Тихонова О.С.

Актуальность темы. Коллективизация сельского хозяйства была важным событием истории России ХХ века.В результате коллективизации в жизни деревни произошли преобразования, коренным образом изменившие экономику, социальный строй, культуру, психологию и быт крестьянства. Коллективизация была не просто процессом обобществления хозяйств, а способом подчинения государству основной массы населения. Это подчинение часто осуществлялось насильственными методами. Так, многие крестьяне Иркутского, Тулунского, Киренского районов были отнесены к кулакам и подвергнуты репрессиям. Даже сейчас, через столько лет, родственники репрессированных пытаются найти сведения о судьбе своих близких, которые пропали в лагерях, спецпоселках или подверглись расстрелу. Таким образом, коллективизация отразилась на судьбах миллионов людей и оставила глубокий след в истории нашего государства.

Вместе с тем, процесс коллективизации долгое время интерпретировался с точки зрения официально принятых положений в советской исторической науке. В конце 1980-х – начале 1990-х гг., когда у исследователей появилась широкая возможность привлекать ранее неопубликованные и засекреченные источники, начинается переосмысление основных научных концепций аграрной истории России 1920-1930-х гг. Научная актуальность темы состоит в том, что использование новых источников по истории коллективизации Иркутской области, их критический анализ позволяют создать принципиально иное объяснение особенностей этого исторического явления в данном регионе и представить наиболее полную картину осуществления коллективизации в Восточно-Сибирском крае.

Историография. По проблемам коллективизации и раскулачивания было написано достаточно большое количество работ, которые с учетом времени их появления можно выделить в три периода.

Первый период охватывает 1920-1930-е гг. Первоочередное внимание исследователей 1 в этот период привлекали такие проблемы: изменение социальной структуры крестьянства, аграрная политика Советского государства, формирование союза рабочего класса и крестьянства, проведение массовой коллективизации. Обострение классовой борьбы в деревне объяснялось лишь сопротивлением кулачества. Несмотря на идеологические установки, в этих работах содержится ценный фактический материал – данные переписей населения и обследований, проводившихся в колхозах и совхозах.

Создаваемая в этот период историческая литература носила агитационно-пропагандистский характер, взаимоотношения крестьянства и государства рассматривались в контексте проблемы классовой борьбы.

В 1940-е гг. появилась серия книг и брошюр, раскрывающих результаты победы колхозного строя, показывающих развитие социалистического соревнования в сельском хозяйстве. Затем война на время прервала изучение историками проблем социалистического переустройства деревни, которое было возобновлено в конце 1940-х – начале 1950-х гг.

После XX съезда КПСС начался второй период в изучении сибирской деревни (конец 1950-х – начало 1980-х гг.), который характеризуется расширением масштабов научных исследований 2. Создаются работы, авторы которых пытались преодолеть субъективизм, хотя критика террора сосредоточилась лишь на отдельных эпизодах. Процесс коллективизации рассматривался с положительной точки зрения, а политика Советского правительства в отношении зажиточных крестьян, в общем, признавалась оправданной.

Среди опубликованных в конце 1950-х – начале 1960-х гг. работ, раскрывающих этапы колхозного строительства в Восточной Сибири, в том числе в Иркутской области, можно выделить труды И.С. Степичева, М.К. Гаврилова и др.3

И.С. Степичев уделяет внимание становлению кооперации в Восточно-Сибирском крае, а также деятельности Иркутской партийной организации в ходе проведения коллективизации в районах. Более подробно о коллективизации в Иркутском округе рассказывается в исследовании М.К. Гаврилова, где сделан акцент на положительных итогах первой пятилетки, что, по его мнению, свидетельствует о победе социализма в деревне.

В конце 1960-х – начале 1980-х гг. издаются коллективные фундаментальные работы по узловым проблемам аграрной истории. К примеру, в четвертом томе «Истории Сибири с древнейших времен до наших дней» под редакцией А.П. Окладникова 4 впервые был показан исторический путь развития сибирского крестьянства и сельского хозяйства с октября 1917 г. до «победы социализма», а в многотомном труде «История крестьянства Сибири»5 большое внимание уделялось социальным и психологическим особенностям крестьянства.

Появляются монографии, в которых рассматриваются вопросы социалистической реконструкции сельского хозяйства, как в целом по стране, так и по отдельным регионам. В работах НЯ. Гущина 6 раскрываются особенности этапов коллективизации в Восточной Сибири, указываются причины сопротивления крестьянства, а также поднимается проблема изменения социального положения крестьян в период социалистических преобразований, в том числе в Иркутской области. Отдельные аспекты, связанные с коллективизацией, нашли отражение в работах В.И. Панова, В.Г. Тюкавкина, А.П. Косых и др.7 В них, в частности, затрагиваются предпосылки создания колхозов и причины хлебозаготовительного кризиса.

В целом, этому периоду присущи определенные идеологические рамки, отсутствие необходимых источников, но при этом расширяется тематика исследований проблем социалистического переустройства деревни.

Третий период включает конец 1980-х – начало 2000-х гг., когда произошел пересмотр ряда прежних, традиционных догм и были созданы условия для критического переосмысления прошлого исторического опыта.

Использование новых источников способствовало более объективному освещению проблем коллективизации и раскулачивания. К числу таких работ следует отнести исследования Н.Л. Рогалиной «Коллективизация: уроки пройденного пути» и Н.Н. Покровского «Политбюро и крестьянство - высылка, спецпоселения 1920-1930-х гг.»8. И.Е. Зеленин в своем труде «Сталинская революция сверху после «великого перелома», используя рассекреченные архивы, восстанавливает причины и ход кровавых репрессий 1937 г., затронувшие все слои населения, в том числе крестьянство 9.

Наиболее подробно на сегодняшний день история репрессий в нашей области излагается в многотомном издании «Жертвы политических репрессий»10, в котором представлены воспоминания репрессированных, анкеты спецпереселенцев. Эти сведения имеют очень большое значение, так как показывают реальную картину проведения раскулачивания крестьянства.

Был пересмотрен ряд вопросов, в том числе причины коллективизации. Современные историки В.П. Данилов, Н.А. Ивницкий, И.Е. Зеленин видят их в экономическом кризисе страны («ножницы цен», «кризис сбыта», хлебозаготовительные кризисы). Политика раскулачивания рассматривается ими не как вынужденный ответ на ожесточенную борьбу кулаков, а как осознанная, спланированная и организованная акция для решения зерновой проблемы и уничтожения кулачества 11.

Новые представления о коллективизации в Восточной Сибири отражены в трудах иркутских историков и краеведов – Л.В. Зандановой, А.А. Гаврилова, М.А. Винокурова, А.П. Суходулова, Ю.И. Баландина, Г.Б. Арутюнова и др.      В работе Л.В. Зандановой «Приангарская деревня» 12 поэтапно прослеживается ход проведения коллективизации, при этом вся изложенная информация основывается на архивных данных. Важное значение для понимания предпосылок проведения коллективизации имеют работы А.А.Гаврилова13, посвященные развитию кооперации. Процесс коллективизации в Иркутском районе рассматривается в исследовании М.А. Винокурова и А.П. Суходулова, в Тулунском районе – Ю.И. Баландина, в Киренском – Г.Б. Арутюнова 14.

Отдельные проблемы коллективизации, в том числе условия жизни «лишенцев», излагаются в статьях И.А. Горбуновой, В. Литвиновой, Л. Нератовой15. Методы борьбы с кулаками в Иркутском, Киренском округах, а также формы крестьянского сопротивления отражены в диссертации И.С. Корякиной.16

Важно отметить, что вопросы коллективизации и раскулачивания в настоящее время занимают не только российских историков, но и зарубежных исследователей. В работах Д. Боффа, Ш. Фицпатрик 17 используется конкретный исторический материал о коллективизации, раскулачивании, спецпереселенцах, который был взят из архивов Москвы, Украины, Урала, Сибири и других регионов. В связи с этим особое место занимают труды Ш. Фицпатрик, где она большое внимание уделяет именно «Сталинскому периоду развития России», используя большое количество рассекреченных источников ОГПУ. Опираясь на всевозможные источники, автор оценивает государственную политику по отношению к зажиточному крестьянству, как насильственную и преступную, тем самым, отражая западную точку зрения на происходящие события в Советской России в 1920-1930-е гг.

Анализ изученной литературы позволяет сделать вывод о том, что процесс коллективизации в Восточной Сибири на протяжении десятилетий являлся предметом исследования историков. Тем не менее, особенности проведения коллективизации в Иркутском, Тулунском и Киренском районах, по-прежнему, не нашли своего полного и объективного освещения.

Исходя из этого, целью исследования является сравнительная характеристика процесса коллективизации в Иркутском, Тулунском и Киренском районах. Для реализации цели поставлены следующие задачи:

  1. Раскрыть предпосылки коллективизации и начало её осуществления в Иркутском, Тулунском, Киренском округах.
  2. Рассмотреть переход к массовой коллективизации и особенности её проведения в Иркутском, Тулунском, Киренском районах в годы первой и второй пятилеток.
  3. Показать причины раскулачивания крестьян и его осуществление в данных районах.
  4. Проанализировать итоги коллективизации в Иркутском, Тулунском, Киренском районах.

Объектом исследования является процесс коллективизации в Восточной Сибири, а предметом – специфика проведения коллективизации в Иркутском, Тулунском, Киренском районах и её последствия для крестьянства.

Хронологические рамки: 1920-1930-е гг. Нижняя граница определяется предпосылками коллективизации, связанными с кооперированием сельского хозяйства, а верхняя – временем завершения коллективизации в Иркутской области и, в частности, в Иркутском, Тулунском, Киренском районах.

Территориальные рамки включают районы Иркутской области – Иркутский, Тулунский, Киренский – и обусловлены разными климатическими зонами, наличием посевных площадей и условиями для осуществления коллективизации, позволяющими провести сравнительную характеристику.

Обзор источников исследования. Для написания дипломной работы использовалась большая источниковая база. Наиболее ценными представляются неопубликованные архивные материалы. В Государственном архиве Иркутской области (ГАИО) были использованы документы Исполнительного комитета Иркутского окружного совета рабочих и крестьянских депутатов (Ф.р-218), охватывающие период с 1927 г. по 1930 г. Так, дело № 51 позволяет сформировать представление о начале колхозного строительства в Иркутском округе, о деятельности первых колхозов, их успехах и трудностях, а также раскрыть суть кооперативного движения в сибирской деревне. В деле № 37 содержатся материалы по развитию сельского хозяйства в Иркутском округе за период 1926 -1928 гг., которые помогают узнать о количестве колхозов в округе.

О проведении коллективизации в Киренском районе мы узнаем из документов Киренского окружного исполнительного комитета, совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (Ф. р-75). К примеру, в деле № 90 представлен обзор деятельности окружного исполкома по проведению весенней посевной кампании в 1929 г., чтопозволило определить временные рамки массовой коллективизации в Киренском округе и районе.

О том, как развивалась кооперация и осуществлялась коллективизация в Тулунском округе и районе в 1925-1927гг., мы узнаем из документов Ф. р-484. В деле № 14 представлены материалы по кооперированию и коллективизации с/х отдела Тулунского ОкрЗУ, указываются недостатки в работе коммун «Сила» и «Красный Октябрь».

О масштабах раскулачивания в регионе и о судьбах «лишенцев» свидетельствуют материалы Востчно-Сибирского Крайисполкома, представленные в Ф. р-600. В частности, в деле № 204 находятся списки людей, лишенных избирательных прав в 1929-1930 гг. по Иркутскому, Жигаловскому, Тайшетскому районам. В дело № 207 были включены жалобы, письма и просьбы о восстановлении прав людей, незаконно отнесенных к классу кулаков и лишенных избирательных прав. Дело № 463 подтверждает постоянное увеличение темпов коллективизации, как в Восточной Сибири, так и на территории современной Иркутской области. Достаточно интересный и ценный материал имеется в деле № 464, где представлены сведения о чистке кулацких хозяйств по Восточно-Сибирскому краю на 1931 г. В сведениях указывались основные формы протеста крестьян незаконным действиям местных партийных органов, а 1932 г. был определен, как год завершения коллективизации в Восточной Сибири.  Дело № 915 содержит переписку о ходе коллективизации в районах Восточно-Сибирского края в 1932-1933 гг., а также отчет краевого комитета о выполнении народно-хозяйственного плана. В деле № 1408 имеются статистические сводки об осуществлении коллективизации в 1934-1935 гг.

В Ф. р-695 собраны директивные указания и протоколы Исполнительного комитета Иркутского районного совета депутатов трудящихся. Так, в деле № 7 находится информационная сводка о «делах политического характера» по Иркутскому району с 25 февраля по 5 марта, где указываются статьи, по которым крестьянин несет уголовную ответственность в случае не выплаты им тех или иных государственных займов или не выполнения государственных обязательств. Дело № 9 содержит протоколы заседания Иркутской районной тройки по выселению кулаков в 1931 г. Представленная в протоколах информация позволяет понять, что собой представляли так называемые «тройки», определить задачи и функции их деятельности. О том, как происходило «раскрестьянивание» в Тулунском районе, мы узнаем из Ф. р-862, где представлена переписка о лишенцах по Тулунском району, а также имеются списки лиц, лишенных избирательных прав в т 1927- 1934 гг.

