Савичева Ю.О.

Город Магнитогорск по праву можно считать прародителем российских моногородов. У города, строительство которого было начато в годы первой пятилетки в конце 20-х гг. прошлого века и завершено в 1932 году, была основная задача - производить сталь, которая должна была превратить Советский Союз в промышленную державу. Была и другая цель - создать с нуля образцовый социалистический город, жилые кварталы в котором были бы спланированы с учетом того, где будут работать проживающие в них сталевары. А поскольку Магнитогорский металлургический завод планировали создать как предприятие полного цикла, в планы проектировщиков города входило создание полноформатной городской инфраструктуры, в рамках которой и должен был формироваться советский человек. И до Великой Отечественной войны ММК был крупнейшим и современным металлургическим предприятием в СССР, а с началом войны стал играть исключительно важную роль в выполнении военных заказов и обеспечении фронта промышленной продукцией.

Исторический опыт четырехлетней борьбы СССР с Германией никогда не потеряет своей актуальности. Непреходящее значение имеет каждый его аспект и, в том числе, такой, как роль женщин г. Магнитогорска в годы войны. Объективный анализ данной темы важен, прежде всего, в плане осмысления и правильной оценки прошлого. Изучение проблемы позволяет полнее представить сущность, масштабы, формы деятельности женщин города, увидеть и оценить деятельность властных структур по ее организации и руководству.  

В историографии вопроса «женщина и война» можно выделить несколько периодов:

Первый период - 1941-1945 гг. непосредственно связан с самим ходом войны. В публикациях историков, обществоведов, партийных и советских руководителей всех рангов, писателей, журналистов (И. Бровер, И.М. Слатин, М. Гринберг, А. Караваева, А. Крылова, К. Свердлова, О. Мишакова и др.)[1], а также в статьях рядовых тружениц тыла были заложены основы для разработки темы. Настоящие издания не претендовали на научность обобщений, преследовали прежде всего ближайшие задачи агитационного воздействия и военно-патриотического воспитания. Второй период - 1945 - середина 50-х гг. В этот период стала складываться научная история Великой Отечественной войны, появились обобщающие труды, хотя преобладали все же издания научно-популярного характера. Необходимо выделить книги Н.А. Вознесенского и Н.Д. Араловец.[2] Характерной особенностью второго периода историографии является выход большого количества произведений, в которых, согласно идеологическим нормам, освещается руководящая роль Коммунистической партии в мобилизации сил советских людей в разгром врага. После ХХ съезда КПСС (февраль 1956 г.) наступил третий этап в историографии - середина 50-х конец 80-х гг. Были облегчены доступ в архивы и получение в них ранее секретных материалов. Начинается научный путь ученых - А.В. Митрофановой и Г.Г. Морехиной, Ю.В. Арутюняна[3], в дальнейшем ставших ведущими специалистами по изучению истории рабочего класса и крестьянства военных лет. Хотя они не ставили перед собой задачу отдельного освещения роли тружениц в войне, их монографии содержали материал о вовлечении женщин в различные отрасли промышленности и сельского хозяйства, о их роли в разрешении кадрового вопроса, выдвижении на руководящую работу, решении социально-бытовых проблем. Именно на этом этапе развернулась научная деятельность докторов наук А.И. Польской, В.С. Мурманцевой, Н.И. Кондаковой[4] - ведущих специалистов по изучаемой проблеме. Впервые в историографии В.С. Мурманцева рассмотрела практически все сферы деятельности женщин в годы войны. Из работ, посвященных исследованию роли женщин Урала и Магнитогорска, в частности, в обеспечении помощи фронту в годы Великой Отечественной войны, особое значение имеют работы Г.П. Ануфриенко[5]. Автором рассматриваются формы и методы работы партийных организаций по повышению эффективности участия женщин в работе промышленных предприятий. Период «Перестройки» открыл новый период в историографии – четвертый (конец 80-х гг. - настоящее время). В этот период разрабатываются демографические, историко-психологические, историко-антропологические проблемы в работах в. Т. Анискова, В.Ф. Зимы, М.С. Зинич, В.Н. Парамонова, Е.С. Сенявской[6].

Объективный критический анализ проблем набирает силу в настоящий период, чему способствовало распространение нового исследовательского подхода в гуманитарных науках – гендерного. На данном этапе по проблемам истории женщин в войне изданы монографии А.Ш. Кабировой, Г.В. Мерзляковой, Е.Ю. Волковой, Е.С. Переваловой[7]. Они критически оценивают опыт решения женских проблем, характеризуют материально-бытовые условия жизни женщин в войну, анализируют формы и методы, политику государства по массовому вовлечению женщин на производство. В течение нескольких десятилетий историки систематизировали огромный фактический материал о роли советских женщин практически всех регионов России в Великой Отечественной войне. Проблема «Женщина и война» прошла путь от становления до выделения в самостоятельную тему, совершенствования методики научного познания, расширения источниковой базы и географии исследования. Тем самым созданы условия для новых исследований.

Источниковая база исследования включает в себя комплекс неопубликованных и опубликованных источников: законодательные и нормативно-правовые акты, делопроизводственная документация (документы коммунистической партии, документы государственных учреждений, особую ценность представляют архивные материалы), материалы периодической печати, источники личного происхождения – воспоминания, статистические материалы.

