проявилось в сражениях под Ляояном и под Мукденом.

После напряжённых боёв под Ляояном Куропаткин в сентябре 1904 г. отдаёт приказ об отступлении, в результате чего истощённые японские войска без боя заняли позиции, за которые они перед этим в упорных боях отдали 23 тыс. жизней.

В ходе неудачного наступления на Сандепу 25-29 января 1905 г. нерешительность генерала Куропаткина проявилась в ещё большей степени. Непосредственно наступательной операцией командовал генерал Гриппенберг, однако Куропаткин, которому постоянно мерещились контрнаступления японских войск, нарушая правило единоначалия, вмешивался в деятельность Гриппенберга и отдавал необоснованные приказы об отступлении. Результатом этой нерешительности стала упущенная победа. Более того, генерал Куропаткин создал серьёзную ситуацию морального разложения в армии. В этом сражении была задействована только треть главных русских сил, тогда как остальные силы ждали и наблюдали. Если бы Куропаткин задействовал эти силы, сражение могло бы быть выиграно. Однако генерал не сделал этого. Результатом стала серьёзная потеря веры солдат в вышестоящих командиров и высшее командование.

После этого началось сражение под Мукденом, длившееся с 17 февраля по 10 марта 1905 г. и опять же не принёсшее радости победы русской армии. Правда, генерал Куропаткин сумел провести грамотное отступление, чем спас армию от разгрома, однако японцы захватили Мукден. Итогом сражения стало отстранение Куропаткина от командования войсками и передача командования русскими сухопутными частями генералу Линевичу.

Сражение под Мукденом стало последним крупным сражением на сухопутном фронте. Русская армия так и не одержала ни одной победы, хотя войска показали свою стойкость и доблесть. Ярчайшим примером героизма армии стала оборона Порт-Артура, который не был захвачен японцами, но был передан им решением Стесселя, которого потом за это судили и приговорили к расстрелу, заменённому лично императором Николаем II лишением свободы.

Анализируя боевые действия русско-японской войны 1904-1905 гг. на сухопутном фронте, нельзя поддаваться эмоциям и вместе с публицистами, такими как Степанов А. Н. (роман «Порт-Артур») описывать русскую армию исключительно в тёмных тонах. Арабские художники средневековья писали свои картины красками чистых тонов без оттенков. В отличие от арабских живописцев историк не может расписывать одни сюжеты исключительно чёрными красками, другие кристально белыми. В жизни так не бывает. И в частности нельзя говорить, что в русско-японскую войну командование русскими войсками состояло как на подбор из нерешительных и некомпетентных генералов. Нельзя забывать, например, генерала Келлера, погибшего при Вафангоу. В напряжённый момент битвы он лично командовал одним из орудий и был сражён вражескими осколками. Доблестью и умением руководить обороной отличился генерал Кондратенко, бывший начальником сухопутной обороны Порт-Артура и погибший, находясь на переднем крае обороны, в ходе японского артобстрела.

Тем не менее, приходится отмечать недостаток компетенции именно высшего командного состава. Конечно, в большей степени подвергается критике главнокомандующий сухопутными частями генерал Куропаткин. С. Ю. Витте отозвался о нём как о «храбром генерале с душою штабного писаря». И действительно, в ключевых моментах сражений Куропаткину не хватало решительности, что приводило к отдаче неправильных приказов: необоснованному отступлению русских войск, сохранению резервов, в то время, когда для успеха требовалось ввести их в бой. Но нельзя сваливать всю вину на одного генерала.

В русско-японскую войну проявились многие недостатки военного планирования русской армии. Плохо действовала разведка, в результате чего штаб русской армии имел недостаточные и порою неправильные сведения о состоянии сил противника и о положении на фронтах. (Это была одной из главных причин прорыва японцев в битве на р. Ялу).

