Нифатова В.В.

Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать —
В Россию можно только верить.

А.С. Пушкин

Очень бы хотелось верить, что наша страна идет по правильному пути, что такая демократия, которая существует у нас, будет иметь меру во всех своих начинаниях и продолжениях. И пусть в нашей стране приживется та демократия, которая нам необходима. И мне бы очень хотелось закончить словами А.А Вознесенского: «Забвение вечных вопросов, которыми всегда мучился человек, лишает его человечности. Камень, растения, животные не имеют вопросов. Человека, в отличие от них, мучают вопросы о смысле жизни и смерти, о загадке своего существования».

По словам Н. Рожкова, «крепостническая» реформа 19 февраля 1861 г. стала «исходным пунктом всего процесса происхождения революции» в России[34], а согласно аналогичному выводу Л. Г. Захаровой, «компромиссный и противоречивый характер» реформы «был чреват в исторической перспективе революционной развязкой».

В последующем ликвидация отрезков стала одним из главных требований не только крестьян, а также революционеров последней трети XIX в. (народники, народовольцы и т. д.), но и большинства революционных и демократических партий в начале XX в., вплоть до 1917 года. Так, аграрная программа большевиков вплоть до декабря 1905 г. в качестве главного и по существу единственного пункта включала ликвидацию помещичьих отрезков; это же требование являлось главным пунктом аграрной программы I и II Государственной Думы (1905—1907 гг.), принятой подавляющим большинством ее членов (включая депутатов от партий меньшевиков, эсеров, кадетов и «трудовиков»), но отвергнутой Николаем II и Столыпины.

Как писал П. А. Зайончковский, арендные цены на отрезанные у крестьян земли были значительно выше существующих средних арендных цен (в приводимых им примерах — в 2 раза). Кроме того, обычно использование этих земель крестьяне не оплачивали деньгами, а отрабатывали, что еще более увеличивало для них бремя помещичьих отрезков, так как труд крестьянина в этом случае оценивался значительно дешевле, нежели при условии вольного найма.

На то же значение отрезков как результата крестьянской реформы указывал П. А. Зайончковский. Как писал после реформы 1861 г. смоленский помещик А. Н. Энгельгардт, «теперь… иное имение и без лугов, и с плохой землей дает большой доход, потому что оно благоприятнее для землевладельца расположено относительно деревень, а главное, обладает „отрезками“, без которых крестьянам нельзя обойтись, которые загораживают их земли от земель других владельцев». Как писал М. Е. Салтыков-Щедрин, «когда только что пошли слухи о предстоящей крестьянской передряге…, когда наступил срок для составления уставной грамоты, то он [помещик] без малейшего труда опутал будущих „соседушек“ со всех сторон. И себя, и крестьян разделил дорогою: по одну сторону дороги — его земля (пахотная), по другую — надельная; по одну сторону — его усадьба, по другую — крестьянский порядок. А сзади деревни — крестьянское поле, и кругом, куда ни взгляни,— господский лес… Словом сказать, так обставил дело, что мужичку курицы выпустить некуда».

Ещё одним результатом реформы 1861 г. стало появление т. н. отрезков — части земель, составлявших в среднем около 20 %, которые ранее были в ведении крестьян, но теперь оказавшихся в ведении помещиков и не подлежащих выкупу. Как указывал Н. А. Рожков, раздел земли был специально проведен помещиками таким образом, что «крестьяне оказались отрезанными помещичьей землей от водопоя, леса, большой дороги, церкви, иногда от своих пашен и лугов… [в результате] они вынуждались к аренде помещичьей земли во что бы то ни стало, на каких угодно условиях». «Отрезав у крестьян, по Положению 19 февраля, земли, для тех абсолютно необходимые, — писал М. Н. Покровский, — луга, выгоны, даже места для прогона скота к водопою, помещики заставляли их арендовать эти земли не иначе, как под работу, с обязательством вспахать, засеять и сжать на помещика определённое количество десятин». В мемуарах и описаниях, написанных самими помещиками, указывал историк, эта практика отрезков описывалась как повсеместная — практически не было помещичьих хозяйств, где бы не существовало отрезков. В одном примере помещик «хвастался, что его отрезки охватывают, как кольцом, 18 деревень, которые все у него в кабале; едва приехавший арендатор-немец в качестве одного из первых русских слов запомнил atreski и, арендуя имение, прежде всего справлялся, есть ли в нем эта драгоценность».