Небывалая по масштабам война потребовала огромного количества людских ресурсов для ведения боевых действий и обслуживания военной экономики. В условиях войны проблема обеспечения предприятий рабочей силой была одной из самых трудных. Миллионы граждан были призваны в Красную Армию. Численность рабочих и служащих сократилась с 31,8 млн. человек в первом полугодии 1941 г. до 18,4 млн. в 1942 г., и составила 59% к уровню 1940 г. Во время войны с предприятий Урала ушло на фронт значительное число рабочих, инженерно-технических работников и служащих. За годы войны в Красную Армию влились квалифицированные работники промышленности, строительства и транспорта Урала. Состав рабочих непрерывно обновлялся. В ряде организаций уже в первые недели войны осталось не более 20% кадровых рабочих. Численность кадровых производственников среди металлургов за время войны снизилась в 6 с лишним раз.[8]

Промышленность, наращивая производство, нуждалась в дополнительной квалифицированной рабочей силе. Гражданским предприятиям, приступавшим к выпуску военной продукции, вынужденным полностью или частично изменить технологию и профиль производства, требовались рабочие новых специальностей. Переход металлургии на выплавку новых марок металла, и, прежде всего, качественных сталей, ввод в строй новых доменных и мартеновских печей, прокатных станов и других агрегатов привели к значительному росту объема работы и увеличению численности производственного персонала. На Урале образовался разрыв между производственными возможностями предприятий и наличием рабочей силы. Превращение Урала в основную базу военного производства выдвинуло проблему рабочих кадров на первый план.[9]

Советское руководство предпринимает различные меры для привлечения женщин на производство. Несмотря на то, что деятельность женщин г. Магнитогорска в период войны была многогранна, они были заняты во всех сферах хозяйства страны, в условиях монопромышленного города важно проследить именно приход женщин на производство, освоение ими «мужских профессий». Методы привлечения женщин на производство можно разделить на 3 группы. Это административно-командные, агитационно-пропагандистские методы, а также меры по улучшению материально-бытовых условий жизни женщин. В рамках административно-командных мер можно выделить создание 30 июня 1941 г. при Бюро СНК СССР Комитета по распределению рабочей силы.[10] В Челябинской области было создано 8 бюро по учету и распределению.[11] Мобилизация рабочей силы проходила по указам Президиума Верховного Совета СССР и решениям ГКО, СНК СССР, совнаркомов союзных республик. Постановлениями этих органов определялись количество людей, подлежащих мобилизации, сроки ее проведения, место назначения мобилизованных. Президиум Верховного Совета СССР издал Указ «О режиме рабочего времени рабочих и служащих в военное время» (июнь 1941 г.).[12] Вводились обязательные сверхурочные работы продолжительностью до 3 часов в день с оплатой в полуторном размере. Введение удлиненного рабочего дня, сверхурочных работ, трехсменки, отмена отпусков позволили на 1/3 увеличить загрузку оборудования, повысить выпуск продукции при том же количестве рабочих. Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об ответственности рабочих и служащих предприятий военной промышленности за самовольный уход с предприятий» ( декабрь 1941 г. )[13] труженики военной промышленности и смежных с нею отраслей считались мобилизованными и закреплялись за предприятиями для постоянной работы на все время войны. Самовольный уход приравнивался к дезертирству из армии. Высококвалифицированные рабочие, инженерно-технические работники сохранялись на производстве путем бронирования – освобождения на определенный срок от призыва в Красную Армию.[14] Расширение военного производства потребовало нового пополнения рабочей силы. Поэтому Президиум Верховного Совета СССР издал Указ «О мобилизации на период военного времени трудоспособного городского населения для работы на производстве и строительстве» (февраль 1942 г.). Так, были приняты меры по привлечению в промышленность, строительство и на транспорт неработающих мужчин в возрасте от 16 до 55 лет и женщин в возрасте от 16 до 45 лет. На местах партийные органы регулярно вели точный учет трудоспособных неработающих членов семьи в возрасте от 17 до 55 лет.[15] Несмотря на то, что труд женщин на производстве получил распространение в предвоенные годы (это была целенаправленная политика государства по решению «женского вопроса», достижения фактического равенства женщин и мужчин при социализме), меры, принятые руководством страны, были временными, чрезвычайными, вызванными суровыми условиями войны.

Советское руководство использовало для привлечения женщин на производство агитационно-пропагандистские методы.