Часто не соблюдалось единоначалие, в результате нарушалось управление частями. Нагляднее эту проблему отражает ведение обороны Порт-Артура. Так получилось, что ею командовало сразу несколько человек: генерал Стессель, командовавший 3-им Сибирским корпусом, который в ходе боёв отступил в Порт-Артур, командовал пехотой; генерал Смирнов командовал фортификационной зоной крепости и, по сути, также командовал пехотой; в руководство обороной вмешивался и генерал Фок, командовавший 4-й Восточно-Сибирской стрелковой дивизией, отступившей в Порт-Артур, непосредственно сухопутной обороной крепости командовал генерал Кондратенко; в руководство обороной вмешивался наместник генерал Алексеев и командующие эскадрой. Таким образом, 4 генерала одновременно командовали войсками, и периодически свою лепту вносил генерал Алексеев. Позже руководство разделилось на две партии: сторонников и противников сдачи крепости, споры которых нарушали ведение обороны и негативно сказывались на боевом духе гарнизона.

Но всё это причины, лежащие на поверхности. В случае неудачных войн всегда в общественном мнении дилетантов военного дела в качестве главной причины поражений фигурирует бездарность командования. Но война намного сложнее, чем кажется человеку, незнакомому с её законами. Русско-японская война выявила проблему, с которой, между прочим, столкнулась и современная армия Российской Федерации. Сухопутные сражения той войны показали, что резервисты, позабывшие большинство того, чему их учили в армии, сложно адаптируются к условиям военного времени. Ситуацию усугубляло и то, что русско-японская война стала первым для России опытом использования многих достижений науки и техники: впервые использовался бездымный порох, скорострельная артиллерия, впервые в войне участвовало столь большое число пулемётов, многие другие технические средства, с которыми войскам приходилось порою знакомиться непосредственно в окопах. Особенные сложности вызывала артиллерийская стрельба с закрытых позиций – ещё одно новшество русско-японской войны. Явно устаревшей была и тактика русской армии: войска действовали сомкнутым строем, боевой порядок плохо прикрывался местностью, поддерживающие подразделения находились слишком близко от цепей. Всё это приводило к излишним потерям. Все эти и многие другие замечания высказал в своих воспоминаниях о войне генерал Куропаткин, взгляд которого на причины поражений русских войск является взглядом профессионала, в отличие от того же Витте, обвинявшего Куропаткина из Петербурга. Из столицы сложно было увидеть, как во время наступательных операций некоторые командиры бросали свои подразделения во фронтальные атаки на сильно укреплённые позиции противника, в то время как японцы атаковали преимущественно во фронт и по одному из флангов. Все эти оперативно-тактические тонкости было сложно понять людям, незнакомым с войной. Проще было обвинить во всём нерешительных генералов, кровавого царя, тем более что это мнение тиражировалось талантливыми мастерами пера, а позже вошло в учебники истории.

Боевые действия русского флота в войне

Теперь рассмотрим причины поражения Российской империи на морском театре военных действий. Инициатива в руках русского моряков означала невозможность проведения японцами серьезных сухопутных операций в силу отсутствия стабильного снабжения армии, осуществлявшегося морским путем. В то же время доминирование японского флота позволяло противнику беспрепятственно осуществлять подвоз подкреплений и вооружения к уже высадившимся на континент десантам.

Русский флот при подготовке к войне столкнулся с определенными трудностями. Во-первых, военно-морское ведомство испытывало дефицит денежных средств. От закупки некоторых кораблей пришлось отказаться; ряд кораблей был построен с учетом экономии, негативно сказавшейся на их боевых качествах (снижение площади броневого пояса на ряде броненосцев и крейсеров, размещение меньшего числа крупнокалиберных орудий). Во-вторых, корабли Тихоокеанского флота были разнотипными по году выпуска, вооружению, бронированию, скорости и т.д. даже в пределах одного класса. Например, броненосцы «Ретвизан» и «Цесаревич» развивали скорость до 18 узлов, а «Полтава» и «Севастополь» - только до 16 узлов. Следующей проблемой оказалась слабая материальная подготовка баз Тихоокеанского флота, в результате чего все суда для ремонта приходилось отправлять на Балтику. Также по ряду причин перед самой войной I Тихоокеанская эскадра была разделена на несколько отрядов в находящихся далеко друг от друга портах. Так, основные силы эскадры располагались в Порт-Артуре, крейсера «Россия», « Громобой», «Рюрик» и «Богатырь» - во Владивостоке, а «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» - в Чемульпо.