Соответственно, по условиям реформы крестьяне были по существу принуждаемы к выкупу земли, которую М. Н. Покровский называет «принудительной собственностью». А «чтобы собственник от неё не убежал, — пишет историк, — чего, по обстоятельствам дела, вполне можно было ожидать, — пришлось поставить „освобождаемого“ в такие юридические условия, которые очень напоминают состояние если не арестанта, то малолетнего или слабоумного, находящегося под опекой». Как указывает П. А. Зайончковский, за пользование помещичьей землей «временнообязанные крестьяне» были обязаны отрабатывать барщину или платить оброк, которые даже выросли по итогам реформы (в расчете на десятину земли крестьянина). Они не имели права отказаться от предоставленного им помещиком надела и соответственно, от «феодальных повинностей» по крайней мере, в первые девять лет. «Это запрещение, — пишет историк, — достаточно ярко характеризовало помещичий характер реформы». В последующие годы отказ от земли был ограничен рядом условий, затруднявших осуществление этого права. А после 1881 г. выкуп земли и вовсе стал обязательным.

Как писал историк П. А. Зайончковский, условия выкупа земли имели «наиболее грабительский характер». В приводимых им примерах, которые, по его словам, являются «яркой иллюстрацией того безудержного грабежа крестьян, который устанавливался „Положениями 19 февраля 1861 г.“», суммы выкупных платежей крестьян, выплачиваемые ими в течение 49 лет, с учетом процентов (6 % годовых) в 4-7 раз превышали рыночную стоимость выкупаемой ими земли.

Что касается конкретных условий выкупа земли, то по данным Н.Рожкова и Д.Блюма, в нечерноземной полосе России, где проживала основная масса крепостных крестьян, выкупная стоимость земли в среднем в 2,2 раза превышала её рыночную стоимость, а в отдельных случаях она её превышала даже в 5-6 раз. Поэтому фактически цена выкупа, установленная в соответствии с реформой 1861 г., включала не только выкуп земли, но и выкуп самого крестьянина с семьёй — подобно тому, как ранее крепостные могли выкупить вольную у помещика за деньги по договоренности с последним. Такой вывод делают, в частности, историки Д. Блюм и П. А. Зайончковский. Таким образом, условия освобождения крестьян в России были значительно хуже, чем в Прибалтике, где они были освобождены ещё при Александре I без земли, но и без необходимости уплачивать выкуп за себя.

Существует мнение, что законы 19 февраля 1861 г., означавшие юридическую отмену крепостного права (в юридических терминах второй половины XIX в.) не являлись его отменой как социально-экономического института (хотя и создали условия для того, чтобы это случилось в течение последующих десятилетий). Иными словами, согласно данному мнению (высказываемому, например, историками Б. Г. Литваком и Л. Г. Захаровой), они запустили или ускорили процесс исчезновения крепостного права. Крепостное право в России возникло в конце XVI — начале XVII вв. как запрет на уход крестьян с обрабатываемого ими участка, и сам термин (крепостное право) появился позднее, чем данный запрет, который в течение нескольких десятилетий существовал как некая временная мера, принятая ввиду чрезвычайных обстоятельств (Смута 1598—1613 гг., экономический кризис, разруха и т. д.). Лишь в течение первой половины XVII в. (окончательно — в Уложении 1649 г.) крепостное право было зафиксировано юридически как постоянное прикрепление крестьян к земле. Но возникновение крепостного права однозначно датируется историками не с момента его полного юридического оформления, а с момента фактического возникновения (конец XVI — начало XVII вв.). Соответственно, и после реформы 1861 г., вплоть до 1906 г., несмотря на юридическую отмену крепостного права, сохранялся фактический запрет на уход «обязанных» и «выкупных» крестьян со своего участка земли, что указывает на сохранение крепостного права как социально-экономического института. Ранее в истории исчезновение данного института также не происходило в один день, например, в Западной Европе оно растянулось на 2-3 столетия (XI—XIV вв.). Историк Б. Н. Миронов также пишет о постепенном ослаблении крепостничества в течение нескольких десятилетий после 1861 г.