С началом войны на фронт с Магнитогорского комбината ушли 5 тыс. человек.[16] В целом, ММК зимой 1941/42 г. не хватало 11 тыс. человек. Это составляло 78,9% рабочих.[17] Наркоматы обязали хозяйственных руководителей уже в третьем квартале 1941 г. принять меры по привлечению на производство женщин. На тяжелые работы разрешалось принимать работниц только путем индивидуального отбора с учетом их физического состояния и здоровья. Партийные и профсоюзные организации развернули массово-политическую работу среди членов семей, жен военнослужащих, объясняли им, что теперь, когда их отцы, мужья и братья защищают Родину, священным долгом каждой патриотки является самоотверженный труд на помощь фронту. Создавались комиссии для работы среди женщин, проводились встречи домохозяек с лучшими работницами, в крупных кварталах городов созывались специальные собрания неработающих женщин. Защита Родины отождествлялась у советских женщин с защитой своих детей, своего родного очага, своей чести.[18]

Сталевар мартеновского цеха Магнитогорского металлургического комбината М. И. Зикеева 25 июня 1941 г. обратилась к женщинам через газету «Магнитогорский рабочий» с призывом: «На смену мужьям и братьям встаем к машинам, станкам, агрегатам и обрушим на головы зарвавшихся разбойников лавину стали, сваренную женским руками». Через несколько дней на комбинате состоялось собрание жен-общественниц, призвавших женщин города овладеть производственными специальностями, чтобы заменить уходящих на фронт. Совет жен-общественниц провел большую работу по мобилизации женщин-домохозяек на комбинат. В Челябинской области, других областях Урала развернулось патриотическое движение под лозунгом «Заменим уходящих на фронт мужчин!».

27 июня 1941 года в газете «Магнитогорский рабочий» опубликован призыв «встать на смену мужьям и братьям» к женщинам Магнитогорска от подручного сталевара мартеновского цеха Марии Галиенко.[19] 29 июня 1941 года опубликован призыв машиниста паровоза Е. Киркиновой.[20]

Важное место в деле привлечения женщин к труду занимало проведение лекций, докладов, бесед по тематике, определенной Управлением пропаганды и агитации ЦК ВКП(б). одной из основных тем была: «Советская женщина в Отечественной войне против фашизма».[21] Большие надежды возлагались на домохозяек, которые составляли важнейший резерв пополнения рабочей силы. 28 июня 1941 года на комбинате состоялось собрание женщин-общественниц, которые решили овладеть военными знаниями, санитарным делом, освоить производственные квалификации, чтобы заменить уходящих на фронт.[22] В июле 1941 года состоялось собрание женщин первого квартала Кировского района, где присутствовало более 1000 женщин-общественниц, работниц культуры и советских учреждений, домохозяек. Собрание призвало женщин идти на заводы, фабрики, колхозы. В середине октября 1941 года горком партии и горисполком провели совещание с женщинами цехов комбината, треста «Магнитострой», железнодорожного транспорта и городских предприятий, которое обсудило вопрос, как женщины овладевают производственными профессиями, как помогают укреплять оборонную мощь Родины увеличением выпуска качественной продукции.

В течении нескольких дней в конце декабря 1941 года в городе проводились кустовые собрания женщин и девушек с вопросом «О текущем моменте и задачах женщин». В январе 1942 года управление ММК, редакции газет «Труд» и «Магнитогорский рабочий» провели встречу женщин-производственниц завода с домохозяйками. Речь шла об очень важном - о привлечении женщин для работы в цехах. В докладах и выступлениях подчеркивалось, что работа на комбинате под силу домохозяйкам, в них сейчас нуждается страна. Опытные производственницы рассказывали о том, как они, не имея специальности, или имея раньше низкую квалификацию, сегодня стали передовиками производства. Было принято обращение женщин ММК к домохозяйкам Челябинской области, в котором говорилось: «Товарищи домохозяйки! Мы отодвинули свои домашние дела и, не колеблясь, встали у станков и машин, заменив мужей и братьев, ушедших на фронт. Боритесь с фашистским зверьем не слезами и вздохами, а упорным трудом на заводах. Когда фашизм будет разгромлен и настанет счастливый день счастливого мира, каждая из нас будет держать ответ перед живыми и мертвыми – чем мы помогли отстоять честь и независимость советского народа. Овладейте же мужскими профессиями, активно боритесь за счастье своих детей, мужей и братьев».[23]

Эта работа не прошла бесследно. Тысячи женщин откликнулись на этот призыв. Инженерно-технические работники и служащие управления треста «Магнитострой», ознакомившись с призывом сталевара Зикеевой, взяли на себя обязательство – ежедневно помимо своей основной службы работать на строительстве пусковых объектов.[24]

В результате проведенных мероприятий, в промышленность, строительство, на транспорт Урала пришли сотни тысяч женщин. В соответствии с документом «О выполнении постановления бюро обкома ВКП(б) от 24 июня 1941 г. ”О привлечении членов семей рабочих и служащих на производство”» по предприятиям г. Магнитогорска было вовлечено на производство 980 женщин.[25] В Кировском районе города на 7 августа 1941 года, в процессе проведенных бесед и собраний записалось на работу 1800 женщин, бывших домохозяек.[26] Только на второе полугодие 1941 г. на Магнитогорский металлургический комбинат было принято 3636 женщин, впервые поступивших работать на производство.[27] Уже в апреле 1942 года женщин на комбинате работало в 2 раза больше, чем в начале войны. Процесс пополнения кадров комбината женщинами продолжается и в последующие годы. Об этом говорит следующая таблица:

Отрасли производства

Количество женщин, работавших на комбинате

1941

Декабрь 1942

Декабрь 1943

Декабрь 1944

Апрель 1945

Май

Декабрь

Черная металлургия

3711

4725

6083

6437

6437

6567

Коксохимическое производство

396

528

602

689

657

636

Огнеупорное производство

321

340

380

415

401

351

Железорудное производство

813

1017

1041

1067

1061

932

Специальное производство

-

2498

3025

2504

2305

Транспорт

1441

1583

1535

1580

1660

1578

Прочие цехи

1893

2323

2883

2955

3015

3569

Источник: Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Великой Отечественной войны/ Г. П. Ануфриенко// Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского государственного горно-металлургического института им. Носова. Вып. 149.- Магнитогорск, 1967.- 30 с.