В связи с численным превосходством Соединенного флота Японии командующий I Тихоокеанской эскадрой адмирал Старк не решился на сражение и выбрал пассивную тактику ведения боевых действий на море. Во многом это объяснялось временным выходом из строя эскадренных броненосцев «Ретвизан» и «Цесаревич», а также крейсера «Паллада», подвергшихся атаке миноносцев 26 января 1904 года. Ремонт судов был завершен лишь к апрелю-маю 1904 года. Крейсера 1 и 2 рангов, предназначенные для затруднения воинских перевозок с Японии на материк, практически не покидали Порт-Артур. Регулярный выход в море осуществляли лишь миноносцы и легкие крейсера.

Тем не менее, при отсутствии сражений между главными силами русская эскадра регулярно несла потери – крейсер «Боярин» подорвался на русской же мине, а миноносцы «Решительный» и «Стерегущий» были перехвачены японцами и уничтожены в непосредственной близости от Порт-Артура.

Адмирал С. О. Макаров, назначенный на пост командующего эскадрой, попытался изменить положение дел. Корабли стали регулярно выходить на внешний рейд для демонстрации силы и готовности к сражению. Однако после гибели адмирала в результате взрыва на броненосце «Петропавловск» 31 марта 1904 года русские корабли вернулись к пассивному пребыванию на внутреннем рейде, что и сыграло роковую роль для эскадры.

Японцы регулярно минировали внешний рейд Порт-Артура, мешая основным силам русской эскадры беспрепятственно выйти в море для ведения боевых операций. При этом броненосный отряд адмирала Х. Того контролировал каждое движение русских кораблей и в случае траления мин для выхода эскадры немедленно выдвигался к Порт-Артуру. Русские корабли не принимали бой и поспешно отступали на внутренний рейд под защиту орудий береговой обороны.

В результате японцы, пользуясь пассивностью русских кораблей, беспрепятственно высадили 2-ю армию под командованием генерала Оку в 23 километрах от города Дальний, и уже к маю 1904 года Порт-Артур был отрезан от Маньчжурии и оказался в осаде.

Это привело к появлению у ряда командиров броненосцев «Севастопольского синдрома». Военные историки этим термином обозначают намерение снять с кораблей всю артиллерию, передать ее на нужды крепости, влить матросов в ряды гарнизона, а суда затопить на внешнем рейде Порт-Артура, дабы отряд адмирала Того ушел от города. То есть некоторые офицеры эскадры, по большому счету, сами же предлагали завершить ее существование в виде соединения морских судов, за что и получили от сухопутных командиров обидное прозвище «самотопы».

Дальнейшие действия 1-й эскадры продолжались в том же безынициативном ключе. Предпринятый 28 июля 1904 года прорыв в сторону Владивостока завершился провалом – адмирал Того настиг русскую эскадру и, имея преимущество в скорости (15 узлов против 11-13 узлов), навязал ей бой, хотя контр-адмирал А.В. Витгефт пытался уклониться от сражения.

В ходе сражения на флагманском броненосце «Цесаревич» произошел взрыв снаряда, в результате которого командующий эскадрой погиб. На русских кораблях началась паника. На ряде судов было принято решение вернуться в Порт-Артур, остальные же были в дальнейшем интернированы в нейтральных портах.