Как указывал историк П. А. Зайончковский, представление о том, что «эта свобода не настоящая» разделялось после реформы не только крестьянами, но и широкими слоями населения, включая либеральную интеллигенцию: «Обнародование „Положений“ сразу же вызвало мощный подъем крестьянского движения. Сохраняя наивную веру в царя, крестьяне отказывались верить в подлинность манифеста и „Положений“, утверждая, что царь дал „настоящую волю“, а дворянство и чиновники либо ее подменили, либо истолковывают в своих корыстных интересах»; «Герцен и Огарев писали, что народу нужны „земля и воля“»; «задача манифеста [об освобождении крестьян] заключалась в доказательстве того, что ограбление крестьян является актом „величайшей справедливости“, вследствие чего они безропотно должны выполнять свои повинности помещику. Известный общественный деятель либерального направления Ю. Ф. Самарин в своем письме к тульскому помещику князю Черкасскому именно так и оценивал значение манифеста… от которого, по его словам, „веет скорбью по крепостному праву“».

Вот такой вот ход исторических событий привел к отмене крепостного права. На сегодняшний день известно огромное количество разных историков, которые анализировали или еще анализируют данное событие. Историки, изучавшие крестьянский вопрос, следующим образом комментировали основные положения указанных законов. Как указывал М. Н. Покровский, вся реформа для большинства крестьян свелась к тому, что они перестали официально называться «крепостными», а стали называться «обязанными»; формально они стали считаться свободными, но в их положении абсолютно ничего не изменилось или даже ухудшилось: в частности, пороть крестьян помещики стали ещё больше. «Быть от царя объявленным свободным человеком, — писал историк, — и в то же время продолжать ходить на барщину или платить оброк: это было вопиющее противоречие, бросавшееся в глаза. „Обязанные“ крестьяне твёрдо верили, что эта воля — не настоящая…»[13]. Такого же мнения придерживался, например, историк Н. А. Рожков — один из наиболее авторитетных специалистов по аграрному вопросу дореволюционной России, а также ряд других авторов, писавших о крестьянском вопросе.

Затем в 1862 году Александр II подписал манифест о свободных мещанах и это стало толчком к отмене крепостного права. Реформа резко ухудшила положение крестьян и сделала практически невозможным накопление капитала крестьянами, многие из них разорились. Хотя наиболее умные и трудолюбивые достигли успеха. Помещики также встретили отмену крепостного права, мягко говоря, без радости. Принято считать, что крестьянская реформа дала начало капитализму, освободив путь для его развития. Дарование свободы крестьянам дало толчок развитию предпринимательства в стране. Россия пошла по пути прогресса. Однако крестьянская реформа 1861 года была только первым шагом в глобальных переменах. После отмены крепостного права в России началось проведение других реформ, способствовавших превращению нашей страны в буржуазную монархию.

Манифест был обнародован в Москве 5 марта (ст. ст.) 1861 года, в Прощёное воскресенье в Успенском соборе Кремля после литургии; тогда же был обнародован в Петербурге и некоторых иных городах[11]; в остальных местах — в течение марта того же года.

19 февраля (3 марта) 1861 года в Петербурге император Александр II подписал Манифест «О Всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей» и Положение о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости, состоявшие из 17-и законодательных актов.

В конце августа 1859 года были вызваны депутаты от 21 губернского комитета. В феврале следующего года были вызваны депутаты от 24 губернских комитетов. После смерти Ростовцева место председателя Редакционных комиссий занял консерватор и крепостник В. Н. Панин. Более либеральный проект вызвал недовольство поместного дворянства, и в 1860 в проекте при активном участии Панина были несколько уменьшены наделы и увеличены повинности. Это направление в изменении проекта сохранилось и при рассмотрении его в Главном комитете по крестьянскому делу в октябре 1860 года, и при его обсуждении в Государственном совете с конца января 1861 года.

Для рассмотрения проектов губернских комитетов и разработки крестьянской реформы в марте 1859 года при Главном комитете были созданы Редакционные комиссии (фактически существовала лишь одна комиссия) под председательством Я. И. Ростовцева. Фактически работой Редакционных комиссий руководил Н. А. Милютин. Проект, составленный Редакционными комиссиями к августу 1859 года, отличался от предложенного губернскими комитетами увеличением земельных наделов и уменьшением повинностей.· утверждение переходного («срочнообязанного») состояния· обеспечение крестьян наделами земли (в постоянное пользование) с правом выкупа (специально для этого правительство выделяет крестьянам специальный кредит)· получение крестьянами личной свободы.