С мая 1941 года удельный вес женского труда увеличился с 30 до 39,8 процента в конце 1942 года, а к концу войны он составлял более 37%.[28] На металлургических заводах Урала женщины составляли к концу 1942 года 44% общей численности рабочих.[29]

Как правило, среди женщин на протяжении всей войны высоким был удельный вес работниц 18-49 лет, он даже увеличился к концу войны по сравнению с 1942 годом с 82% до 83,6%. Значительно меньше среди работниц отрасли уральской металлургии было женщин 50 лет и старше – 2,3-2,6%, в то время как мужчины этого возраста в конце войны составляли 14%. Это естественно, ибо пополнение работниц черной металлургии шло за счет наиболее приспособленных к длительному физическому труду женщин 18-49 лет.[30] Среди оформленных отделом кадров Магнитогорского комбината за 1942 год были даже девочки до 15 лет. Намного больше было девушек в возрасте до 16 лет – 38. Сто пять – в возрасте до 18 лет, 426 – до двадцати, 329 – среди работников 21 и 22 лет, 260 – с 23 до 25 лет, 1679 в возрастной категории от 26 до 30 лет, от 30 до 40 – 207 женщин. От 40 до 50 – 83, старше 50-12 человек.[31]

Новое пополнение, в основном женщины и молодежь, нуждалось в серьезной профессиональной подготовке, так как многие из них никогда ранее не работали на производстве. Они не владели элементарными производственными навыками. Производственно-техническое обучение в военное время имело свои особенности. Подготовка носила массовый характер, поскольку непрерывно шел приток новых рабочих. Потребность в рабочей силе росла намного быстрее, чем ее подготовка в системе трудовых резервов.[32]

Во второй половине 1941-го и 1942-х годах на комбинат пришли несколько тысяч неквалифицированных рабочих, домохозяек, юношей и девушек. Все они обучались на различных курсах, овладевали профессиями металлургов.[33] В первые месяцы войны, при подготовке кадров, упор делался на обучение новичков элементарным навыкам, чтобы быстрее поставить их на самостоятельную работу. Когда же положение с рабочей силой стабилизировалось, а новички приобрели необходимые навыки, повышение квалификации без отрыва от производства стало первоочередной задачей.[34]

Особое место в решении проблемы кадров занимали индивидуальное и бригадное ученичество, непосредственно на производстве, работа курсов техминимума, повышения квалификации, школы ФЗО, школы бригадиров, вечерние школы, техникумы, стахановские и технологические школы, обучение вторым и смежным профессиям.[35]

Всеми видами обучения была охвачена значительная часть женщин-работниц. За все годы войны отделом техучебы ММК были проведены мероприятия по обучению кадров.[36] Уже в октябре-ноябре 1941 года на предприятия приходят первые группы квалифицированных работниц. На ММК в начале октября учебно-курсовой комбинат выпустил 988 человек, из них 916 женщин.[37] Так, за 1941 год было подготовлено 6928 рабочих, из них 3037 женщин; за 1942 год всего – 14548 человек, из них 5332 женщин; за 1943 год всего - 20700, из них 6128 женщин; за 1944 всего - 17239 человек, из них 5752 женщины; за 1945 год всего подготовлено 16538 человек, из них 4004 женщин.[38]

Подготовка и переподготовка рабочих кадров была одна из основных задач, имевших государственное значение. Работа, проведенная на Урале и Магнитогорске, в частности, по подготовке квалифицированных работников позволила решить одну из труднейших проблем периода войны – проблему кадров. Были найдены принципиально новые источники пополнения народного хозяйства квалифицированными кадрами.

Война внесла существенные изменения в состав рабочего класса Урала. Рабочий состав ММК за время войны пополнился более, чем на 7 тысяч женщин. По сравнению с количеством женщин, которое работало на заводе к началу войны, число их возросло на 82,7%. Среди женщин, работавших на заводе, насчитывалось мотористов на электровозах – 170, машинистов-крановщиков – 176, кочегаров – 93, токарей по металлу – операторов и универсалов – 217, строгальщиков по металлу – 107, шлифовальщиков по металлу – 29, электросварщиков – 78, электромонтеров – 103, наладчиков и настройщиков станов – 36, электромехаников и электрослесарей по сборке электрических машин – 39, каменщиков -112, штукатуров -126.[39]