Русская эскадра потерпела в данном бою стратегическое поражение, так как по большому счету перестала существовать в качестве единого организованного боевого соединения. В нейтральных портах разоружились крейсера «Аскольд» и «Диана», броненосец «Цесаревич», ряд миноносцев. Крейсер «Новик» в бою с двумя японскими легкими крейсерами у берегов Сахалина 7 августа 1904 года получил несколько пробоин и был затоплен командой. Остальные корабли вернулись в Порт-Артур и больше не совершали попыток прорыва. В параллельном бою в Корейском проливе отряд Владивостокских крейсеров потерпел поражение в бою с отрядом адмирала Камимуры, потеряв крейсер 1 ранга «Рюрик». Таким образом, японцы полностью завладели инициативой в акватории Желтого, Восточно-Китайского и Японского морей, что позволило безопасно осуществлять военные перевозки и наращивать численность сухопутных войск в Маньчжурии.

В дальнейшем остатки I Тихоокеанской эскадры, находившиеся в Порт-Артуре, продолжали ориентироваться на оборону крепости, отдавая на её нужды орудия с броненосцев, канонерских лодок и поврежденных миноносцев. Пассивное пребывание кораблей на внутреннем рейде сделало их легкой мишенью после взятия японцами горы Высокой. За исключением броненосца «Севастополь», вышедшего в соседнюю бухту, все суда были в несколько дней потоплены осадной артиллерией, лишив 2-ю эскадру, двигавшуюся вокруг Африки, надежды на пополнение.

Теперь перейдем к рассмотрению причин гибели II и III Тихоокеанской эскадры в печально известной Цусимской битве. Корень этих причин следует искать еще на стадии подготовки эскадры к походу. Во II и III Тихоокеанских эскадрах к старым проблемам – разнотипности кораблей, большому количеству устаревших тихоходных судов с изношенными артиллерийскими орудиями, плохому техническому состоянию судов – прибавилась еще одна – кадровый состав.

I эскадра состояла из достаточно квалифицированных моряков, в то время как набор II и III эскадр производился достаточно поспешно и без должной тщательности. 33% общего состава эскадры были призваны из запаса, значительную долю матросов составляло молодое пополнение последнего призыва.

Офицерский состав 2-й эскадры также уступал морякам Черноморского и Тихоокеанского флотов. Командиры кораблей назначались по принципу возрастного ценза (командование большим кораблем не ранее 50-летнего возраста), многие офицеры перед самым походом были переведены с одного корабля на другой, что усложнило их знакомство с материальной частью и усугубило без того невысокую подготовку. Мичманы назначались преимущественно из военного выпуска морских училищ и корпусов, из чего следовало отсутствие у них опыта ведения боевых действий.

Результат кадровой политики адмиралтейства сказался уже при инциденте на Доггер-банке, когда сообщение о неприятельских миноносцах вызвало панику на эскадре. В ходе беспорядочной стрельбы несколько своих же снарядов попали в крейсер «Аврора». Вторым подтверждением низкой квалификации моряков эскадры стали проваленные учебные стрельбы во время стоянки на Мадагаскаре, когда ни один макет корабля противника не был поражен снарядами и торпедами.

Кроме того, следует отдельно остановиться на личности командующего – вице-адмирала З.П. Рожественского. Безусловно, нельзя обвинять одного его в поражении эскадры. Тем не менее, ряд просчетов командующий эскадрой все же допустил. Рожественский игнорировал советы своих младших флагманов – Д.Г. фон Фелькерзама, О.А. Энквиста и Н.Н. Небогатова, а также офицеров штаба эскадры, сосредоточив все управление эскадрой в своих руках. Это привело к безынициативности заместителей командующего, а также командиров кораблей. Тактические ошибки Рожественского будут разобраны ниже.

Именно тактика в русско-японской войне регулярно становилась причиной поражения русских боевых соединений. В ходе всех крупных морских сражений русский флот сначала пытался уклониться от боя, при этом уступая японцам в скорости. В результате броненосцы противника преграждали путь русской эскадре, охватывали ее головную часть и сосредотачивали огонь на флагманском броненосце. В результате интенсивного обстрела флагман выходил из строя, а командующий эскадрой не мог исполнять свои обязанности.

Во всех случаях русская эскадра демонстрировала неумение сражаться без флагмана. Младшие флагманы оказывались нерешительными и не принимали командование на себя. Одновременно с этим командиры кораблей до последнего ожидали распоряжения от командующего или же его заместителей.