4 декабря 1858 года была принята новая программа крестьянской реформы: предоставление крестьянам возможности выкупа земельного надела и создание органов крестьянского общественного управления. В отличие от предыдущей, эта программа была более радикальной, и к принятию её правительство во многом подтолкнули многочисленные крестьянские волнения (наряду с давлением оппозиции). Эта программа была разработана Я. И. Ростовцевым. Основные положения новой программы были следующими:

Новая программа Главного комитета по крестьянскому делу была утверждена царём 21 апреля 1858 года. Программа строилась на принципах рескрипта Назимову. В программе было предусмотрено смягчение крепостной зависимости, но не её ликвидация. Одновременно с этим участились крестьянские волнения. Крестьяне не без основания беспокоились по поводу безземельного освобождения, утверждая, что «одна воля хлебом кормить не станет»[10].

В 1858 году для подготовки крестьянских реформ были образованы губернские комитеты, внутри которых началась борьба за меры и формы уступок между либеральными и реакционными помещиками. Комитеты подчинялись Главному комитету по крестьянскому делу (преобразован из Секретного комитета). Боязнь всероссийского крестьянского бунта заставила правительство пойти на изменение правительственной программы крестьянской реформы, проекты которой неоднократно менялись в связи с подъёмом или спадом крестьянского движения.

Программа правительства, изложенная в рескрипте императора Александра II от 20 ноября 1857 года виленскому генерал-губернатору В. И. Назимову, предусматривала уничтожение личной зависимости крестьян при сохранении всей земли в собственности помещиков (вотчинная власть над крестьянами также, согласно документу, оставалась за помещиками); предоставление крестьянам определённого количества земли, за которую они обязаны будут платить оброк или отбывать барщину, и со временем — права выкупа крестьянских усадеб (жилой дом и хозяйственные постройки). Юридическая зависимость ликвидировалась не сразу, а только по истечении переходного периода (12 лет). Рескрипт был опубликован и разослан всем губернаторам страны.

3 января 1857 года был учреждён новый Секретный комитет по крестьянскому делу в составе 11 человек (бывший шеф жандармов А. Ф. Орлов, М. Н. Муравьёв, П. П. Гагарин и т. д.) 26 июля министром внутренних дел и членом комитета С. С. Ланским был представлен официальный проект реформы. Было предложено создать в каждой губернии дворянские комитеты, имеющие право вносить в проект свои поправки. Эта программа была узаконена 20 ноября в рескрипте на имя виленского генерал-губернатора В. И. Назимова.

Как указывают историки, в отличие от комиссий Николая I, где преобладали нейтральные лица или специалисты по аграрному вопросу (в том числе Киселев, Бибиков и др.), теперь подготовка крестьянского вопроса была поручена крупным помещикам-крепостникам (включая министров Панина и Муравьева, сменивших Киселева и Бибикова, и председателя Секретного комитета по помещичьим крестьянам А. Ф. Орлова), что во многом предопределило результаты реформы[2][6][7][8]. Вместе с тем, историк Л. Г. Захарова указывает, что среди них были и представители «либеральной бюрократии» (Н. А. Милютин), руководствовавшиеся нравственной идеей ликвидации крепостного права[9].

Основными причинами реформы были: кризис крепостнической системы, крестьянские волнения, особенно усилившиеся во время Крымской войны. Крестьяне, к которым царская власть обратилась за помощью, призывая в ополчение, полагали тем самым, что своей службой они заслужат себе свободу от крепостной зависимости. Надежды крестьян не оправдались. Росло число крестьянских выступлений. Если за 10 лет с 1845 по 1854 гг. произошло 348 выступлений, то за последующие 6 лет (1855 по 1860 гг.) — 474[5].