В Государственном архиве новой истории Иркутской области (ГАНИИО) достаточно важный материал содержится в Ф. № 191. В деле № 118 имеются протоколы Десятой районной партийной конференции, состоявшейся 19 мая 1929 г., а в деле № 158. - резолюции II районной конференция групп бедноты и батрачества, проходившей в этом же году, а также рапорта преуспевающих колхозов Котинского сельсовета. В делах № 369, № 448 собраны сводки районной комиссии о ходе чистки партии с указанием имен в Иркутском районе в 1933-1934 гг. Данная информация важна, так как она дает возможность понять, что репрессии распространялись на всех, хотя в стране в 1930-е гг. партийные органы власти сами осуществляли поиск врагов народа. Дела № 414, № 171,    № 223 включают сведения о колхозном строительстве в Иркутском районе и осуществлении хлебозаготовок с 1931 по 1934 гг. Дело № 429 содержит протоколы общих собраний коммунистов ячейки ВКП(б) Котинского сельсовета за 1934г., а также жалобу на подрывную деятельность товарища Макарова, за которую его исключили из кандидатов в члены ВКП(б) и подвергли уголовной ответственности. В Ф. № 273 содержится информация о ходе коллективизации в Тулунском районе. Так, в деле № 360 собраны статистические показатели развития сельского хозяйства Тулунского района за март 1933 г.

Архивные документы помогли сформировать реалистичную картину проведения коллективизации и рассматривать этот процесс с критической точки зрения.

Среди опубликованных источников важное значение имеют законодательные акты, представленные в многотомном издании «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК». Они позволяют рассмотреть деятельность ЦК ВКП(б), направленную на проведение коллективизации, что нашло отражение в таких резолюциях, как «О замене разверстки натуральным налогом», «О работе в деревне», «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении», «Цели и задачи политических отделов МТС и совхозов», «Политика хлебозаготовок в связи с общим хозяйственным положением»18.

Статистические сборники, в которых представлены материалы Восточносибирской краевой плановой комиссии, раскрывают контрольные цифры итогов развития народного хозяйства Восточно-Сибирского края в 1932-1935 гг.19 Цифровые данные о развитии сельского хозяйства в этих районах в предвоенные годы приводятся в экономико-статистическом справочнике Иркутской области20. Определенный интерес представляют материалы Сибирского краевого земельного управления, а именно, карта-схема перспективных сельскохозяйственных районов Восточно-Сибирского края в 1931 г., из которой мы узнаем о природно-климатических условиях и сельскохозяйственных возможностях Иркутского, Тулунского и Киренского округов21.

При написании дипломной работы были использованы официальные документы и законодательные акты краевых органов власти из сборника «История коллективизации сельского хозяйства в Восточной Сибири (1927- 1937)»22 . Имеющиеся в нем данные позволяют проследить этапы развития колхозного и совхозного строительства в Иркутском, Тулунском, Киренском районах с 1928 г. по 1938 г. Документы и материалы, опубликованные в сборнике «Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ-НКВД 1918-1939 гг.»23, позволили рассмотреть механизм проведения коллективизации, проблемы в колхозном строительстве, определить масштабы раскулачивания. Жалобы и личные письма крестьян, сводки о политическом настроении крестьянства, представленные в сборнике «Трагедия советской деревни. Коллективизация. Раскулачивание 1927-1939гг.» 24 , показывают реальную картину её проведения, которая сопровождалась «перегибами» на местах.

Важные сведения содержатся также в делопроизводственных источниках. Так, из протокола заседания IV пленума Иркутского губернского комитета мы узнаем о новом административно-территориальном делении бывшей Иркутской губернии, из доклада представителя Иркутского окружного земельного управления Фурсова – о развитии первых кооперативных организаций в Иркутском округе 25. Среди этих источников стоит отметить доклады первого секретаря Восточно-Сибирского края М.О. Разумова26. В них имеется ценный фактический материал, а также личные комментарии автора, позволяющие определить его позицию по отношению к политике партии в деревне. В них дается анализ колхозного движения, его успехов и трудностей, формируются задачи партийных организаций и четко прослеживается стремление доказать, что с установлением Советской власти происходило улучшение жизни малоимущих слоев деревни.

Более реалистичная картина осуществления коллективизации отражена в воспоминаниях ленских жителей М. И.Дмитриева и П.И. Лыхина27, которые рассказывают о том, как их родные, проживающие в Киренском районе, вступали в товарищества, входили в коммуны, становились председателями колхозов, а также бежали в Якутск и были раскулачены.

С помощью использованных в работе Интернет-ресурсов удалось в хронологическом порядке проследить законодательную базу в ходе проведения коллективизации28.

Таким образом, все имеющиеся источники позволили нам восстановить последовательность осуществления такого процесса как коллективизация, а также понять причины проведения раскулачивания, осознать его масштабы и последствия.

Методология и методы исторического исследования. Основополагающим принципом исследования является принцип историзма, который предполагает изучение избранного предмета с учетом характера исследуемой эпохи. Принцип объективности базируется на наличии исторических источников и их анализе.

При проведении исторического исследования использовались специальные исторические методы. Историко-генетический метод позволил рассмотреть процесс коллективизации в Иркутском, Тулунском и Киренском районах, от появления первых обобществленных хозяйств до официального завершения коллективизации в 1938 г. Историко-сравнительный метод дал возможность определить общие и отличительные особенности проведения коллективизации в выше указанных районах. Дипломная работа основана на статистических данных и различных исторических источниках, что предполагает применение критического метода.

Научная новизна работы заключается в том, что на основе сравнительного анализа показателей осуществления коллективизации в Иркутском, Тулунском, Киренском районах и новых выявленных источников предпринята попытка провести всестороннее исследование процесса коллективизации в данных районах.

Практическая значимость дипломной работы выражается в том, что её содержание и полученные результаты могут быть использованы при изучении истории России в ВУЗах и школах, при разработке специальных учебных курсов, в публичных лекциях, в краеведческой работе, а также в дальнейших научных исследованиях.

Раздел 1. Коллективизация в Иркутском, Тулунском, Киренском районах, переход к массовой коллективизации в годы первой пятилетки (1928-1932 гг.)

К 1927 г. благодаря введению новой экономической политики, развитью системы кооперации сельское хозяйство достигло довоенных показателей. Следующим этапом в развитии сельского хозяйства стал «переход распыленных крестьянских хозяйств на рельсы крупного производства». Законодательно это было закреплено на ХV съезде ВКП(б) в декабре 1927 г. ХV съезд ВКП(б) вошел в историю, как съезд коллективизации сельского хозяйства и подготовки наступления социализма по всему фронту.

Все районные и окружные конференции одобрили политику партии. Так, в Иркутском округе была проведена III Иркутская окружная конференция, одобрившая все решения съезда 1. На ХVсъезде ВКП(б) присутствовали делегаты от Иркутскойокружной партийной организации были Н.Н.Зимин, В.С. Калашников, Э.Я. Матч, от ТулунскойИ.О. Потапов, К.Т. Распошен, а от Киренскойорганизации В.И. Воробъев2 .

В полной мере коллективизация начала реализовываться в Иркутском, Тулунском, Киренском округах с 1928 г. Так, в 1928 г. в Иркутском районе близ города Иркутска были созданы сельхозартель «Молодые всходы» и сельхозартель «Ангара». Они вели, главным образом, огородное хозяйство промышленного значения, но еще не удовлетворяли потребностей в огородных овощах городское и рабочее население даже города Иркутска, не говоря уже о других округах и районах3 .

В целом, в Иркутском округе к 1 января 1928 г. было создано 28 колхозов, состоящих из 356 дворов. В феврале появилось еще три, а в марте - 16 колхозов. К весенней посевной компании возникло уже 86 колхозов, а с июля по август шла организация еще восьми колхозов. На 1сентября в колхозы было объединено 3,4 % крестьянских хозяйств; простейшие объединения, созданные на основе кооперации, включали в себя около 14,3 % крестьянских дворов. Всего охват Иркутского округа коллективными объединениями к сентябрю 1928 г. составил - 17,7 %. Заметим, что по Сибирскому краю в среднем уровень объединения крестьянских хозяйств в простейшие производственные коллективы достиг только 10,2%4.

Однако все эти простейшие объединения и первые колхозы организовывались стихийно, без учета материальных и естественных условий дальнейшего развития, отсутствия земельных угодий. Местное управление также ещё не имело должного опыта работы по организации и развитию колхозов. Тем не менее, эти обстоятельства не повлияли на планы правящей партии, поэтому уже в 1928 г. была поставлена задача создавать не только колхозы, но и совхозы. Но, если в Иркутском округе уже в 1928 г. наметилось строительство первых совхозов, то в Тулунском округе их еще не было.

В самом Тулуне в 1928 г. были созданы два колхоза - «Тулунский» и «Сибиряк». В селе Заусаево Тулунского района в том же году было создана сельхозартель «Смычка», впоследствии объединившаяся с колхозом «13 октября». В селе Заусаево существовала партийная ячейка, состоящая из трех человек: секретаря Попова, председателя сельсовета Милковского и коммуниста Денисова. Прохор Денисов сначала работал бригадиром плотницкой бригады на строительстве первого элеватора на станции Тулун, а потом именно ему было поручено организовать в селе коммуну5. Так появилась выше упомянутая коммуна «Смычка». Аналогично создавались коллективные хозяйства в Иркутском и Тулунском округахв течение 1928 г.

В Киренском округе коллективизация стала развиваться несколько позже, чем в указанных округах. Там коллективизация началась в период весенней посевной компания 1928 г. До этого времени даже руководящие организации считали, что вопросами коллективизации в условиях Киренского округа еще рано и бесполезно заниматься. Но, несмотря на это, к 1 октября 1928 г. в округе насчитывалось 32 колхоза, пять коллективных хозяйств по совместной обработке земли, а также немало вновь появившихся артелей 6. Организованные коллективные хозяйства имели вид «карликовых», были плохо организованы и быстро распадались.

Повсеместное объединение крестьянских хозяйств в более крепкие организации началось с 1929 г. ВТулунском округе наблюдался быстрый процесс по созданию коллективных хозяйств. В январе - феврале 1929 г.в Тулунском районе проходили митинги и собрания, на которых обсуждались вопросы коллективизации и ликвидации кулачества7. Продолжала активно развиваться коммуна «Смычка».

Середняки и бедняки, стали активно входить в создаваемые коммуны. Так, в Киренском округе на 1 марта 1929 г. было уже объединено 148 хозяйств. Эти хозяйства отличались своей производительностью и организовывались на добровольных началах. Например, утвержденная в марте 1929 г. коммуна «Новая жизнь» объединила 29 хозяйств, а уже в ноябрев свой состав она приняла еще 19 хозяйств и весь выселок Подкаменный, состоящий из 30 хозяйств. В этой коммуне были свой бухгалтер и счетовод. Работал свой кирпичный завод, который выпускал за сезон 75 тыс. кирпичей. Быстрый рост количества новых членов наблюдался также в коммуне «Отпор кулаку» Киренского округа.С мая по август 1929 г. она выросла с 62 едоков до 1848.

В Иркутском округена 1 июня1929 г. насчитывалось 182 колхоза, объединявших 3921 крестьянское хозяйство - 7,5 % всех крестьянских дворов округа. В целях активизации работы по созданию колхозов Бюро Иркутского окружкомаВКП(б) подписало постановление от 9-12 сентября 1929 г., где говорилось о необходимости усиления в осенний период 1929 г. организационной работы по коллективизации. С этой целью в Восточно-Сибирский край (см. Приложение 1) прибыло более 100 партийных активистов. Их распределили по селам. Они агитировали создавать коммуны и противодействовали объединению крестьян в ТОЗЫ (товарищества по совместной обработке земли), так как кооперация к этому времени уже попала в опалу у структур власти.

Активисты создавали на местах партийные ячейки и кандидатские группы, которые стали первыми инициаторами колхозного движения. Эти организации опирались на деревенскую бедноту. Поэтому в Советах в 1929 г., по сравнению с 1928 г., батрацкая часть выросла с 3 до 12 %, а бедняцко-середняцкая часть – с 36% до 57% 9. Кулаки и их защитники из Советов изгонялись. Таким образом, бедняцкая и середняцкая масса, в основном, поддерживала линию партии, направленную на коллективизацию.

Все эти результаты были отражены на 1-ом краевом съезде колхозников, состоявшемся в Киренскес 26 по 29 сентября 1929 г 10 . Уже на 1 октября1929 г.вКиренском округе насчитывалось 25 коммун, четыре артели, 15 ТОЗов11.Интенсивнее идетпроцесс объединения артелей. Например, вИркутском районе был поставлен вопрос о слиянии огороднических сельскохозяйственных артелей - «Молодые всходы» и «Ангара»12.

В 1929 г. сельскому хозяйству Иркутского округа было поставлено плугов - 6932, борон разных - 783, сеялок - 192213. Это свидетельствует о возросшей материально-технической базе, но при этом не дает основания сделать вывод о том, что сельское хозяйство округа полностью было обеспечено техникой. Иркутский округ не являлся передовым зерновым районом страны. Но при этом колхозы Усть-Удинского района Иркутского округав 1929 г. собрали с гектара по 120-180 пудов пшеницы, 90-140 пудов ржи, 60- 120 пудов овса14. Иркутский окружнойстатистический отдел, подводя предварительные итоги коллективизации по Иркутскому округу за 1929 г., выделил быстрые темпы организации коллективных хозяйств, тем самым подтвердив общую тенденцию15. Ведь к октябрю 1929 г. уровень коллективизации по стране поднялся до 7, 6 %16 .