Также русские корабли регулярно вели бой на невыгодной для себя дистанции. Во-первых, русские комендоры обучались ближнему бою (15-20 кабельтовых), в то время как японцы навязывали сражение на дистанции 35-45 кабельтовых. Во-вторых, русские бронебойные снаряды были рассчитаны для применения на ближней дистанции боя. Однако командующий принимал решение уклониться от сражения или вести пассивную перестрелку на предельных прицелах, выгодную для японцев, имевших более точные дальномеры и лучше обученных такой стрельбе.

Наиболее ярко недостатки русского флота проявились в ходе Цусимского сражения. Во-первых, адмирал З.П. Рожественский до последнего надеялся на то, что встречи с японским флотом не произойдет. Эта установка на прорыв до Владивостока без единого выстрела сыграла негативную роль, в том числе и в психологическом состоянии русских моряков. Еще одним следствием данной установки командующего стала неподготовленность командиров судов к сражению и отсутствие его оперативного плана.

Вторым крупным просчетом адмирала З.П. Рожественского стало перестроение броненосных отрядов при обнаружении противника, производившееся поспешно. Командиры судов действовали несогласованно, в результате чего броненосцы «Ослябя» и «Наварин» оказались вне строя. При этом ход русской эскадры составлял 9 узлов при 16 узлах скорости у броненосного отряда японцев. Таким образом, японцы легко получили возможность совершить охват головной части русской эскадры, держать флагманский броненосец на траверзе 3-4 судна и тем самым сосредоточить на нем всю огневую мощь отряда броненосцев.

В-третьих, свою задачу не выполнил отряд крейсеров под командованием О.А. Энквиста, уклонившегося от ночного боя и оставившего броненосцы без прикрытия. В результате русский флот понес дополнительные потери, лишившись двух броненосцев.

Таким образом, поражение русского флота в войне 190-1905 гг. было обусловлено рядом причин, связанных как с подготовкой флотов, так и с тактикой ведения боя и личными качествами командующих. Однако ни одна из этих причин не могла привести к поражению сама по себе. Только в совокупности они обусловили гибель Тихоокеанского флота.

После окончания Русско-Японской войны появилось огромное количество различных мемуаров участников боевых действий 1904–1905 гг., но самостоятельное историческое и художественное значение имеют очень немногие из них. В первую очередь это записки «На японской войне» и дополняющий их цикл «Рассказов о японской войне» В. В. Вересаева (опубликованы в 1906–1908 годах). Автор, известный писатель и публицист, в годы войны работал врачом полевого госпиталя и имел возможность наблюдать и фиксировать в своих произведениях всю некрасивую изнанку боевых действий, в целях пропаганды излишне романтизированных отечественной журналистикой. Результатом обличения недостаточной подготовки русской армии к войне, несовершенства руководства ею, стали, обусловленные политической конъюнктурой, нападки на писателя, обвинения в антипатриотизме и даже литературной бездарности.

Позиция литературных обозревателей Русско-Японской войны в советский период, касательно причин её поражения и результатов перемирия, была крайне необъективна и выразить ее можно словами советского писателя Далецкого Павла Леонидовича. В своем произведении «На сопках Маньжурии» Далецкий писал, о том, что до русско-японской войны 1904-1905 годов Россия не терпела столь позорных поражений. Причина скрывалась не в рядовых солдатах и офицерах. Ведь их мужество и стойкость в эту войну были необыкновенными, особенно учитывая тот факт, что русская маньчжурская армия состояла из войск ополчения и резервистов. Причина крылась в бездарности генералов, не умеющих наступать и отдававших поле боя врагу. «А назначил этих бездарей Стесселей, Фоков, Бильдерлингов, Каульбарсов и прочих фонов главный бездарь — царь Николашка II. Царь с мышлением мелкопоместного дворянчика»,- Писал Далецкий П.Л.