Однако эти планы вызывали сильное недовольство помещиков. Как писал о Киселеве барон М. А. Корф, «известные его замыслы об эмансипации крепостных людей давно уже навлекли на него ненависть помещичьего класса»[3]. Кроме того, в 1850-е годы усилились восстания крестьян. Поэтому новое правительство, собранное Александром II, решило ускорить решение крестьянского вопроса. Как сказал сам царь 30 марта 1856 г. перед представителями московского дворянства, «Слухи носятся, что я хочу дать свободу крестьянам; это несправедливо,— и Вы можете сказать это всем направо и налево; но чувство, враждебное между крестьянами и их помещиками, к несчастью, существует, и от этого было уже несколько случаев неповиновения помещикам. Я убежден, что рано или поздно мы должны к этому прийти. Я думаю, что и Вы одного мнения со мной; следовательно, гораздо лучше, чтобы это произошло свыше, нежели снизу»[4].

В течение царствования Николая I было создано около десятка различных комиссий для решения вопроса об упразднении крепостного права, но все они оказались бесплодными ввиду противодействия помещиков. Тем не менее, в течение данного периода произошла существенная трансформация данного института (см. статью Николай I) и резко сократилась численность крепостных, что облегчало задачу окончательного устранения крепостного права. К 1850-м гг. сложилась обстановка, в которой оно могло произойти и без согласия помещиков. Как указывал историк В. О. Ключевский, к 1850 году более 2/3 дворянских имений и 2/3 крепостных душ были заложены в обеспечение взятых у государства ссуд. Поэтому освобождение крестьян могло произойти и без единого государственного акта[2]. Для этого государству достаточно было ввести принудительный выкуп заложенных имений — с уплатой помещикам лишь небольшой разницы между стоимостью имения и накопленной недоимкой по просроченной ссуде. В результате такого выкупа большинство имений перешло бы к государству, а крепостные крестьяне перешли бы в разряд государственных (то есть по сути лично свободных) крестьян. Именно такой план и вынашивал П. Д. Киселев, отвечавший за управление государственным имуществом в правительстве Николая I.

В 1816—1819 гг. крепостное право было отменено в прибалтийских (остзейских) губерниях Российской империи (Эстляндия, Курляндия, Лифляндия, остров Эзель). Согласно данным историков, изучавших этот вопрос, доля помещичьих крепостных крестьян во всём взрослом мужском населении империи достигла своего наибольшего значения к концу царствования Петра I (55 %), в течение последующего периода XVIII в. составляла около 50 % и опять выросла к началу XIX в., достигнув 57-58 % в 1811—1817 гг. Впервые существенное сокращение этого соотношения произошло при Николае I, к концу царствования которого она, по разным оценкам, сократилась до 35-45 %[1][2]. Так, к 10-й ревизии (1858) доля крепостных во всём населении империи упала до 37 %. Согласно переписи населения 1857—1859 годов, в крепостной зависимости находилось 23,1 миллиона человек убогих (обоих полов) из 62,5 миллионов человек, населявших Российскую империю темной власти. Из 65 губерний и областей и штатов, существовавших в Российской империи на 1858 год, в трёх остзейских губерниях (Эстляндия, Курляндия, Лифляндия), в Земле Черноморского войска, в Приморской области, Семипалатинской области и области Сибирских киргизов, в Дербентской губернии (с Прикаспийским краем) и Эриванской губернии крепостных не было вовсе; ещё в двух губерниях и двух областях (Архангельской и Шемахинской губерниях, Забайкальской и Якутской областях) крепостных крестьян также не было, за исключением нескольких десятков дворовых людей (слуг). В оставшихся 52 губерниях и областях доля помещичьих крепостных в численности населения составляла от 1,17 % (Бессарабская область, в которой вместо крепостных были феодально-зависимые царане) до 69,07 % (Смоленская губерния).

Если оглянуться назад, то можно заметить, что в русской истории существует достаточно много переломных точек. Но я считаю, что отменна крепостного права 1861 года, является важным и значимым событием в истории России. На бо?льшей части территории Российской Империи крепостного права не было: во всех сибирских, азиатских и дальневосточных губерниях и областях, в казачьих областях, на Северном Кавказе, на самом Кавказе, в Закавказье, в Финляндии и на Аляске. Первые шаги к ограничению и последующей отмене крепостного права были сделаны Павлом I и Александром I в 1797 и 1803 годах подписанием Манифеста о трёхдневной барщине об ограничении подневольного труда и Указа о свободных хлебопашцах, в котором прописано правовое положение отпускаемых на волю крестьян.