Война затронула все стороны жизни советских людей, вызвала большие материальные лишения, серьезные трудности в снабжении продовольствием и предметами широкого потребления. В годы Великой Отечественной войны с возрастанием доли женского труда на производстве и феминизации тылового социума, советское правительство стремилось по возможности обеспечить материально-бытовые нужды населения в условиях войны. Это была часть стратегии советского руководства по вовлечению женщин на производство, так как от решения материально-бытовых проблем зависело духовное и физическое состояние женщины, ее желание трудиться, выполнять общественные поручения, поддерживать близких на фронте.[40]

Одним из путей привлечения новой рабочей силы, в то числе женской, стало решение проблемы продовольственного снабжения. Советское правительство вынуждено было ввести для городского населения карточную систему. Нормированное снабжение было введено на хлеб, сахар, кондитерские изделия, мясо, рыбу, жиры, крупу, макароны. Нормы снабжения подразделялись по четырем группам населения: для рабочих и приравненных к ним лиц, служащих, иждивенцев и детей. Суточные нормы хлеба были установлены – 800, 600 и 400 грамм соответственно. В 1942 году были введены карточки для получения дополнительного питания рабочим горячих и вредных цехов, а также беременным женщинам, кормящим матерям, донорам и больным.[41] Ежемесячно цеха и отделы ММК представляли в Бюро продовольственных карточек и заборных документов комбината списки на работающих и иждивенцев. Количество иждивенцев проставлялось на основании стандартных справок, выдаваемых и заверяемых домоуправлениями. Отнесение трудящихся к группам снабжения производилось в цехах – начальниками цехов и старшими бухгалтерами, в отделах – начальниками отделов, на основании специальной инструкции о порядке отнесения трудящихся к той или иной группе трудящихся на предмет установления нормы снабжения. Женщины пришедшие на производство смогли хоть как то улучшить свое существования, так как получали продовольственные карточки.[42]

Исключительно важное значение имело расширение сети общественного питания. Снабжение питанием рабочих в Магнитогорске в годы Великой Отечественной войны осуществлялось в основном за счет производственных столовых. Сеть столовых расширена была недостаточно, да и находились они в безобразном состоянии, требовался ремонт. В исключительно антисанитарных условиях находились столовые коксохимического и мартеновских цехов, из-за перегруженности.[43] В меню столовой входили щи, борщ, супы гороховый, пшенный, вермишельный и другие, на второе – котлеты, рагу, тушеное мясо, жареная колбаса и рыба, сыр и прочее.[44] Суп в столовой стоил 30-40 копеек.[45] Качество приготовляемой пищи было очень низкое, ассортимент блюд однообразен. Калорийность низкая – на 20-30% ниже раскладки. Положение с укомплектованием столовых работниками основных профессий было крайне неудовлетворительным. Ощутима была нехватка квалифицированных поваров, не хватало хлеборезок, буфетчиц, счетного персонала. Нередко имелись случаи хищения продуктов питания работниками столовых.[46] Например, в столовой № 2 мартеновского цеха рабочий контролер (в годы войны были созданы группы рабочего контроля за общежитиями и столовыми) при проверке правильности весов, установил, что хлеборезчица Петрушевич систематически обвешивала рабочих на 20 гр.[47] Раздатчица 5-й столовой Конюшина израсходовала на себя и сотрудников раздатки 400 гр. сахара и 9 порций мороженого. Раздатчица столовой №5 Зорина путем обвешивания из 50 порций пшенной каши сэкономила 3 кг крупы для себя.[48]

В столовых были постоянные очереди, сначала за ложками, которых не хватало, потом к хлеборезке. Так как ложек не хватало, рабочие были вынуждены принимать пищу прямо с тарелок. Ложки мылись плохо, не вытирались, поэтому рабочие вытирали их сами грязной спецовкой. Затем долгое ожидание официантов. Полная антисанитария - помещения грязные, посуда грязная.[49] В столовых работало примерно 9 официанток, которые обслуживали 2 тысячи человек. Каждая работница столовой подавала несколько сотен первых и вторых блюд.[50] Доклад Т.М. Ипполитовой на заседании горсовета лишь подтверждает, что труд официанток в столовых был организован плохо, и рабочим много времени приходилось тратить на обед.[51]