Из общепризнанных писателей-классиков на события войны откликнулись в том числе и А. И. Куприн своим рассказом «Штабс-капитан Рыбников» и Л. Н. Андреев нашумевшей антивоенной повестью «Красный смех», отображая бесполезность этой войны.

Роман «Портартурцы» Т. М. Борисова 1959 года, объяснял причины поражения русской армии в войне, крайне высокой оснащенностью Японской армии, её, многочисленностью, тем, что японские солдаты были обучены германскими и английскими инструкторами. И только благодаря мужеству и отчаянной храбрости защитников русская крепость «Порт- Артур» смогла удержать оборону более десяти месяцев.

Пожалуй, лучшим романом о II Тихоокеанской эскадре является книга А. С. Новикова-Прибоя «Цусима», где подробно описан боевой путь кораблей из последнего похода адмирала Рожественского.

В целом, оценки поражений царской армии в русско-японскую войну сводятся к бездарности русских военачальников на фоне значительного превосходства японцев. Разумеется, эти выводы являются упрощёнными, однако именно они закрепились в мировоззрении широкого круга читателей, а не объективные выводы исследований скрупулезных историков.

Заключение

Подводя итоги, следует сказать, что Россия проиграла войну 1904-1905 гг. в результате целого комплекса причин, связанных как с неразвитостью транспортной сети и отдалённостью региона от Центральной России, так и с конкретными просчётами командования, нерешительностью русского генералитета, нарушениями принципов единоначалия и др. Однако японцам так и не удалось разгромить русскую армию. Как уже не раз бывало в истории, наши войска стягивали резервы и, получившие горький опыт поражений, готовились к контрнаступлению. Об этом, в частности, пишет в воспоминаниях генерал Куропаткин. И даже потеря флота не играла решающей роли, ведь русская армия могла просто вытеснить японцев с континента. Но всем этим планам так и не удалось сбыться, потому что было заключено перемирие. И заключено оно было, как нам кажется, во многом из-за революции в России. Война оказалась непопулярной в народе, не были понятны её цели. Каждое поражение, особенно трагедия при Цусиме, вызывало всплеск революционного движения: начинались стачки, восстания армейских частей. Поэтому правительству в первую очередь нужно было успокоить страну, и о войне в этих условиях уже не думали. Не до неё было.

Приложения

Приложение 1. Положение русской и японской эскадр перед Цусимским сражением в 13:30 -13:40 14 мая 1905 годаcysima

Список использованной литературы

1. Бунич, Игорь Львович. Князь Суворов; Гибель линкора "Ямато" : Историческая хроника / И.Л. Бунич .— Минск : Алкиона, 1995 .— 445, [1] с.

2. Котенев, А. Я. На сопках Манжурии : роман, повесть .— М. : Воениздат, 1980 .— 543 с.

3. Крестьянинов, В.Я. Цусимское сражение 14-15 мая 1905 г. СПб. : ОСТРОВ, 2003. – 272 с.

4. Куропаткин, Алексей Николаевич. Русско-японская война, 1904-1905 : Итоги войны / А.Н. Куропаткин .— СПб. : Полигон, 2002 .— 527 с.

5. Левицкий, Николай Арсеньевич. Русско-японская война / Н.А. Левицкий, П.Д. Быков .— М. ; СПб. : Изографус : Эксмо : Terra Fantastica, 2003 .— 667, [1] с.

6. Мартин, К. Русско-японская война, 1904-1905 : пер. с англ. / Кристофер Мартин .— М. : Центрполиграф, 2003 .— 218, [2] с.

7. Новиков-Прибой, А. С. Цусима : роман : кн. 1 и 2 / А.С. Новиков-Прибой .— Саранск : Морд. кн. изд-во, 1983 .— 792 с.

8. Свечин, Александр Андреевич. Эволюция военного искусства / Александр Свечин .— М. : Акад. Проект, 2002 .— 858,[1] с.

9. Степанов, А. Н. Порт-Артур : роман : в 2 кн. — М. : Современник, 1981.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top