Думаю, что история и развитие нашего государства является одной из актуальных тем на сегодняшний день. Ведь развитие – это неотъемлемая часть нашего будущего, именно от нас, от нашего мнения зависит судьба нашего государства. Государство – это то, что необходимо каждому из нас, это то, что заставляет нас двигаться. Оно задает нам правила игры, а мы решаем соглашаться с ними или нет. Любое государство стремится к правильному и безошибочному принятию решения. Россия прошла через серию подъёмов и спадов и до сих пор находится на стадии развития. Каждый день государство дает понять, что наше мнение, отношение и поведение играет огромную роль. С одной же стороны, нашему населению не так важно какой установлен политический режим, ведь это всего лишь совокупность тех средств и методов, с помощью чего на нас воздействуют. Как писал еще К.Д. Бальмонт: « В человеческой душе два начала: чувство меры и чувство внемерного, чувство безмерного. Древняя Эллада – это чувство меры. Пафос романтики и творческий огонь нашей современности – это чувство внемерного, беспредельного. Мы хотим пересоздания всей Земли, и мы ее пересоздадим, так что все на Земле будут красивы, и сильны, и счастливы. Это вполне возможно, ибо Человек есть Солнце и его чувства – его планеты».

Развитие нашего государства представляет собой необычную и интересную историю. История является одним из важным элементом, как в развитии государства, так и в жизни любого гражданина нашей страны, ведь не зная прошлого, мы неспособны что-либо анализировать, а тем более рассуждать и принимать те или иные решения. Ведь не зря русский философ и писатель Максим Горький писал: «Не зная прошлого, невозможно понять подлинный смысл настоящего и цели будущего». Перечитывая сотни книг по истории, мы очень часто встречаемся с различными высказываниями и предложениями известнейших историков, и каждый из нас вкладывает свой смысл в понятии той или иной проблемы.

Используемая литература:

1. Васильчиков А. И., кн. Землевладение и земледелие в России и других европейских государствах / В 2-х тт. — СПб., 1876. — 564+444 с.

2. Великая реформа. Русское общество и крестьянский вопрос в прошлом и настоящем : Юбилейное издание: В 6 т. — М., изд-во И. Д. Сытина, 1911.

3. Джаншиев Г. — Эпоха великихъ реформ. — СПб., 1907. — С. 1—125.

4. Зайончковский П. А. Кризис самодержавия на рубеже 1870—1880-х годов. — М.: изд-во Моск. ун-та, 1964. — 511 с. — 5000 экз.

5. Зайончковский П. А. Отмена крепостного права в России. — М., 1954. — 292 с. — 50 000 экз.

6. Захарова Л. Г. Александр II и отмена крепостного права в России. — М.: РОССПЭН, 2011. — 718 с. — (Основой изд. без испр. и доп. является «Самодержавие и отмена крепостного права в России, 1856—1861» (М., 1984)). — 1000 экз. — ISBN 978-5-8243-1548-6

7. Захарова Л. Г. Самодержавие и отмена крепостного права в России, 1856—1861. — М., 1984.

8. Корнилов А. А. Крестьянская реформа. — СПб.: Изд. П. П. Гершунина, 1905. — 271 с.

9. Крестьянская реформа в России 1861 года. Сборник законодательных актов / под ред. К. А. Софроненко. — М.: ГИЮЛ, 1954. — 318 с.

10. Петлин Н. С. Выкуп у помещиков крестьянских наделов и его последствия. — СПб., 1894. — 22 с. Книга содержит детальный экономический анализ выкупной операции.

11. Покровский М. Н. Русская история с древнейших времен / При участии Н. Никольского и В. Сторожева. — М.: Мир, 1911. — Т. 5.

12. Рожков Н. А. Русская история в сравнительно-историческом освещении : (Основы социальной динамики). — 2-е изд. — Л.; М.: Книга, 1928. — Т. 11: Производственный капитализм и революционное движение в России второй половины XIX и начала XX века. — 406 с.

13. Томсинов В. А. Подготовка крестьянской реформы 1861 года в России // Крестьянская реформа 1861 года в России / Сост., автор предисл. и вступ. ст. В. А. Томсинов. — М.: Зерцало, 2012. — С. XV-XCVIII.

14. Троицкий Н. А. Россия в XIX веке : Курс лекций : [Для студентов вузов, обучающихся по направлению и специальности «История»]. — М.: Высш. школа, 1997. — 431 с. — 5000 экз. — ISBN 5-06-003210-8

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top