Из всего выше сказанного видно, что в результате большой партийно-политической и организационной работы за первый год пятилетки в коллективизации сельского хозяйства округов произошли большие изменения. А 7ноября 1929 г.в газете «Правда» была опубликованастатья И.В. Сталина «Год великого перелома». Суть «коренного перелома»состояла в том, что удалось повернуть основные массы бедняков и середняков к социалистическому пути развития в ряде регионов.

Существующий, по мнению партии, огромный успех был закреплен на ноябрьском Пленуме ЦК ВКП (б), который, исходя из задач развернутого социалистического наступления и достигнутого успеха, сделал вывод о возможности перехода отдельных областей к сплошной коллективизации. На Пленуме подчеркивалось, что международная обстановка, крупнейшие технические успехи капиталистических государств, военная угроза делают осуществление задач дальнейшей индустриализации страны, кооперирования крестьянства, роста коллективных форм сельскохозяйственного производства (колхозов, совхозов) совершенно неотложными.

Вместе с тем указывалось, что переживаемые трудности связаны с обострением классовой борьбы в городе и, в особенности, в деревне, в связи с возросшим сопротивлением в период нэпа кулачества. Поэтому обязательным условием успехов является «строгое соблюдение классовой линии во всех областях работы…опора на бедноту, прочный союз с середняком и дальнейшее наступление на кулака»17. Вскоре началась вторая волначрезвычайных мер во время хлебозаготовок в деревне. К этому времени выкачивание хлеба из деревни приняло беспощадный характер.

Несмотря на все насилие над крестьянами, они не могли дать государству больше, чем имели. Неудивительно, что число массовых выступлений зажиточных крестьянза 1928 г. в итоговых документах ОГПУ составило 709, а уже за 1929 г. было учтено 1190 выступлений18.

После ноябрьского Пленума ВКП(б) Сибкрайком15 декабря 1929 г. принял постановление «О темпах коллективизации Сибирского края», в котором наметил более ускоренные темпы коллективизации, чем предполагалось ранее. В зависимости от степени подготовленности к коллективизации были определены три группы районов. К первой группе относились зерновые округа, где коллективизацию предполагалось завершить уже к 1 октября 1931г. Во вторую группу входили округа зернового и животноводческого направления, где коллективизацию планировали закончить к 1 октября 1932 г., т.е. данным требованиям вполне соответствовали Иркутский и Тулунский округа. К третьей группе был отнесен ряд районов, в том числе и Киренский округ, где коллективизация должна была завершиться к 1 октября 1933 г.19

ЦК ВКП(б) 5 января 1930 г. принял постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству», в котором определил сроки коллективизации в различных регионах страны. В постановлении указывалось следующее: «Поскольку опыт сплошной коллективизации на данной стадии колхозного развития в качестве наиболее распространенной формы колхозов вместо товарищества по общественной обработке земли, в котором при наличии обобществленного труда сохранялась частная собственность на средства производства, выдвигает сельскохозяйственную артель, в которой коллективизированы основные средства производства (инвентарь, хозяйственные постройки, товарно-продуктовый скот), Центральный комитет ВКП(б) поручил Наркомзему Союза в кратчайший срок выработать Примерный Устав сельскохозяйственной артели 20.

С начала 1930-х гг. возрастает число коллективных хозяйств в Киренском, Иркутском, Тулунском округах, которые к этому времени вошли в Восточно-Сибирский край (см. Приложение 1). Уровень коллективизации в данных округах в1930 г. планировалось довести до 22 % , а к концу пятилетки до 85% 21.

Важную роль в этом процессе сыграли городские рабочие. Их отправляли в деревни, чтобы они воздействовали на крестьян, побуждали их к объединению в коллективные хозяйства. В 1930 г. в колхозы Иркутского округабыло направленно с промышленных предприятий Иркутска, Усолья и Черемхово 78 рабочих 22. Следует отметить, что с молчаливого согласия работников окружкома ВКП(б) данный рабочий актив был настроен на ускорение темпов коллективизации, что приводило к «перегибам». В Тулунском районе секретарь сельсовета пытался поднять показатели коллективизации и раскулачивания.

Из представленного архивного материала видно, что к зажиточным крестьянам стали применять экономические методы давления. Так, план сдачи хлеба государству в 1930/1931 гг. был увеличен еще в 2,5 раза. Сельхозналог на единоличное хозяйство вырос в 1930 г. на 15 %, это было в 10 раз больше, чем платили колхозники 23. Такие жесткие методы коллективизации порождали конфликт между государственной властью и крестьянством.

Для того, чтобы не допустить дальнейшего распространения недовольства крестьян, власти пришлось пойти на определенные уступки. 2 марта 1930 г. была опубликована статья И.В. Сталина «Головокружение от успехов». Всем местным партийным органам предлагалось немедленно пересмотреть все кулацкиехозяйства, исключить из списков все середняцкие хозяйства, возместить проданное имущество всем беднякам, насильно втянутым в коммуны, а также выдать на руки обобществленное имущество, скот и все сельхозкоммуны перевести в сельхозартели24. А уже 14 марта было принято Постановление ЦК ВКП(б) «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении»25, в котором признавалось нарушение принципа добровольности в колхозном строительстве в ряде районов и говорилось о необходимости исправления ошибок.

Названная статья вызвала одобрение у крестьян. «Крестьяне–середняки деревни Шороховой Киренского округа говорили: «С выходом 18 марта газеты со статьей народ вздохнул и повеселел. Нас в коммуну загнали насильно. Если кто не вошел, то в кулаках был бы. Но теперь мы выходим из коммуны и другие будут выходить. Какая это жизнь в коммунах, когда хлеб и мясо у нас взяли, а кормят плохо»26 .

Поняв, что с коммунами и мелкими колхозами «социалистического хозяйства» в деревне не построишь, власть стала повсеместно внедрять сельхозартели. Все создаваемые колхозы становились артелями, а уже существующие коммуны было решено перевести на устав артелей.

Согласно Примерному уставу сельскохозяйственной артели, принятому в марте 1930 г., сельхозартелями обобществлялись только земли, скот (частично) и инвентарь. В личной собственности крестьянина оставались дом, усадьба, одна корова и определенное количество голов мелкого скота.

Статья И.В. Сталина все же привела к массовому выходу крестьян из колхозов весной и летом 1930 г. Начался развал коммун. Но даже такое развитие событий в деревне не поколебало стремления власти провести коллективизацию. Многие крестьяне, не дожидаясь выявления «излишков», распродавали свое хозяйство, забивали скот и старались уйти подальше от властей. Происходили массовые отъезды крестьян с Иркутского, Тулунского, Киренского и других районов в Якутию.

Это привело лишь к большему нажиму местных властей на крестьян, в их среде постоянно находили врагов советской власти. Так, по Киренскому районук маю1930 г. было выявлено 213 кулацких хозяйств из существующих 3 831 хозяйства. При этом председатель Киренского окружного финансового отдела Катышевцев докладывал 30 мая 1930 г. из Чечуйска: «Алымовская ячейка ВКП(б) при обсуждении выявления кулаков активность не проявила, комсомольская ячейка совершенно не принимала участия в обсуждении вопроса о кулаках. Собрание состоялось, но беднота категорически отказалась обсуждать кулаков. В результате вся работа по выявлению кулацких хозяйств сорвалась»27.

Постепенно избавляясь от кулаков, Киренский и Иркутский районыподнимали процент своей коллективизации. В Тулунском районе коллективизация осуществлялась более медленно. На 1 июля 1930 г. в данных районах были зафиксированы следующие показатели коллективизации (см Таблица 1, приложение 5)

Создаваемые в спешке коллективные хозяйства или коммуны не имели стабильной экономической, технической и социальной базы. В них были распространены такие явления, как бесхозяйственность, равнодушие к общему имуществу, недисциплинированность, ненадежность быта. Все эти отрицательные факты были в коммуне «Пионер» Иркутского района. Так, в архивном деле № 242. «Материалы о коллективизации сельского хозяйства и работе колхозов в крае за 1930 -1931 гг.» сообщалось следующее: «В период перегибов 1930 г. коммуна выросла до 240 хозяйств, а затем из нее стали уходить; в ней осталось 107 хозяйств. В августе1930 г. из нее выделились две сельскохозяйственные артели «Комсомолец» и «им. Калинина», а в коммуне осталось 54 хозяйства, со временем она сократилась еще больше - до 38 хозяйств»28. Это было связано с тем, что в коммуне «Пионер» труд был не организован, оплата производилась поденно по твердым ставкам, но без учета количества и качества затраченного труда. Как результат, отсутствие у колхозников заинтересованности в труде, соответственно упадок трудовой дисциплины. А также не желание колхозников работать, поэтому во время заготовки кормов коммуна пережила кризис фуража и падеж скота29.

Из выше сказанного следует, что такие условия труда и жизнедеятельности были неприемлемыми для крестьян. Поэтому они не хотели вступать в такие коллективные хозяйства. Нежелание крестьян вступать в коммуны раздражало власть имущих и вызывало агрессию по отношению к крестьянству. Убой крестьянами скота рассматривался, как антисоветский акт. К тем, кто не желал вступать в колхоз, коммуну или сельскохозяйственную артель, применяли самочинные аресты. Рекомендовалось в случае возникновения волнений использовать против крестьян огнестрельное оружие. Такие жестокие меры применялись, в основном, к зажиточному крестьянству, ведь именно их обвиняли в происходящих антисоветских выступлениях, саботажах.

Косени в колхозах Восточно-Сибирского края было закреплено около 17% крестьянских хозяйств30. Выход из колхозов прекратился, наметилась стабилизация в колхозном движении. В ноябре 1930 г. партийные работники и колхозники районов приняли участие в Краевом колхозном совещании, где обсудили возникшие проблемы. Совещание определило важнейшие задачи в области колхозного строительства.

В основном положительные итоги за 1930 г. способствовали тому, что на I краевой конференции Восточно-Сибирского края была поставлена задача обеспечить к концу 1931 г. объединение в колхозы не менее 55% бедняцко-середняцких хозяйств основных зерновых районов, а в остальных районах - до 30 %. Ставились также и другие задачи: организовать в 1931 г. 11 МТС и 16 колхозов; увеличить посевные площади на 29,8%, обеспечив удельный вес колхозного сектора в посевах до 45 % против существующего 21,7% и совхозов до 7,7 % против 0,7 % в 1930 г 31.

Третий1931 г. стал решающим годом пятилетки. С ноября 1930 г. по июнь 1931 г. процент коллективизации Восточно-Сибирского края повысился с 16,3 до 41%32.

Новый прилив в колхозы объяснялся тем, что Советская власть не собиралась отказываться от идеи сплошной коллективизации. В 1931 г.в Восточно-Сибирском крае начали создаваться МТС и совхозы, которые сыграли важную роль в завершении коллективизации.

Из одиннадцати станций шесть были созданы на территории бывших Иркутского и Тулунского округов: Белая (Усольский район); Боханская, Заларинская, Касьяновская (Черемховский район); Кимильтейская (Зиминский район); Кутуликская (Аларский район). В 1931 г. в приангарских районах было создано 5 совхозов33.

Машинно-тракторные станции задумывались как межколхозные акционерные предприятия, призванные обслуживать несколько соседских колхозов.. В сущности отношения колхозов и МТС носили неравноправный характер. МТС под руководством ОГПУ осуществляли политический контроль за колхозами и выявляли «вредителей» разного рода, тем самым помогая проводить массовую коллективизацию в ускоренных темпах. Например, к 20 августа 1931 г.в Иркутском районе в колхозах числилось 5442 хозяйства, что составило 47,4 % коллективизации. В Тулунском районе насчитывалось в колхозах только 3167 хозяйств, поэтому уровень коллективизации там составил 25,7 %. В Киренском районеуровень коллективизации превышал выше указанные данные и составлял 55,3 % 34. Эти же показатели имели место в сентябре. К ноябрю 1931 г. уровень коллективизации Тулунского района остался на том же уровне, а в Иркутском районе он повысился на несколько процентов и составил 47,9%. Киренский район не отставал от Иркутского, там уровень коллективизации к ноябрю 1931 г. поднялся до 53, 7% 35. В 1931 г. велась активная деятельность по созданию сельхозартелей, удельный вес которых к ноябрю 1931 г. по краю составил 72,3 %.36.

Осенью 1931 г. прошел Ι Краевой колхозный съезд, на котором были подведены итоги коллективизации за этот год. В связи с этим, в резолюции Ι Краевого колхозного съезда была представлена следующая информация:      «… Ачинский, Сухобузимский, Усть-Удинский, Нижне-Илимский, Кежемский, Рождественский, Сретенский, Нерченско-Заводской, Красноярский, Жигаловский, Рыбинский районы на 1- е июня объединяют в колхозах большинство бедняцких и середняцких хозяйств, тем самым, подойдя вплотную к завершению коллективизации. Поэтому итоговым решением данного съезда 1932г. был определен как «год завершения построения фундамента социалистической экономики в сельском хозяйстве края»38.

Итоговое решение съезда подтвердилась, т. к. уже к 1 января 1932 г.в Восточно-Сибирском крае уровень коллективизации достиг 55,9 %, но в районах этот показатель значительно отличался. Например, в Тулунском районеуровень коллективизации составил лишь 24,5% 39. В Иркутском районе коллективизация осуществлялась медленно, но постоянно наблюдался рост количества объединенных хозяйств. В Киренском районе этот процесс осуществлялся быстрее, благодаря деятельности районной «тройки», занимающейся раскулачиванием40.