На сентябрь 1941 года на ММК в столовых питалось 33 тыс. человек. Работало 6 столовых, 7 филиалов, 47 буфетов и раздаток. В столовой №5 (прокатных цехов) на 12100 прикрепленных имелось всего 570 мест, в столовой №3 на 2150 прикрепленных – 92 места. Перегруженность столовых приводила к резкому ухудшению обслуживания.[52] На ММК в начале 1944 года в столовых питалось 50-52 тыс. человек, а с конца года только 25-29 тыс, так как большинство рабочих переходило на отоваривание карточек через магазины.[53] Некоторые столовые находились в неприспособленных условиях, так например, столовая №2 (мартеновских цехов) находилась в темном, низком помещении, где отсутствовали заготовительные цеха и заготовка пищи производилась на кухне.[54] Учитывая, что многие женщины и девушки выполняли непосильную мужскую работу, чувство голода не покидало никогда. Да и пища была не очень калорийной. Например, Павлова Любовь Ивановна, которая проработала на кирпичном заводе 46 лет, вспоминала, что война это «страшное, голодное время», когда была всего одна мечта – вдоволь наесться хлебом. Талоны на питание в столовой не спасали – щи были «пустые», а каша на воде.[55] Анна Михайловна Швидченко, которой в 1941 году было всего 8 лет, вспоминает, что ее мама, Прасковья Никитична, получала на семью из 5 человек хлеба всего 1 килограмм и 400 грамм. Причем, хлеб был очень плохого качества – черный, непропеченный.[56] Горечь присутствовала в хлебе, потому что мука была с примесью полыни. Чтобы получить хлеб по карточкам надо было отстоять очень большую очередь с раннего утра.[57] Лидия Ивановна Лунина, вспоминает, что когда она была маленькой, ее мама послала за хлебом. Девочка не могла стоять в очереди, из-за боязни, что ее могут просто раздавить, и отдала свои карточки на неделю женщине, чтобы та взяла ей хлеб. Женщина обманула маленькую девочку и отдала ей порцию только за один день, а не за неделю.[58] Можно говорить о том, что ситуация была действительно бедственная, если люди шли на обман, чтобы просто не умереть с голоду самим. Магнитогорский хлебозавод, являвшийся единственным источником выпечки хлеба, находился в крайне запущенном состоянии.[59] В 1942 году одновременно с выдачей продовольственных карточек, вводились прикрепительные талоны на хлеб. Потребитель оставлял прикрепительный талон в торговой единице или столовой для учета контингента прикрепленных, на основе которого должен был планироваться завоз хлеба. В снабжении населения хлебом существовали недостатки, такие, например, как несвоевременный завоз хлеба в торговые точки, отсутствие хлеба в отдельных единицах в результате того, что хлебокомбинат не обеспечивает выпечку хлеба в количестве, необходимом для снабжения города.[60]

Весной 1942 года в стране, в том числе и на Урале, были образованы отделы рабочего снабжения (ОРСы).[61] Отдел рабочего снабжения ММК в 1942 году имел в своем составе 5 крупных совхозов, 42 магазина, 30 столовых и обслуживал 104,5 тыс. человек.[62] На 1943 год сеть общепита и торговли ОРСа завода омел 48 столовых с филиалами, 85 раздаток и 37 магазинов. Сеть ОРСа систематически недополучала от 1000 до 1500 кг хлеба в сутки.[63] В магазинах, обслуживающих горожан, не всегда был порядок. Например, в магазине № 12 этот порядок отсутствовал. Продавцы работали неорганизованно. Зачастую происходила путаница, в какой очереди надо получать продукты. Бывали случаи, когда продукты разбазаривались и распродавались без всяких карточек.[64] Это говорит об отсутствии контроля за выполнением установленных правил и отсутствии четкой организации торговли. Подчас это делалось под прикрытием трудностей военного времени.[65]

Существенным дополнительным источником к централизованному снабжению стало огородничество. Труженики города имели индивидуальные огороды, которые закреплялись за предприятиями и учреждениями. Поэтому только работающие женщины могли заниматься огородничеством. Например, по ММК на 1941 год площадь посевных площадей под индивидуальные огороды достигала 860 га, а на 1942 год – 1324 га. При увольнении с работы в данном предприятии или учреждении (кроме случаев увольнения по инвалидности, в связи с призывом в Красную Армию или переводом на другую работу) рабочие и служащие лишались права пользования предоставленными им огородными участками, а также права снятия урожая, с возмещением им неиспользованных затрат на указанных участках.[66] Работницы получали направление в какой-либо совхоз, например, в Молжив, на определенный срок с сохранением заработной платы.[67] Отмечались случаи самовольного ухода и оставление работы на подсобном хозяйстве. Это рассматривалось как прогул, со всеми вытекающими оттуда последствиями. Для предотвращения самовольного ухода, каждому работнику выдавали справку с точным указанием начала и окончания работы. А для лиц, не предоставляющим справки, передавалось дело в суд для привлечения к ответственности.[68] Правда, семена для посадки достать было трудно. Да и обрабатывать участки женщинам было не всегда под силу. Иногда нанимали других людей для обработки, но так как материальное положение было тяжелым, обрабатывали, в основном, сами. Имея огород, была хоть какая-то уверенность в том, чтобы прожить зиму.[69]

Учитывая трудности военного времени организации города Магнитогорска перестроили работу в соответствии с требованиями времени. 10 января 1942 года бюро обкома ВКП(б) постановило предложить директорам и управляющим предприятий Челябинской области создать нормальные бытовые условия для вновь пришедшей рабочей силы, обязать облторготдел и трест общественного питания обеспечить принятых рабочих горячими завтраками и обедами в столовых, также организовать дополнительную сеть ларьков по продаже хлебобулочных изделий.[70] Руководители ММК и треста «Магнитострой» провели мероприятия по подготовке и ремонту жилья, обеспечению топливом, постельными принадлежностями, ремонту бань и прачечных, открытию сети сапожно-пошивочных мастерских и парикмахерских. Все же коммунально-бытовое обслуживание трудящихся города находилось на низком уровне. Жилищное хозяйство комбината находилось в крайне тяжелом положении, вследствие систематического невыполнения планов капитального строительства и ремонта, а также в связи с тем, что жилье временного типа приходило в негодность. Из 800 бараков на 1944 год в негодность пришло 70%. На 5-м участке зимой 1944 года не было электричества. На протяжении войны в городе не было достаточного количества топлива. Бани не работали или работали неудовлетворительно, были грязными. Уборные разбиты, помойки переполнены. В общежитиях чаще всего было холодно, грязно, ремонта не было, печи разваливались. Люди не раздевались дома и ходили в верхней одежде.[71]