Местные партийные работники, чтобы форсировать коллективизацию и завершить ее к 1932 г., снова стали активно «загонять» крестьян в колхозы. Например, стремясь объединить в колхозах 75% хозяйств, председатель Бурукского сельсовета «путем угроз буквально загнал в колхоз 10 хозяйств»41.

Администрирование и прямое беззаконие привели к тому, что среди крестьян стали наблюдаться «отрицательные настроения с явно выраженными иждивенческими тенденциями». Несмотря на это в народно-хозяйственном плане Восточно-Сибирского краяза 1932 г., было указано завершить коллективизацию сельского хозяйства к концу года и ликвидировать на этой основе кулачество, как класс, исправно выполнялся. В колхозы начали вступать единоличники.

Раздел 2. Колхозное строительство в 1933-1937 гг.

К концу 1932 г. ситуация в деревне начала стабилизироваться и к 1 января 1933 г коллективизация должна была достичь 77 %1.Однако неурожай в основных зерновых районах страны и массовый голод значительно осложнили положение в сельском хозяйстве. Массовый голод усилился к концу 1932 г. Голод в Сибири зимой и весной только нарастал, а жертвами этой трагедии становились обнищавшие крестьяне – колхозники.2

Зорко за тем, что происходило в колхозах, следили МТС, число которых в крае достигло 513, а также политотделы. Решение о создании политотделов было принято на Объединенном пленуме ЦК и ЦК ВКП(б) в январе 1933 г 4. Благодаря жесткой деятельности МТС и Политотделовколичество объединенных колхозов и сельскохозяйственных артелей постепенно увеличивалось, но качество жизни в них оставляло желать лучшего. Примером может служить артель «Коллективный Труд Пахаря» Котинского сельского совета Иркутского района. В результате проведенного там обследования в январе 1933 г. комиссия сделала следующие выводы: «Хозяйство в сельскохозяйственной артели «Коллективный Труд Пахаря» велось без всякого учета комиссии… на вопрос, где инвентарная книга и акты обобществления, счетовод Сергеев ответил «У нас ее нет, она взята Председателем сельского совета»…. Принимаем во внимание заявление кладовщика, что при отправке были излишки хлеба, должно было быть не менее как 375 - 380 центнеров хлеба, а сдано хлеба государству 360 центнеров 50 кг. Недостаток фактически в 10 центнеров. Кладовщик и счетовод ни чем не могут объяснить…. А хлебный баланс подгоняли тютелька в тютельку, это говорит о том, что счетовод знал о проделках кладовщика …. Комиссия считает, что Котинскому сельскому совету необходимо срочно принять меры организационного порядка по отношению к сельскохозяйственной артели «Коллективный Труд Пахаря». Со своей стороны комиссия считает, что такой колхоз, как «Коллективный Труд Пахаря» ни приносит, никакой пользы, ни является советским колхозом и прочной опорой советской власти на селе, а наоборот…»5.

Завышенные показатели наблюдались также в Киренском и Тулунском районах. На данные факты местное партийное руководство смотрело «сквозь пальцы». Так в феврале 1933 г. состоялсяПервый Всесоюзный съезд колхозников – ударников. На нем была выдвинута задача увеличить процент коллективизации, сделать все колхозы большевистскими и зажиточными

Кризисная ситуация, сложившаяся в деревне позже в период второй пятилетки (1933-1937), заставила руководство страны изменить тактику и отказаться от форсирования коллективизации.Так, в «Инструкции ЦК ВКП(б) всем паpтийно-советским работникам и всем органам ОГПУ, суда и пpокуpатуpы», которая была подписана в мае 1933 г. И.В.Сталиным и В. М. Молотовым,была сделана установка на прекращение массовых репрессий в деревне6.

Правительство стало поощрять создание личных подсобных хозяйств. Колхозам, выполнившим обязательные поставки, разрешалось свободно продавать хлеб кооперативным органам, а колхозники, получив справку в колхозе, могли торговать на базарах и железнодорожных станциях. Так были сделаны первые шаги по пути смягчения экономической политики.

Обстановка в деревне начала медленно улучшаться. Об этом свидетельствуют следующие данные: в 1928 г. в Восточно-Сибирском крае было создано лишь 7 совхозов, а в 1933 г. их стало 65. В 1933 г. в крае насчитывалось 5098 колхозов, объединяющих 218,6 тыс. хозяйств. От общего количества хозяйств, подлежащих коллективизации, количество коллективизированных хозяйств составляло 51,6 % 7. За этот период были созданы следующие совхозы и хозяйства: Иркутский зерносовхоз - крупнейшее и наиболее механизированное хозяйство в Иркутском районе; семеноводческий совхоз в Тулунском районе; скотоводческий совхоз в Качугском районе; овцеводческий совхоз в Балаганском районе; четыре свиносовхоза в Тулунском районе; скотоводческий совхоз в Куйтунском районе; овцеводческий совхоз в Балаганском районе, четыре свиносовхоза в Куйтунском, Усольском, Тайшетском, Нижне-Удинском районах; 11 пригородных хозяйств в Иркутском, Черемховском и Усольском районах и ряд подсобных хозяйств, в частности, «Совхоз 1-е Мая» Иркутского района и совхоз «Железнодорожник» Усольского района8.

В течение 1929-1933 гг. в Тулунском районе образовалось более 73 колхозов. К 1 января 1934 г. в районе уже насчитывалось 9961 хозяйств, в колхозах состояло 38,5 % населения 9 .

Киренский район отставал в своем развитии к 1933 г. от Тулунского района. Дело в том, что Киренский район, по-прежнему, больше ориентировался на создание кооперативных организаций, а не на создание колхозов и совхозов. Поэтому в крае в 1933 г. имелось 149 кооперативных хозяйств и хозяйств системы Потребсоюза, 199 подсобных сельскохозяйственных предприятий по рабочему снабжению и 1972 хозяйства различных учреждений и организаций. К концу 1933г. кризисная ситуация в деревне и сельском хозяйстве была фактически преодолена.

В 1934 г. Восточно-Сибирский край перевыполнил план хлебозаготовки, полностью засыпал семена и фуражный фонд. Действенным средством мобилизации масс явились съезды колхозников-ударников. В марте 1934 г. в г. Иркутске на III краевом съезде колхозников-ударников перед передовиками колхозного производства были поставлены четкие и конкретные задачи: возглавить борьбу за своевременный и качественный посев, за устранение всех недостатков в колхозах, совхозах и МТС. Активное участие в работе съездов приняли представители рабочего класса - рабочие Иркутска и Черемхово10.

В ходе подготовки и проведения сева 1934 г. партийные организации решали важные вопросы по совершенствованию и укреплению колхозного строя. Коммуны, все еще имевшиеся в большом количестве, были реорганизованы в сельскохозяйственные артели, укрупнялись колхозы. Сделан был крупный шаг вперед в обзаведении колхозниками и рабочими совхозов скотом, в ликвидации бескоровности.

Итоги годичной борьбы за ликвидацию отставания края были подведены на III пленуме крайкома партии, состоявшемся 13 - 16 ноября 1934 г. Основное внимание участники уделили вопросам сельского хозяйства.

С докладом «Об итогах сельскохозяйственного года и дальнейших задачах парторганизаций» выступил секретарь крайкома ВКП(б) М.О. Разумов. Начиная свое выступление, М.О. Разумов подчеркнул, что на 1 октября 1934 г. коллективизация крестьян достигла 67,4 %. Материальная база колхозов укрепилась, в них установился твердый порядок, колхозники стали жить зажиточнее. Все это подняло авторитет колхозов. Значительно лучше, чем в предыдущем году работали совхозы. Они перевыполняли план хлебозаготовок. Дальнейшее развитие получила колхозная торговля» 11.

Показатели в некоторых районах были достаточно велики. К примеру, на III съезде Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов Киренского района, проходившего 15-21 декабря 1934 г. было установлено, что в Киренском районе коллективизировано сельское хозяйство на 92,3%.

Эти успехи позволили ноябрьскому Пленуму ЦК ВКП(б) принять ряд постановлений, имевших важное экономическое и политическое значение. С 1 января 1935г. отменялась карточная система снабжений хлебом, мукой и крупой, устанавливались единые поясные цены на хлеб и хлебные изделия. В связи с этим повышались заработная плата рабочих и служащих, стипендии и пенсии. Политотделы, как чрезвычайная форма организации, выполнили свою работу и были преобразованы в обычные партийные органы.

В 1935 г. в колхозах стало развиваться социалистическое соревнование, но главное - в феврале1935 г. - был принят новый «Устав о сельскохозяйственной артели», который стал символом победы колхозного строя в СССР. Устав завершил организационное оформление колхозной системы.

В этот период можно констатировать подъем сельского хозяйства в Восточной Сибири, в том числе и в новой административно-территориальной единице – Иркутск с сельской местностью(см. Приложение 1). Колхозы уже не вызывают недоверия, в них идет все больше крестьян. Секретарь Восточно-Сибирского крайкома ВКП(б) М.О. Разумов докладывал следующее: «Мы осуществили сплошную коллективизацию, ликвидировали кулака, как класс, мы добились серьезных успехов в укреплении колхозов. Возрос уровень политической сознательности колхозников и колхозниц, в несколько раз увеличились кадры промышленного пролетариата в крае. Неуклонно растет зажиточность жизни трудящихся города и деревни»12.

Таким образом, косени 1935 г. число единоличных хозяйств сократилось в два раза, а к концу 1936 г. их осталось только 10 %, в результате чего уровень коллективизации в Восточно-Сибирском крае вырос до 90 % 13.Государственная власть добилась поставленной цели, к концу второй пятилетки коллективизация в Восточной Сибири подходила к завершению.

Раздел 3. Ликвидация кулачества как класса

Раскулачивание стало неотъемлемой частью процесса коллективизации и было направленно на подчинение крестьянства с целью «вытягивания» из них средств на проведение индустриализации страны. Особенно это касалось зажиточного крестьянства, которое не собиралось делиться с новой властью ни своей собственностью, ни своими финансовыми средствами. Поэтому государству пришлось изыскивать способы для того, чтобы получить, как можно больше сельскохозяйственной продукции от зажиточных крестьян.

Что привело к конфликтам органов власти с крестьянами, их нежелание следовать директивам партии. В центр поступали сводки о настроении сибирского крестьянства, которые фиксировали недовольство крестьян Советской властью, а также показывали все возрастающее количество массовых антисоветских и антиколхозных выступлений. Так, в Киренском районе в 1929 г. отмечалось нежелание зажиточных крестьян вступать в колхозы: «кулаки за последнее время от хихиканья, насмешек над колхозами переходят к репрессивным мерам - поджигают хлеб, убивают скот колхозников.…Отвечать организованным наступлением на кулака»1.

Из-за неудовлетворительных темпов коллективизации начались чистки в местных партийных аппаратах. Например, на заседании X Иркутской партийной конференции, состоявшейся 19 мая 1929 г., в прениях по вопросу «Во всех ли советских аппаратах прошли чистки» был дан следующий ответ: «…Есть еще много чуждых элементов, которые заявляют, что нам все равно, что кулак, что бедняк, …чистка партии нужна, есть коммунисты, но они не ходят на партсобрания, что до тех пор не будут ходить, пока не поднимем свое хозяйство до середняцкого»2. Эта ситуация не изменилась в Иркутском районе и в 1930 г.

В ходе массовой коллективизации была проведена ликвидация кулацких хозяйств. Заметим, что кулацкими считались хозяйства, применявшие наемный труд и машины с механическим приводом, а также занимающиеся торговлей.

Методы и формы практической реализации ликвидации кулацких хозяйств выработала комиссия во главе с секретарем ЦК ВКП(б) В. М. Молотовым. Итогом работы этой комиссии стала подготовка проекта постановления Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации», принятого 30 января 1930 г.

Кулачество было поделено на три категории. К первой категории были отнесены организаторы антисоветских и антиколхозных выступлений - они подвергались аресту и суду. Ко второй категории - наиболее богатые кулаки, эта группа подлежала выселению в другие районы с конфискацией имущества. Третья категория кулаков, не вошедших в две первые, подлежала расселению за пределами колхозных хозяйств с частичной конфискацией имущества 3. Также определялось, что общее количество ликвидированных хозяйств на 1930 г. составит 3-5 %.

Следует отметить, что среди трех округов – Иркутского, Тулунского и Киренского – именно в Иркутском округе постановлениемИркутского окружкома партии от 8 февраля 1930 г. были определены признаки кулацких хозяйств 1-й, 2-й, 3-й категорий и способы наказания для них. Постановление Иркутского окружкома партии предусматривало увеличение темпов раскулачивания до 4-5 %. Тем самым партийное руководство давало обещание превысить установленные на XV съезде ВКП(б) показатели раскулачивания, которые в 1930г. должны были составить от 3-5 %4.

В ходе раскулачивания наблюдались «перегибы». Об этом свидетельствует жалоба Иркутскому ОКРИКУ от крестьянина Гультеева Ивана Павловича, которого секретарь сельского совета Каленченко, предъявив фиктивные документы, охарактеризовал как кулака. Из-за чего Гультеев был обложен, как кулак индивидуальным налогом и лишен своего имущества5.

Противостояние продолжалось. В записке председателю Иркутского райисполкома отмечалось, что в Иркутском районе настроение зажиточных крестьян скверное. «Плотников Павел Львович, зажиточный кузнец, отказался ковать бедноте за то, что беднота принимала участие в выявлении объектов обложения, в частности, касалось это и его. Это есть вымогательство, так как кроме его хорошо ковать некому»6. В Восточно-Сибирском крае в 1930 г. органы ОГПУ зафиксировали 637 массовых выступлений, 904 террористических акта, 419 фактов распространения антисоветских листовок, многочисленные поджоги, в которых сгорело большое количество хлеба и фуража, в том числе колхозного7 На действия зажиточного крестьянства правительство ответило экономическими и юридическими мерами давления.

Раскулачивание крестьян приняло характер экспроприации средств производства и скота, а также конфискации всего имущества, вплоть до предметов быта. Эти действия против зажиточных крестьян, проживающих в Восточно-Сибирском крае, были официально узаконены в начале февраля 1930 г. Постановлением Сибирского краевогоисполнительного комитета «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством»8.

Местные работники, проводя раскулачивание, доходили до мародерства, забирали белье, одежду, обувь, все запасы продуктов, горшки и другую посуду, даже детские игрушки, портянки и комнатные цветы. При этом говорилось, что все это происходит без санкции вышестоящих партийных органов, по инициативе местных работников. Так, «в деревне Мендеулевой Киренского округа старший рабочий бригады Понаморев по своей инициативе провел раскулачивание трех хозяйств, осужденных за контрреволюционную деятельность. Хотя приговор не был утвержден, Понамарев распорядился выгнать семьи, а средства производства и постройки передал в коммуну, имущество было продано. У четвертого кулака этой деревни Понамарев распродал все имущество в уплату задолженности в сумме 79 руб. Всего имущества продано на 400 руб. Сам Понамарев купил для себя лошадь с упряжью за 50 руб. 50 коп. Фактическая цена кулацкой лошади 200 руб., она была продана за 9 руб., амбар двухэтажный за 26 руб., скотный двор с постройкой за 16 руб. 50 коп. Оставшиеся нераспроданными предметы домашней утвари – тазы, чашки, кадушки – Понамарев раздал населению бесплатно»9.

При всем этом крестьяне зачастую не понимали, за что к ним применяют такие жестокие меры, чего от них хотят представители местной власти. Они писали жалобы и просьбы о помощи. Примером может служить заявление крестьян Одонского с/совета, Тулунского Рика Семенова Ивана Леонтьевича и Борзова Алексея Аристарховича - Тулунскому Райсполкому и Иркутскому Окружкому и Исполнительным Комитетам Советов (см. Приложение 2).

Не менее обоснованное недовольство политикой Советской власти проявлял крестьянин Оёкского района Андреев Егор Егорович. Это ярко прослеживается в его жалобе в Иркутский Окрисполком: «У меня было маломощное крестьянское хозяйство по окладному листу на 1929-30 гг. и …значилось 4,15 сот десятин, 2 лошади, 1 корова и 6 штук мелкого скота при 5- ти едоках, наемным трудом не пользовался, антисоветским элементом не был и никого в семье не было, а старший сын Устин Егорович Андреев все время был партизаном и грудью защищал «Советскую власть», а я за то, что в 1926 г. с целью пропитания оставшегося на моем попечении семейства … купил за 40 руб. разрушенную мельницу и убивши много личного своего труда на поправку ея, она работала всего три месяца и молола не более 5 мешков в сутки, а потом наводнением ее совершенно смыло и принесла мне разорения, я обложен индивидуальным налогом и отнесен к типу кулацких хозяйств…, сына также причислили к кулакам, но …беднота вычеркнула его из списков кулаков… и он входит в колхоз, а меня со старухой в 70 лет и младшего сына Ивана с женой и ребенком, через это индивидуальное обложение распродали еще в январе месяце 1930 г. за не до сдачу хлеба … а на оставшиеся у меня хозяйство наложен арест …и описанного имущества оказалось всего на 102 руб., которое назначено для экспроприации, как у кулака, а мне с семьей угрожает высылка. Ходатайствую в срочном порядке не допустить грабежа и искажения классовой политики»10 .

Эти заявления раскрывают всю суть «трагедии советской деревни». В них указаны признаки, по которым хозяйство крестьянина получало статус кулацкого, а также описаны те действия, которые Советская власть применяла к зажиточным крестьянам. Кулаков исключали из всех видов коопераций, а их паи переходили в фонд коллективизации бедняков и батраков. Лишали избирательных прав. При этом раскулачивали не только «кулаков», но и середняков. Репрессии обрушились и на тех крестьян, кто уже вступил в колхоз, но потенциально мог быть отнесен к категории кулаков.

Почти везде раскулаченных выселялив «чистое поле», а также «на болото, на кочки». Например, беднота д. Повороты Киренского округа не хотела вступать в колхоз, но землеустроитель Крашенников сказал, что если они не вступят в колхоз, то будут высланы в Туруханск или получат плохую землю на болотах11. В Жигаловский район Иркутского округа выселили 34 кулацких семьи из Качугского района, но бараков для них не было построено.

Зажиточные крестьяне, боясь расправы над ними стали«самораскулачиваться» и бежали в отдаленные районы. Так, крестьяне из Киренского округа бежали, в основном, в Якутскую область. В целом в Киренском районе к маю 1930 г. было выявлено из существующих 3831 хозяйств 213 кулацких хозяйств. В Тулунском районе к 1 сентября 1930 г. насчитывалось 1460 лишенцев, но к 25 сентября их количество увеличилось до 1844 человек12. В Жигалово насчитывалось 1272 лишенца, немало лишенцев было и в городе Иркутске, там райисполком затребовал дополнительный материал по 245 лишенцам, которые были привлечены к уголовной ответственности по 15 статье13.

Вся выше представленная информация свидетельствует о том, что в течение 1930 г. сложились основные методы борьбы с кулачеством, которые применяли и в последующие годы. В экономическом плане это выражалось в увеличении сельхозналога, обязательной выплате страховых платежей и государственных займов, а в юридическом плане - в лишении избирательных прав. Применение этих методов местными органами власти привело к разрушению экономической основы деятельности наиболее трудолюбивых и самостоятельных крестьян. И в целом к уничтожению зажиточных крестьян. Но самым ужасным, по моему мнению, являлось не то, сколько было жертв коллективизации, а то, что люди стали заниматься доносительством, желая отвести удар, уберечь себя и свою семью от ареста или же ради мести за нанесенные обиды. Доносительство пробуждало и утверждало в людях отвратительную склонность к «стукачеству». Очень многие люди стали жертвами оговоров, сведения старых счетов. Произошло падение нравов, которое, к сожалению, находит выражение в современной действительности.

Заключение

Рассматривая предпосылки коллективизации и начало ее осуществления в Иркутском, Тулунском, Киренском округах было выяснено следующее.

Иркутский округ, расположенный в юго-западной части бывшей Иркутской губернии, и Тулунский округ - в западной, по своим климатическим условиям были более благоприятны для земледелия, чем Киренский, находящийся в северо-восточной части. Несмотря на то, что площадь Киренского округа была самой большой, он был менее населен, чем Иркутский и Тулунский округа. Кроме того, бедняки не составляли основную часть сельского населения во всех названных округах. Эти особенности повлияли на процесс коллективизации в данных регионах.

Одной из задач новой экономической политики являлся перевод раздробленных крестьянских хозяйств на социалистический путь развития, предполагавший введение кооперативных организаций. Кооперацияявлялась промежуточной ступенью между единоличными и коллективными хозяйствами. Развитие кооперации в Иркутском, Тулунском и Киренском районах началось с организации первых простейших объединений – коммун, артелей, товариществ. Их специализация зависела от конкретных потребностей районов.

К примеру, в Тулунском районе появились коневодческие, пчеловодческие артели, охотопромысловые товарищества.В Киренском округе получила развитие потребительская и кредитная кооперация, поскольку он был более удален от центральных районов и лишен возможности установления с ними тесных экономических связей. При этом крестьянство с большей охотой вступало в кооперативы, чем в коммуны, так как в коммунах предполагалось обобществление частной собственности. В целом, Киренский округ по темпам развития сельского хозяйства уступал во многомпромышленному Иркутскому округу и земледельческому Тулунскому округу.

Негативное отношение к кооперации у партийного и государственного руководства вызывал тот факт, что в кооперативы входило большое количество зажиточных крестьян. Это со временем привело к расшатыванию кооперативной системы. Еще больше осложнил диалог между властью и крестьянством заготовительный кризис, а также решение о проведении индустриализации, которая осуществлялась форсированными темпами. Одним из важных источников«выкачивания» финансовых средств для осуществления индустриализации стала деревня. Крестьяне, должны были обеспечить рабочих продовольствием, предприятия – сырьем, а также производить огромное количество хлеба для экспорта.

Нежелание зажиточных крестьян отдавать свой хлеб по низким государственным ценам, а также завышение, в ряде случаев, планов по хлебозаготовкам, привели к введению новой продразверстки в феврале 1928 г. на совещании семи восточных округов в Красноярске. «Держателей хлеба» стали привлекать к уголовной ответственности. Вместе с тем, хлебозаготовительная работа проводилась с разной активностью в Иркутском, Тулунском и Киренском округах. При этом из-за антисоветской деятельности зажиточных крестьян, менее активным был Киренский округ. Для того, чтобы не допустить повторение заготовительного кризиса, а также контролировать деятельность крестьян, партийными и государственными органами была поставлена задача по созданию коллективных хозяйств.

После XV съезда, состоявшегося в декабре 1927 г. развернулась массовая коллективизация в стране. Следует отметить, что в Иркутском, Тулунском, Киренском округах и их районах коллективизация началась с 1928 г. В Иркутском округе, в результате активной деятельности местного партийного руководства по организации колхозов, совхозов и сельскохозяйственных артелей, коллективизация осуществлялась более быстрыми темпами, чем в Тулунском и Киренском округах. В Иркутском районе уже в начале 1928 г. было образованно две сельскохозяйственных артели, в Тулунском районе были созданы два колхоза и одна сельскохозяйственная артель.

Киренский район отставал по темпу коллективизации от Иркутского и Тулунского районов, так как колхозы в нем стали появляться только в период весенней посевной компании 1928 г.

Первые колхозы и совхозы организовывались стихийно и быстро распадались. Повсеместное объединение крестьянских хозяйств в более крепкие началось с 1929 г. Новые коллективные хозяйства отличались своей производительностью, так как организовывались на добровольных началах. С целью ускорения процесса коллективизации в осенний период 1929 г. в Восточно-Сибирский край прибыли партийные активисты, которые стали первыми инициаторами колхозного движения, привлекавшими к этой деятельности деревенскую бедноту. В результате этого в колхозы стали вступать середняки и бедняки. Поэтому в Иркутском, Тулунском, Киренском округах к концу 1929 г., как в целом по всей стране, наблюдалось повышение темпов организации коллективных хозяйств. Эти успехи были отражены в статье И.В. Сталина «Год великого перелома», которая была опубликована в газете «Правда» 7ноября 1929 г., а также на ноябрьском Пленуме ЦК ВКП (б). После этого Сибкрайком15 декабря 1929 г. принял постановление «О темпах коллективизации Сибирского края», в котором были намечены ускоренные темпы коллективизации и сроки её завершения. Заметим, что ЦК ВКП(б) принял постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» лишь 5 января 1930 г.

С начала 1930-х гг. возрастает число коллективных хозяйств в Киренском, Иркутском, Тулунском округах, которые к этому времени вошли в Восточно-Сибирский край. В Иркутском, Киренском и Тулунском районах уровень коллективизации в 1931 г. достигает высоких процентных показателей. Важную роль в этом процессе сыграли городские рабочие, а также местные партийные работники, осуществляющие давление на зажиточных крестьян.

В 1931 г. были созданы первые МТС, которые не только обеспечивали колхозы сельскохозяйственной техникой, но и осуществляли политический контроль над ними, выявляя среди колхозников «вредителей», тем самым помогая проводить массовую коллективизацию в ускоренных темпах.

В 1932 г. в Киренском районе, благодаря деятельности местных работников, занимающейся раскулачиванием, коллективизация стала осуществляться более быстрыми темпами, чем в Иркутском и Тулунском районах.

В годы второй пятилетки (1933-1937 гг.) сохранилась тенденция на приоритетное развитие тяжелой индустрии, а деревня, по-прежнему, оставалась одним из источников выкачивания финансовых средств. Поэтому темпы коллективизации в Восточно-Сибирском крае не снижались. Деятельность местных партийных органов, направленная на ускорение темпов коллективизации, привела к тому, что в отчетной документации сельсоветов, колхозов наблюдалось завышение сельскохозяйственных показателей. Так, в Тулунском районе были завышены показатели по поголовью скота, а в Иркутском районе - по зернопоставкам. Но в действительности в деревне, в результате массового голода 1932-1933 гг., сложилась кризисная ситуация, что заставило руководство страны изменить тактику и отказаться от форсирования коллективизации. Правительство стало поощрять создание личных подсобных хозяйств, а также награждало колхозы за сельскохозяйственные успехи. Эти «послабления» дали положительные результаты. Так, в середине 1933 г. в Иркутском и Тулунском районах были организованы крупные свиносовхозы и зерносовхоз, а близ г. Иркутска появились пригородные хозяйства. Киренский район, по-прежнему, больше ориентировался на создание кооперативных организаций.

В 1934 г. все коммуны были реорганизованы в сельскохозяйственные артели, что способствовало увеличению количества крупных коллективных хозяйств, а также привело к завершению коллективизация в Киренском районе, где ее уровень достиг 92,3%. Иркутский и Тулунский район добились таких же процентных показателей только к середине 1939 г., хотя официально коллективизация в Восточной Сибири была завершена в конце 1937- 1938 гг.