Одной из важнейших задач по привлечению женщин на производство было расширение сети детских учреждений. Социальная роль женщины–матери трансформировалась, так как работающая женщина не могла полноценно выполнять материнские обязанности. Для женщины, которая хотела идти работать на производство, было очень важно определить детей в детские сады и другие детские учреждения. Поэтому власти города и страны проводили мероприятия по увеличению сети детских учреждений.[72] Из постановления бюро обкома ВКП(б) от 24 июня 1941 года «О привлечении членов семей рабочих и служащих на производство» следует, что местные руководители нацелены на то, чтобы как можно быстрее расширить сеть детских учреждений, чтобы полностью обеспечить прием детей женщин, уходящих на производство.[73] Плата за пользование детсадом или яслями была довольно высокой. В бюджетных обследованиях рабочих семей Челябинской области, относящихся к 1942 г., присутствуют разные (в зависимости от ведомственной принадлежности и типа учреждений) месячные ее показатели – от 75,6 до 146 руб. В дополнение к этому требовалось сдавать хлебные карточки или хлеб, что оказывалось не всегда возможным.[74] В детских учреждениях текущее медицинское обслуживание контролировало проведение санитарных и противоэпидемических мероприятий, для чего прикрепляли к детским учреждениям, в которых не было врачей, средний медицинский персонал, работающий под руководством поликлиники, больницы или санитарного врача. Проводили санитарную подготовку педагогического и технического персонала детских учреждений по вопросам борьбы с детскими инфекциями.[75]

За время войны сеть детских садов в системе комбината удвоилась – на 1 ноября 1941 года было 2000 детей, а на 1 ноября 1942 года – 3860, на 13 сентября 1944 года – 4326 детей. Свободных мест в детских садах не было, в каждой группе было по 30-40 человек. В исключительных случаях в садах находились дети, у которых не работают матери. Именно поэтому только выход женщин на работу мог способствовать определению детей в детские сады. Питание в детских садах было плохое: крайне недоставало молока, мяса, жиров. В декабре 1941 года суточная норма питания на одного ребенка составляла: 5 грамм масла, 20 грамм мяса, 8 грамм сахара.[76] В летнее время ежегодно в пионерских лагерях отдыхало около трех тысяч ребят, а детей школьного возраста вывозили на загородные дачи. Больные и ослабленные ребята направлялись в детский санаторий, который был открыт в 120 километрах от г. Магнитогорска в очень красивом месте. Лучшие продукты из подсобного хозяйства комбината направлялись в детские учреждения. В пионерские лагеря, дошкольные дачи, детский санаторий в первую очередь направлялись дети фронтовиков и инвалидов Отечественной войны. Путевки были довольно дорогими, стоили около 275 руб.[77] Обеспечивался контроль за выполнением санитарных правил в детских учреждениях и за приспособлением помещений для дополнительных групп детей, детских садов, детских домов, допуская использование веранд, учебных помещений и зал под спальню.[78] Горздрав совместно с директорами школ города организовывал санпосты для соблюдения надлежащего санитарного состояния школ.[79] Осуществлялся ремонт детских учреждений.[80] Несмотря на меры, принятые руководством для обеспечения оптимальной санитарной обстановки, в детских садах и школах, по- прежнему, наблюдалась антисанитария.[81] Например, в школе № 5 протекала крыша.[82] В детских яслях №3 питание было не удовлетворительным, изготовление завтраков запаздывало, мединструктора не присутствовали при утреннем приеме детей в ясли. Санитарное состояние ясель было неудовлетворительное, уход за детьми плохо организован.[83]

При яслях создавались отдельные боксы, где ребенок мог находиться во время болезни.[84] В яслях создавались круглосуточные контактные группы[85], работали дежурные группы для работающих матерей[86], карантинные группы при детских яслях, которые не допускали отправки детей при вспышке кори или коклюша в ясли.[87] В городе работала молочная кухня, которая обеспечивала молоком и лечебными смесями детей ясельного возраста. Но она не всегда удовлетворяла потребности, как по качеству, так и по количеству.[88]

Для женщины, которые отправлялись на производство, было важно, чтобы их дети находились в «надежных руках».[89] Дети в военное время очень часто болели.[90] Не всегда обслуживание детей в лечебных учреждениях и на дому[91], во время болезни, проходило удовлетворительно. Известны случаи, когда врачи халатно относились к своим обязанностям, плохо осматривали детей, ставили неверный диагноз и не давали квалифицированных рекомендаций. [92]

За время войны многие дети стали сиротами. В Магнитогорске многие женщины заменили детям отсутствующих родителей. Лицам, принявшим на воспитание ( патронат) детей, выдавали через местные органы Наркомпроса ежемесячное мизерное пособие в размере 50 рублей на одного ребенка и обеспечивали необходимой одеждой на сумму до 200 рублей на 1 человека. Забота о детях была обязанностью каждой советской женщины.[93]