Советское руководство страны параллельно с коллективизацией осуществляло политику раскулачивания, направленную на уничтожение зажиточных крестьян. Среди причин раскулачивания необходимо отметить, обвинение зажиточных крестьян в хлебозаготовительном кризисе, а также антисоветской деятельности.

Методы и формы ликвидации кулацких хозяйств были выработаны комиссией во главе с В. М. Молотовым, а узаконены 30 января 1930 г. постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации».

Иркутский округ, согласно постановлениюИркутского окружкома партии от 8 февраля 1930 г., первым из трех округов начал реализовать политику партии, направленную на ликвидацию кулаков. Раскулачивание крестьян в Иркутском, Тулунском, Киренском округах приняло характер конфискации средств производства и скота, а также всего имущества, вплоть до предметов быта. Кулаков исключали из всех видов коопераций, а их паи передавали в фонд коллективизации бедняков и батраков. Зажиточных крестьян лишали избирательных прав, чтоприводило к ссылке в отдаленные территории или к заключению в спецлагеря.

Зажиточное крестьянство пыталось противостоять происходящему произволу, что проявилось в массовых выступлениях, убийствах местных партийных работников, в распространении антисоветских листовок, многочисленных поджогах колхозного имущества, а также в самораскулачивании, незаконном убое скота, разделении имуществамежду членами семьи, побегах в отдаленные районы. Так, зажиточныекрестьянеиз Киренского округа бежали, в основном, в Якутскую область. В течение 1930 г.сложились основные методы борьбы с кулачеством.

В последующие годы раскулачивание в Иркутском, Тулунском и Киренском округах, а также в районах осуществлялось окружными и районными «тройками». Несмотря на их активную деятельность в ряде документов отмечалось, что колхозы Иркутского, Киренского и Тулунского районов «засорены враждебно-кулацким элементом», с которым необходимо бороться. Особенно в этом преуспели местные работники Тулунского района, которые к концу 1933 г. выявили большое количество кулацких хозяйств и обнаружили несколько банд, совершающих грабежи и ведущих антисоветскую пропаганду.

Кульминационная стадия «большого террора»началась в июне 1937 г. с введением в силу оперативного приказаНКВД СССРза № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и др. антисоветских элементов», по которому «специальные тройки» должны были расправиться с оставшимися в деревне антисоветскими элементами.

При реализации этого приказа из трех районов, наиболее активной чистке подвергся Киренский район, гдевыполнял приказ Б. П. Кульвец. В результате политики террора изменилась общая социальная атмосфера. Чувство незащищенности и страха перед государством и его институтами стало неотъемлемой частью существования любого гражданина, независимо от общественного положения.

Проанализировав итоги коллективизации в Иркутском, Тулунском, Киренском районах, нами были выявлены, как отрицательные последствия, так и положительные моменты в развитии сельского хозяйства. Колхозы стали решающей силой сельскохозяйственного производства. Но из-за безграмотного руководства и административного давления они были слабо развиты, а значит, экономически невыгодны. К примеру, коллективные хозяйства Иркутского района план сдачи продукции сельского хозяйства не выполняли. Поэтому уровень коллективизации в Иркутском районе в конце 1930-х гг. был немного ниже, чем в Киренском и Тулунском районах, где процент коллективизации фактически достиг 100%-х показателей.

Коллективизация открыла широкие возможности для применения в сельском хозяйстве новейшей сельскохозяйственной техники, а также способствовала формированию в колхозной деревне квалифицированных кадров механизаторов. В Иркутском и Тулунском районе в результате их близкого расположения к центру к 1938 г. было организованно по четыре МТС. Киренский район, ввиду своей территориальной удаленности и отраслевой направленности, имел только одну МТС. Механизация сельскохозяйственных работ, применение новой техники создали основу культурного земледелия.

В конце 1930 –х гг. наметился подъем животноводства. В Иркутском, Тулунском и Киренском районах были созданы крупные животноводческие совхозы и фермы.

В это же время, в Иркутской области наблюдался подъем колхозного и совхозного производства, который способствовал росту основных фондов и денежных доходов. Увеличились личные доходы колхозников, значительно улучшилось их материальное благосостояние.

Образовательная политика, повышение уровня культуры, а также забота о детях в конце 1930-х гг. были в числе приоритетных задач. К концу 1939 г. в Иркутском районе действовало большое количество начальных, неполных средних и средних школ, для детей до 7 лет создавались ясли и детские сады. С целью повышения культурного уровня в колхозах работали избы-читальни, библиотеки и клубы, а также была своя типография. За повышение политической грамотности крестьян отвечала функционирующая в этот периодполитпросветшкола. У жителей Иркутского района появилась возможность посещать кино и читать местную газету. В Киренском районе, помимо перечисленных общественных и общеобразовательных учреждений, имелись средне-специальные учебные заведения, а именно педагогическое училище и школа медсестер. Тулунский район в плане подготовки новых специалистов опережал Иркутский и Киренский районы, так как нем функционировали не только педагогическое училище, школы медсестер, но и учительский институт, а также техникум советской торговли.

Изменилась деревенская повседневность, на смену религиозным праздникам и обрядам пришли новые, советские. В Иркутском, Тулунском, Киренском районах произошли изменения на бытовом уровне.

Здравоохранению людей также стало уделяться большое внимание. В Тулунском и Киренском районах активно работали больницы, фельдшерско-акушерских пункты, амбулаторно-поликлинические учреждения. В Иркутском районе кроме указанных здравоохранительных учреждений, действовало три дома отдыха. Положительные изменения наблюдались во всех районах, хотя они доходили не до каждой деревни.

Но, в целом,в Восточной Сибири был создан систематизированный, отлажено работающий механизм или аграрный комплекс, который должен был способствовать переходу деревни на социалистический путь развития.

Примечание

Введение

  1. Реттель, И. Состояние сельского хозяйства Сибири и вопросы коллективизации [Текст] / И.. Реттель, П. Веденяпин. - Новосибирск, 1929; Каврайский, В. Классы и классовые отношения в современной сибирской деревне [Текст] / В. Каврайский, И. Нусинов. - Новосибирск, 1929; Лихачев, В.В. Вопросы организации животноводства в колхозах Сибири [Текст] / В.В. Лихачев.- Новогсибирск,1930. и др.
  2. Корякина, Л.С. Государственная политика в отношении зажиточного крестьянства в конце 1920-х - начале 1930-х гг. в Восточной Сибири [Текст]:/ Л.С. Корякина // Сибирь в контексте российских перемен: исторический опыт, традиции и проблемы современности (материалы региональной научно-практической конференции, посвященной памяти профессора В.И. Дулова и его ученика профессора В.Г. Тюкавкина).- Иркутск: Иркутский государственный педагогический университет. В. 2 кн.-2005.- Кн.1.- С.156.
  3. Степичев, И.С. Борьба Иркутской организации КПСС за коллективизацию сельского хозяйства - Иркутск, 1958; Гаврилов, М.К. Сельское хозяйство Иркутской области за 40 лет [Текст] / М.К. Гаврилов, А.А. Смирнов, В.И. Степичев.– Иркутск: Иркутское кн. изд-во, 1957-121с.;
  4. Окладников, А. П. История Сибири с древнейших времен до наших дней. Сибирь в период строительства социализма [Текст]. В 5т. Т 4. / А.П. Окладников.–Л.: Наука, 1968.– 500 с.
  5. История крестьянства Сибири [Текст]: в 5 т. / ред. А. П. Окладников. - Новосибирск: Наука, 1983. Т. 3: Крестьянство Сибири в период строительства социализма (1917-1937 гг.) / ред. Н. Я. Гущин. - 390 с.
  6. Гущин, Н.Я. Классовая борьба в сибирской деревне (1920-е – середина 1930-х гг.) [Текст] / Н.Я. Гущин, В.А. Ильиных В.А.– Новосибирск: Наука,1987.- 330с.; Он же. Крестьянство Сибири в период строительства социализма (1917-1937 гг.) [Текст] / Н.Я. Гущин.– Новосибирск: Наука. Сибирское отделение, 1983.-381с.; Он же. Сибирская деревня на пути к социализму [Текст]/ Н.Я. Гущин.– Новосибирск: Наука, 1973.– 510с.
  7. Панов, В.И. Очерки по истории Иркутской области [Текст]: учебное пособие по краеведению /В.И. Панов, В.Г. Тюкавкин.- Иркутск: Вост.- Сиб. изд-во, 1970.-230 с.; Тюкавкин, В.Г. Из истории сибирского земледелия [Текст] /В. Г. Тюкавкин //Очерки истории Сибири. Вып.2.- Иркутск: ИГПИ,1971.- С.28-32; Косых, А.П. Вклад Сибири в решение хлебной проблемы Советской России в 1920-1922 гг. [Текст] / А.П.Косых // Там же.  С. 73-85.
  8. Рогалина, Н.Л. Коллективизация: уроки пройденного пути [Текст] / Н.Л. Рогалина. – М: Изд-во МГУ, 1989–224 с; Покровский Н.Н. Политбюро и крестьянство – высылка, спецпоселения 1920-1930-х гг. [Текст]: в 2 т. Т 1. / Н.Н. Покровский – М.: РОССПЭН, 2005. .– 843 с.
  9. Зеленин И.Е. Сталинская революция сверху после «великого перелома»: 1930-1939 гг. политика, осуществление, результаты [Текст] / И.Е. Зеленин.– М: Наука, 2006.–315 с.
  10. Жертвы политических репрессий Иркутской Области: память и предупреждение будущему. Т.3- Иркутск: Издание ГП «Иркутская областная типография №1», 2000.
  11. Корякина, Л.С. Государственная политика в отношении зажиточного крестьянства в конце 1920-х - начале 1930-х гг. в Восточной Сибири [Текст]: / Л.С. Корякина // Сибирь в контексте российских перемен… - С.158.
  12. Занданова, Л.В. Приангарская деревня в 1930-е годы [Текст]: учебное пособие/ Л.В. Занданова – Иркутск: ИГПУ, 2005.– 48 с.
  13. Гаврилов, А.А. Сибирская кооперация в период 1914-1920 [Текст]: на материалах кредитной и потребительской кооперации /А.А. Гаврилов. - Иркутск: ИГПУ, 2003- 188 с.; Он же. К характеристике основных источников кооперативной деятельности в Сибири (1914-1920 гг.) // Промышленное и сельскохозяйственное освоение Восточной Сибири в советский период [Текст]: сборник научных трудов. - Иркутск: ИГПУ,1990.- С. 72-76.
  14. Винокуров, М. А. Экономика Иркутской области. Сельское хозяйство [Текст] / М.А. Винокуров, А. П Сухадулов - Иркутск,1998.-Т.2.- 310 с.; Баландин, Ю.И. Земля Тулунская [Текст]/ Ю.И. Баландин.- Братск: МП: Издательский дом «Братск», 2002.-80 с.; Арутюнов, Г.Б. Именем Киренги нареченный [Текст] / Г.Б. Арутюнов.- Иркутск: Восточно-Сибирская компания, 2002- 384 с.;
  15. Горбунова, И.А. «В списках лишенных избирательных прав значиться» [Текст] / И.А. Горбунова // Земля Иркутская. 2006. № 2. – С.41.; Она же. Советская «барщина» на Илиме: как все начиналось. [Текст] / И.А. Горбунова // Земля Иркутская. 2006. № 2.- С.45.; Литвина, В. Кооперация Киренского уезда в 1921-1926гг. [Текст] / В. Литвина // Земля Иркутская. 2002. № 3. - С.102.; Нератова, Л. Коллективизация по-киренски. [Текст] / Л. Нератова // Земля Иркутская . 2002. № 3.– С.107.
  16. Корякина, Л.С. Государственная политика в отношении зажиточного крестьянства в конце 1920-х-начале 1930-х гг. в Восточной Сибири (на материалах Иркутской области и Красноярского края) [Текст]: дис. … канд. ист. наук / Корякина Любовь Сергеевна. - Иркутск, 2005.- 253 с.
  17. Боффа, Джузеппе. История советского союза [Текст]: в 2 т. / Д. Боффа: пер. с итал. И.Б. Левин.- М.: Международные отношения, 1990; Фицпатрик, Ш. Сталинские крестьяне. Социальная история Советской России в 30-е г.: деревня. [Текст] / Ш. Фицпатрик. Пер. с англ.– М.: «Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2001.–423 с.
  18. Материалы X съезда РКП (б). Москва 8-16 марта 1921 г. Резолюция «О замене разверстки натуральным налогом» // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1986). Т.2. 1917-1922. – 9-е изд., доп. и испр. – М.: Политиздат, 1983. – С.370-371.;Материалы ХV съезда ВКП(б). Москва. 2-9 декабря 1927 г. Резолюция « О работе в деревне» // КПСС в резолюциях…Т.4. 1926-1929. – 9-е изд., доп. и испр. – М., 1984 – С.261; Постановление ЦК ВКП(б). 14 марта 1930г.«О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении» // КПСС в резолюциях… Т.5.. 1929-1932. – 9-е изд., доп. и испр. - М.: Политиздат, 1984. - С.101-104; Материалы Объединенного пленума ЦК и ЦК ВКП(б). Москва 7-12 января. 1933 г. Резолюция «Цели и задачи политических отделов МТС и совхозов» // КПСС в резолюциях…Т.6. 1933-1937. – 9-е изд., доп. и испр. – М.,1985.– С.21-33.; Пленум ЦК ВКП(б). Москва. 4-12 июля 1928 г. Резолюция: «Политика хлебозаготовок в связи с общим хозяйственным положением» //. КПСС в резолюциях…Т.4.– С.348-354.
  19. Восточносибирское краевое управление народно-хозяйственного учета. Основные показатели выполнения народнохозяйственного плана по Восточносибирскому краю за 9 месяцев 1932 г.: Стат.данные.- Иркутск: ОГИЗ.-1932; Восточносибирская краевая плановая комиссия. Материалы к контрольным цифрам народного хозяйства и социально-культурного строительства Восточно-Сибирского края на 1933 г. К V пленуму восточносибирского краевого исполнительного комитета.: Стат. данные.- Иркутск: ОГИЗ.-1933; Восточносибирское краевое управление народно-хозяйственного учета. Основные показатели выполнения народнохозяйственного плана по Восточносибирскому краю за 1934 г.: Стат. данные.- Иркутск: ОГИЗ.- 1935; Восточносибирская краевая плановая комиссия. Делегату II съезда советов Восточно-Сибирского края. Контрольные цифры народного хозяйства и социально-культурного строительства Восточносибирского края на 1935г.: Стат. данные. - Иркутск: «Полиграфкнига». -1934.
  20. Экономико-статистический справочник «Иркутская область» [Текст]- Иркутск: Иркутское областное издательство,1941.
  21. Сибирское Краевое Земельное Управление. Карта-схема перспективных сельскохозяйственных районов Восточно-Сибирского края. [Текст] / под. ред. К.Н. Миротворцова.- Иркутск: Восточно-Сибирское отделение ОГИЗ и КРАЙЗУ, 1931.
  22. История коллективизации сельского хозяйства в Восточной Сибири 1927- 1937. Документы и материалы /под общ. ред. А.П. Косых. – Иркутск: Вост.- Сиб. Кн. Изд-во,1979.
  23. Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918 - 1939 [Текст]: документы и материалы в 4 томах / под ред. А. Береловича, В. Данилова. - М.: РОССПЭН. Т. 3: 1930-1934. Кн. 2: 1932-1934: документы и материалы. - М.: РОССПЭН, 2005. - 840 с.
  24. Трагедия советской деревни. Коллективизация. Раскулачивание 1927-1939. Документы и материалы. В 5-ти тт./ Т.1. Май 1927- ноябрь 1927г / под ред. Данилова, Р. Миннинг, Л. Виолы. ─ М.: РОСПЭНН, 2000. – 880 с.
  25. Из протокола Заседания IV пленума Иркутского ГУБКОМА о районировании губернии от 21 июня 1926 г. // Хрестоматия по Истории Иркутской области. Иркутск,1969.– С. 243-244.; Из доклада представителя Иркутского окружного земельного управления Фурсова на IΙ съезде колхозников иркутского округа «О росте простейших типов сельскохозяйственных кооперативов» // Там же.- С. 246-247.
  26. Разумов М.О.Превратить Восточную Сибирь в край самого Высокого урожая [Текст]: доклад на 1 краевом съезде колхозников-ударников.- Иркутск: Востсибпартиздат, 1933.– С.10-16. Он же. Задачи Краевой Партийной организации в связи с решением пленума ЦК ВКП (б). [Текст]: доклад.- Иркутск: Восточносибирское краевое изд-во, 1934; Он же. Задачи Восточной Сибири в борьбе за сталинские 7-8 миллионов пудов хлеба [Текст]: доклад на краевом съезде председателей колхозников и сельсоветов от 2 февраля 1936г. - Иркутск: Восточносибирское краевое изд-во, 1936.- С. 12-26.
  27. Воспоминания ленских жителей [Текст] / Сост., вступ. ст. и примеч. Ю.П. Лыхина.- Иркутск, 2007. - 512 с.
  28. Коллективизация СССР 1929-1934гг.[Электронный документ].- Режим доступа: -http://www.hrono.info/index.html- Загл. с экрана.

Глава I

1.1. Переход к массовой коллективизации в годы первой пятилетки (1928-1932 гг.)

  1. Кротов, В.А. Очерки истории Иркутской организации КПСС [Текст] / В.А. Кротов, Ф.А. Кудрявцев. - Иркутск,1976.– С.196.
  2. Рогалина, Н.Л. Указ. соч. – С. 25.
  3. Кротов, В.А. Очерки истории Иркутской организации КПСС [Текст] / В.А. Кротов, Ф.А. Кудрявцев. - Иркутск, 1976.– С. 143-144.
  4. ГАИО. Ф.218. Оп.1. Д.51. Л. 33-З4.
  5. Там же. Л. 45.
  6. Тулун - центр Отчизны [Текст]. - Тулун, 2007.- С.34.
  7. ГАИО. Ф.75. Оп.1. Д. 90. Л.12.
  8. Баландин, Ю.И. Земля Тулунская [Текст] / Ю.И. Баландин.- Братск: МП: «издательский Дом «Братск», 2002.- С. 62.
  9. Арутюнов, Г.Б. Указ. соч.- С. 220-221.
  10. Кротов, В.А. Указ. соч.– С.178.
  11. Арутюнов, Г.Б. Указ. соч.- С. 220-221.
  12. ГАИО.Ф. 75. Оп. Д. 90. Л.12.
  13. ГАИО. Ф.218. Оп.1. Д. 51. Л. 147.
  14. Кротов, В.А. Указ. соч.- С. 145.
  15. ГАИО Ф.218. Оп.1. Д.51. Л. 149.
  16. Там же. Л. 160.
  17. Коллективизация СССР 1929-1934 гг.[Электронный документ].- Режим доступа: -http: //www.hrono.info/index.html- Загл. с экрана.
  18. Пленум ЦК ВКП(б). Москва, 16-24 ноября 1928 г. Резолюция «О контрольных цифрах народного хозяйства на 1928/29 год» // КПСС в резолюциях…Т.4.– С 368-383.
  19. Коллективизация СССР 1929-1934гг.[Электронный документ].- Режим доступа: -http://www.hrono.info/index.html- Загл. с экрана.
  20. Арутюнов, Г.Б. Указ. соч.- С. 221
  21. Постановление ЦК ВКП(б) 5 января 1930г.«О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1986). Т. 5. 1929-1932. – 9-е изд., доп.       и испр. - М.: Политиздат, 1984. – С.72-75.
  22. Кротов, В.А. Указ. соч. - С. 192-193.
  23. Там же. - С. 195.
  24. Занданова, Л.В. Приангарская деревня в1930-е годы [Текст]: учебное пособие / Л.В. Занданова – Иркутск: ИГПУ, 2005.-С.8.
  25. Кротов, В.А. Указ. соч.- С. 195.
  26. Постановление ЦК ВКП(б). 14 марта 1930г.«О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении»// КПСС в резолюциях… т.5. - С.101-104.
  27. Нератова, Л. Коллективизация по-киренски. [Текст] / Л. Нератова // Земля Иркутская. 2002. №3-С.107.
  28. Арутюнов, Г.Б. Указ. соч.- С.223.
  29. ГАИО. Ф. 600. Оп.1. Д. 242. Л 61.
  30. Там же. Л. 61.
  31. Кротов. В.А. Указ. соч.- С. 199.
  32. Там же.- С. 200.
  33. ГАИО. Ф. 600. Оп. 1. Д. 242. Л. 211.
  34. Кротов. В.А. Указ. соч.- С. 201
  35. ГАИО. Ф. 600. Оп.1. Д. 463. Л.6
  36. Там же. Л.11
  37. Там же. Л. 23.
  38. ГАИО. Ф. 600. Оп.1. Д. 242. Л.211.
  39. ГАИО. Ф. 600. Оп.1. Д. 645.Л.1.
  40. Занданова, Л.В. Указ. соч. - С.18.
  41. Арутюнов, Г.Б. Указ. соч. - С.- 225-227.

1.2. Колхозное строительство в 1933-1937 гг.

  1. ГАИО. Ф. 600. Оп.1. Д. 464. Л. 33
  2. Занданова, Л.В. Указ. соч.- С. 25.
  3. № 88 «Из постановления бюро Восточно-Сибирского крайкома ВКП(б) и V пленума крайкома о весенней посевной кампании 1933г.»/ История коллективизации сельского хозяйства в Восточной Сибири (1927-1937гг). Документы и материалы /под ред. А.П. Косых. - Иркутск. Восточно-Сибирское книжное издательство,1979.- С.205.
  4. Объединенный пленум ЦК и ЦК ВКП(б). Москва 7-12 января.1933г. Резолюция «Цели и задачи политических отделов МТС и совхозов» //КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1986). Т. 6. 1933-1937. – 9-е изд., доп. и испр. - М.: Политиздат, 1985. – 446 с.
  5. ГАНИИО. Ф. 191. Оп.1. Д. 338. Л.11-18.
  6. Коллективизация СССР 1929-1934 гг.[Электронный документ].- Режим доступа: -http://www.hrono.info/index.html- Загл. с экрана
  7. Восточносибирская краевая плановая комиссия. Материалы к контрольным цифрам народного хозяйства и социально-культурного строительства Восточно-Сибирского края на 1933 г. К V пленуму Восточносибирского краевого исполнительного комитета: Стат. данные.- Иркутск: ОГИЗ,1933.- С.32-33
  8. Экономико-статистический справочник «Иркутская область»,- Иркутск: Иркутское областное издательство, 1941.- С. 158.
  9. Тулун - центр Отчизны [Текст]. -Тулун, 2007.- С. 36.
  10. Кротов, В.А. Указ. соч - С. 260-261.
  11. Там же. - С.264-265.
  12. Разумов, М.О. Задачи восточной Сибири в борьбе за сталинские 7-8 миллионов пудов хлеба. Доклад на краевом съезде председателей колхозников и сельсоветов от 2 февраля 1936г. - Иркутск: Восточносибирское краевое изд-во, 1936.- С. 12-26.
  13. Занданова, Л.В. Указ. соч. - С.29.

1.3. Ликвидация кулачества как класса

  1. ГАИО. Ф. 75. Оп. 1. Д. 90. Л. 13.
  2. ГАНИИО. Ф. 191. Оп. 1. Д. 118. Л. 2.
  3. Занданова, Л.В. Указ. соч.- С.4.
  4. Там же. - С.4.
  5. ГАИО. Ф. 600. Оп. 1. Д. 207. Л.140.
  6. ГАИО. Ф. 695. Оп.1. Д.4. Л. 5.
  7. Там же. - С.8.
  8. ГАИО. Ф. 600. Оп. 1. Д. 207. Л.5.
  9. Нератова, Л. Указ. соч. - С.105.
  10. ГАИО.Ф. 600.Оп. 1. Д. 207. Л. 17.
  11. Нератова, Л. Указ. соч. - С.108.
  12. ГАИО. Ф. 600. Оп. 1. Д. 207. Л.45.
  13. Там же. Л.1.

Библиография

Опубликованные источники

I. Законодательные акты

I.1. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т.2. - М., 1983; Т. 4.- М., 1984; Т.5. - М., 1984; Т.6. - М., 1985.

II. Статистические сборники

II.1. Восточносибирское краевое управление народно-хозяйственного учета. Основные показатели выполнения народнохозяйственного плана по Восточносибирскому краю за 9 месяцев 1932 г.: Стат.данные.- Иркутск: ОГИЗ.-1932.

II.2. Восточносибирская краевая плановая комиссия. Материалы к контрольным цифрам народного хозяйства и социально-культурного строительства Восточно-Сибирского края на 1933 г. К V пленуму Восточносибирского краевого исполнительного комитета.: Стат. данные.- Иркутск: ОГИЗ.-1933.

II.3. Восточносибирское краевое управление народно-хозяйственного учета. Основные показатели выполнения народнохозяйственного плана по Восточносибирскому краю за 1934 г.: Стат. данные.- Иркутск: ОГИЗ.- 1935.

II.4. Восточносибирская краевая плановая комиссия. Делегату II съезда советов Восточно-Сибирского края. Контрольные цифры народного хозяйства и социально-культурного строительства Восточносибирского края на 1935 г.: Стат. данные. - Иркутск: Полиграфкнига. -1934.

II.5. Сибирское Краевое Земельное Управление. Карта-схема перспективных сельскохозяйственных районов Восточно-Сибирского края. [Текст] / под. ред. К.Н. Миротворцова.- Иркутск: Восточно-Сибирское отделение ОГИЗ и КРАЙЗУ.- 1931.

II.6. Экономико-статистический справочник «Иркутская область», ОГИЗ. Иркутское областное издательство. Иркутск – 1941.

III. Сборники документов и материалов

III.1. История коллективизации сельского хозяйства в Восточной Сибири 1927- 1937 гг. Документы и материалы / под общ. ред. А.П. Косых – Иркутск: Вост.- Сиб. кн. изд-во, 1979. - 318 с.

III.2. Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918 - 1939 [Текст]: документы и материалы. В 4 т. Т.3. Кн.2.: 1932-1934 / под ред. А. Береловича, В. Данилова. - М.: РОССПЭН, 2005. - 840 с.

III.4. Трагедия советской деревни. Коллективизация. Раскулачивание 1927-1939. Документы и материалы. В 5-ти тт./ Т.1. Май 1927- ноябрь 1927 г. / под ред. Данилова, Р. Миннинг, Л. Виолы. ─ М.: РОСПЭНН, 2000.-880с.

III.5. Трагедия советской деревни. Коллективизация. Раскулачивание 1927-1939. Документы и материалы. В 5-ти тт./ Т.2. ноябрь 1929-декабрь 1930/ под ред. Данилова, Р. Миннинг, Л. Виолы. ─ М.: РОСПЭНН, 2000-с. — 927 с.

IV. Делопроизводственные документы

IV.1. Из протокола Заседания IV пленума Иркутского ГУБКОМА о районировании губернии от 21 июня 1926 г. // Хрестоматия по Истории Иркутской области. Иркутск,1969.– С. 243-244.

IV.2. Из доклада представителя Иркутского окружного земельного управления Фурсова на IΙ съезде колхозников Иркутского округа «О росте простейших типов сельскохозяйственных кооперативов» // Там же.– С. 246-247.

IV.3. Разумов М.О. Превратить Восточную Сибирь в край самого Высокого урожая [Текст]: доклад на 1 краевом съезде колхозников-ударников.- Иркутск: Востсибпартиздат, 1933.– С.10-16.

IV.4. Он же. Задачи Краевой Партийной организации в связи с решением пленума ЦК ВКП (б). [Текст]: доклад. - Иркутск: Восточносибирское краевое изд-во, 1934.

IV.5. Он же. Задачи Восточной Сибири в борьбе за сталинские 7-8 миллионов пудов хлеба [Текст]: доклад на краевом съезде председателей колхозников и сельсоветов от 2 февраля 1936 г. - Иркутск: Восточносибирское краевое изд-во, 1936.- С. 12-26.

V. Воспоминания

V.1. Воспоминания ленских жителей [Текст] / Сост., вступ. ст. и примеч. Ю.П. Лыхина.- Иркутск, 2007. - 512 с.

VI. Интернет-ресурсы

VI. 1. Коллективизация СССР 1929-1934 гг.[Электронный документ].- Режим доступа: -http://www.hrono.info/index.html- Загл. с экрана.

VII. Исследования

VII.1. Анисков, В.Т. Историография крестьянства Советской Сибири [Текст]/ В.Т. Анисков, Л.И. Боженко, Н.Я. Гущин.- Новосибирск: Наука, 1976.

VII.2. Арутюнов, Г.Б. Именем Киренги нареченный [Текст] / Г.Б. Арутюнов.- Иркутск: Восточно-Сибирская компания, 2002.- 384с.

VII.3. Баландин, Ю.И. Земля Тулунская [Текст] / Ю.И. Баландин.- Братск: МП: издательский дом «Братск», 2002. -80с.

VII.4. Боффа, Джузеппе. История советского союза [Текст] : в 2 т. / Д. Боффа: пер. с итал. И.Б. Левин.- М.: Международные отношения, 1990. Т.1.:От революции до второй мировой войны. Ленин и Сталин, 1917-1941.- 632 с.

VII.5. Винокуров, М. А. Экономика Иркутской области. Сельское хозяйство [Текст] / М.А. Винокуров, А.П. Сухадулов - Иркутск,1998.-Т.2.- 310 с.

VII.6. Гаврилов, А.А. Сибирская кооперация в период 1914-1920 гг. [Текст]: на материалах кредитной и потребительской кооперации/ А.А. Гаврилов. - Иркутск: ИГПУ, 2003 - 188 с.

VII.7. Гаврилов, М.К. Сельское хозяйство Иркутской области за 40 лет [Текст] / М.К. Гаврилов, А.А. Смирнов, В.И. Степичев.– Иркутск: Иркутское кн. изд-во, 1957–121с.

VII.8. Горбунова, И.А. «В списках лишенных избирательных прав значиться» [Текст] / И.А. Горбунова // Земля Иркутская. 2006. № 2 – С.41.

VII.9. Горбунова, И.А.Советская «барщина» на Илиме: как все начиналось. [Текст] / И.А. Горбунова // Земля Иркутская. 2006. № 2 - С.45.

VII.10. Гущин, Н.Я. Классовая борьба в сибирской деревне (1920-е – середина 1930-х гг.) [Текст] / Н.Я. Гущин, В.А. Ильиных В.А.– Новосибирск: Наука,1987. – 330 с.

VII.11. Гущин, Н.Я. Крестьянство Сибири. Крестьянство Сибири в период строительства социализма (1917-1937 гг.) [Текст]/ Н.Я. Гущин.– Новосибирск: Наука. Сибирское отделение, 1983.– 381с.

VII.12. Гущин, Н.Я. Сибирская деревня на пути к социализму [Текст]/ Н.Я. Гущин.– Новосибирск: Наука, 1973.– 510с.

VII.13. Жертвы политических репрессий Иркутской Области: память и предупреждение будущему. Т.3- Иркутск: Издание ГП «Иркутская областная типография № 1», 2000.-456 с.

VII.14. Жигалово. Исторические вехи района 1926-2006 гг. [Текст]- Иркутск, 2006.-88 с.

VII. 15. Занданова, Л.В. Приангарская деревня в 1930-е годы [Текст]: учебное пособие / Л.В. Занданова – Иркутск: ИГПУ, 2005.– 48 с.

VII.16. Зеленин, И.Е. Сталинская революция сверху после «великого перелома»: 1930-1939гг. политика, осуществление, результаты [Текст] / И.Е. Зеленин.– М: Наука, 2006.–315 с.

VII.17. Ивницкий, Н.А. Коллективизация и раскулачивание (начало 30-х) [Текст] / Н.А. Ивницкий. – М: Интерпракс, 1992.–272 с.

VII.18. Корякина, Л.С. Государственная политика в отношении зажиточного крестьянства в конце 1920-х -начале 1930-х гг. в Восточной Сибири [Текст]:/ Л.С. Корякина // Сибирь в контексте российских перемен: исторический опыт, традиции и проблемы современности (материалы региональной научно-практической конференции, посвященной памяти профессора В.И. Дулова и его ученика профессора В.Г. Тюкавкина). - Иркутск: Иркутский Государственный Педагогический Университет. В. 2 кн.-2005.- Кн.1.- С.155-161.

VII.19. Кротов, В.А. Очерки истории Иркутской организации КПСС [Текст]/ В.А. Кротов, Ф.А. Кудрявцев. - Иркутск,1976.– 346 с.

VII.20. Косых, А.П. Вклад Сибири в решение хлебной проблемы Советской России в 1920-1922 гг. / А. П. Косых // Очерки истории Сибири. Вып.2.-Иркутск: ИГПИ,1971 - С. 73-85.

VII.21. Литвина, В. Кооперация Киренского уезда в 1921-1926гг. [Текст] / В. Литвина// Земля Иркутская . 2002. № 3 - С.102.

VII.22. Нератова Л. Коллективизация по-киренски. [Текст] / Л. Нератова // Земля иркутская . 2002. № 3–С.107.

VII.23. Окладников, А.П. История Сибири с древнейших времен до наших дней. Сибирь в период строительства социализма [Текст]. В 5т. Т 4. / А.П.Окладников.–Л.: Наука,1968.– 500 с.

VII.24. Панов, В.И. Очерки по истории Иркутской области [Текст]: учебное пособие по краеведению / В.И. Панов, В.Г. Тюкавкин.- Иркутск: Восточно-Сибирское изд-во, 1970.-230 с.

VII.25. Покровский, Н.Н. Политбюро и крестьянство – высылка, спецпоселения 1920-1930-х гг. [Текст]: в 2 т. Т 1. / Н.Н. Покровский – М.: РОССПЭН, 2005. – 843 с.

VII.26. Тулун- центр Отчизны [Текст]. -Тулун, 2007.- 224с.

VII.27. Тюкавкин, В.Г. Из истории сибирского земледелия[Текст] / В. Г. Тюкавкин // Очерки истории Сибири. Вып.2.-Иркутск: ИГПИ, 1971. - С. 28-32.

VII.28. Суходулов, А.П. Черемховский район [Текст]/ А.П. Суходулов, А.М. Скворцов. - Иркутск: Издание ОАО «Иркутская областная типография         № 1», 2002.-180 с.

VII.29. Фицпатрик, Ш. Сталинские крестьяне. Социальная история Советской России в 30-е г.: деревня. [Текст] / Пер. с англ.– М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001.– 423 с.

Приложение 1

Заявление крестьян Одонского с/совета Тулунского Рика

Семенова Ивана Леонтьевича и Борзова Алексея Аристарховича

Тулунскому Райсполкому и Иркутскому Окружкому и

Исполнительным Комитетам Советов

 «Мы крестьяне, Семенов и Борзов, плательщики единого сельскохозяйственного налога, по окладным листам № 213 и №153 единый с.х.налог выплатили досрочно, первый в сумме 24 руб.15 коп. и второй 29 руб. 69 коп. Излишки хлеб. культур в количестве - первый 156 пудов, второй -183 пудов Государственной заготовительной хлебной компании сданы нами беспрекословно в точности своевременно. Хозяйство наше ниже средней мощности, применительно к бедняцким, ни у того, ни у другого каких либо сложных земледельческих орудий не имелось и не имеется. Эксплуатацией наемного труда не пользовались и не пользуемся. Обрабатываем посевную площадь исключительно упорством своего труда. Казалось бы в соответствии с директивами Правительства Союза С.С.Р. от крестьянина более и требовать ничего не следовало и надлежало дать ему возможность спокойно делать свое трудовое обязательство, столь необходимое семье и Государству. Однако Одинский с/совет без всяких причин, поводов и оснований к тому в первых числах февраля 1930года лишил нас права общественного голоса, хозяйство подвел под кулацко-рваческое со всеми вытекающими отсюда последствиями. Такое постановление, мы признали постановлением несоответствующим действительности… Основываясь на конституционных законах СССР и ВЦИК о крестьянстве положенных, просим о немедленном вмешательстве в сказанное дело Властей Районного и Окружного Исполкомов».

_________

ГАИО. Ф. 600. Оп. 1. Л. 8.

Приложение 2

Из постановлений общего собрания членов и кандидатов ячейки ВКП(б) Котинского сельского совета от 3 января 1934 г.

  1. «Хозяйство Коморовых Константина Степановича и Александры Константиновны - в прошлом и в плоть до 1931г. имели наем рабочей силы, две мельницы, занимались скупкой и продажей мяса и ямба…. Постановили хозяйство Коморовых К.С. А.К считать кулацким и раздел имущества с сыном считать фиктивным… Коморова А.Н. вывести из состава с/ совета; Хозяйство Дорохова С.А: имел кузницу, кузнечные работы производил только под отработок, имел сезонных рабочих во время уборки хлеба….

Постановили его хозяйство считать кулацким».

  1. «Докладчик т. Лисников говорил, что т. Макаров неоднократно отказывался от работы, которую поручала ячейка ВКП(б) т. Макарову, как кандидату в партию, будучи колхозником т. Макаров отказался от приемки кулатского хлеба, мотивируя что мы и со своим не можем справиться…т. Васильева говорила, что при описи кулатского имущества Сергеева П.И.. Куда был послан т. Макаров и т. Васильева, тов. Макаров старался скрыть от описи три куля муки, ботинки с галошами… и только благодаря тов.Васильевой эти предметы были описаны….

Собрание постановило исключить тов. Макарова из кандидатов партии».

_________

ГАНИИО. Ф.191.Оп.1. Д. 429. Л.1.

Приложение 3

Протокол № 2

Открытого заседания Районной комиссии по чистке партии

Иркутского Райкома от 2 февраля 1934г.

Слушали:Рассмотрение дела № 0374200 Кожевникова Александра Григорьевича, члена ВКП(б) с 1920г., служащего, родившегося в 1898г. на Нижней Волге в семье середняка.

Вопрос: как из Волги попал в Иркутск?

Ответ: сам приехал, у меня в Иркутске жила жена.

Вопрос: каким образом твоя жена попала в Иркутск?

Ответ: на волге был голод, не было возможности жить.

Вопрос: когда выезжал в г. Иркутск с учета парт. организации снялся?

Ответ: да я подавал заявление о том, что жена в Иркутске и меня сняли с учета, подлинную карточку привез.

Вопрос: у твоей жены родственники есть в Иркутске?

Ответ: да в Иркутске живет ее родной брат, к нему она приехала.

Вопрос: кто такой жены брат? Чем занимается?

Ответ: брат жены работает в золотпродснабе.

Вопрос: а чем он раньше занимался?

Ответ: брат жены раньше служил все время на военной службе.

Вопрос: в каком чине?

Ответ: в 1918 г. в чине прапорщика, а потом Штаб-капитана.

Вопрос: фамилия брата вашей жены?

Ответ: Назаркин.

Вопрос: когда выехал в Иркутск?

Ответ: в декабре 1933 г.

Вопрос: чистку почему не проходил?

Ответ: чистку не проходил потому, что там не проводили, сообщили что чистка будет проходить в 1934г.

Комиссия постановила до выяснения … причин выезда из г. Балажево, вопрос оставить открытым и дело передать в ГОРКК для восстановления действительного партположения».

__________

ГАНИИО. Ф.191, Оп.1. Д. 448. Л.3.

Приложение 4

Район и его показатели на 1 июля 1930 г.

Количество колхозов

Количество хозяйств   в колхозах

Процент коллективизации

Иркутский район

42 колхоза

1325

11%

Тулунский район

32 колхоза

1467

10,8%

Киренский район

43 колхоза

1163

32,6%

* ГАИО. Ф. 600. Оп.1. Д. 242. Л. 8.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top