Следующей мерой по привлечению женщин на производсво стало относительное совершенствование системы женского здравоохранения, так как от этого зависела трудоспособность работниц. В годы войны Советским государством был принят ряд специальных постановлений по вопросам охраны здоровья работающих женщин. Важное значение имел приказ Наркомата здравоохранения РСФСР от 10 ноября 1942 года о медико-санитарном обслуживании женщин, работающих на оборонных предприятиях страны. В соответствии с приказом при закрытых медико-санитарных учреждениях оборонных предприятий организовывались врачебные акушерско-гинекологические кабинеты. Основными задами врачебного персонала кабинетов было оказание лечебно-профилактической помощи женщинам-работникам, участие в разработке и осуществлении плана мероприятий по охране здоровья женщин на производстве и в быту, изучение санитарной обстановки и условий труда женщин, проведение соответствующих профилактических мероприятий. Для создания акушерско-гинекологических кабинетов выделялись врачебные кадры, необходимые помещения и медицинское обслуживание. Их деятельность сыграла важную роль в повышении уровня медико-санитарного обслуживания женщин, работавших на оборонных предприятиях.[94]

   В частности, в Магнитогорске в июле 1941 года создавались акушерско-гинекологические больницы с родильным отделением и гинекологическим отделением.[95] Например, гинекологическое отделение Центральной больницы на 75 коек, где работали врачи – Смурова, Гринкевич, Кондратьева, Маслакова, Шашина, Романова.[96] К 1945 году количество родильных коек доходило до 145.[97] Женские консультации повышали качество своей работы. Явка беременных женщин составляла: до 3-х месяцев беременности – 32%, до 7 месяцев – 51%, и свыше – 15%.Это давало возможность медикам подготовить женщину к родам и предупредить нежелательные последствия.[98]

В годы войны было создано бюро по организации акушерско-гинекологической помощи, организована закрытая женская консультация на заводе для предупреждения и снижения заболеваемости женщин и укрепления женского труда.[99]   Была введена гравиданотерапия для больных с расстройством внутренней секреции. Число таких больных постепенно уменьшилось в 2 раза, а по данным Кировской и заводской консультаций, которыми заведовала доктор Гусакова – даже в 3 раза. В 1943 году деятельность врачей были направлены на оказание оперативной помощи раковым больным. В 1944 году часть усилий направлялась на усовершенствование способов лечения женского бесплодия.[100] Из-за участившихся случаев криминальных абортов, власти принимали решительные меры по борьбе с абортами. Для этого пересматривали состав членов абортных комиссий, проводили работу женских консультаций и гинекологических стационаров в резерве выполнения инструкции о проведении борьбы с преступными абортами, обязывали женские консультации, акушерско-гинекологические кабинеты проводить правильное и своевременное лечение женщин, имеющих наклонность к самопроизвольным абортам, правильное проведение патронажа получивших отказ во врачебной комиссии на операцию аборта, выявлять случаи несанкционированного аборта и своевременно извещать о них в судебно-следственные органы. [101]

Государственная помощи рожающим матерям была крайне недостаточна. Для детей из малообеспеченных слоев населения сохранялся высокий риск смерти, на первом году жизни особенно. Чтобы не допустить процесса вырождения нации, необходимо было принимать меры. Коренному улучшению охраны материнства и детства способствовал Указ ПВС СССР от 8 июля 1944 г. «Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодетным и одиноким матерям, усилении охраны детства, об установлении почетного звания «Мать-героиня» и учреждении ордена «Материнская слава» и медали «Медаль материнства»».[102] Принятая директива сыграла положительную роль в охране здоровья женщин. В частности, предусматривались различные пособия беременным и матерям, полное государственное обеспечение детей в детских учреждениях, оплачиваемые отпуска по беременности и родам, дополнительное питание беременных и кормящих матерей, облегченный график работы на производстве, расширение сети по обслуживанию женщин. На Магнитогорском металлургическом комбинате медсанчасть включала поликлинику, 19 здравпунктов, женскую консультацию, пункт скорой помощи, два дома отдыха, стационар для дистрофиков, туберкулезный санаторий, детские ясли.[103]

В целях приближения медицинской помощи непосредственно к рабочим металлургического комбината, повышения ее качества и устранения длительного пребывания в очередях в заводской поликлинике, снижения сроков нахождения на больничном листке и своевременной и правильной травматологической помощи - организовали на территории завода, при доменном здравпункте круглосуточное дежурство врачей, придав ему характер травматологического пункта.[104] Учет заболеваемости по ММК во всех лечучреждениях города, и в частности, в поликлинической сети стоял не на должном уровне. Руководители поликлиник не знали характера заболеваемости и не могли оперативно реагировать и принимать быстрые меры к снижению заболеваемости. Руководители завода и цехов не извещались во время заболеваний рабочих и служащих, что лишало их возможности быстро производить замену, дабы не было простоев на производстве.[105] В цехах комбината наблюдалось нарушение правил техники безопасности, что вело к травматизму. Например, работницы ново-токарного цеха, работая на станках, не носили беретов и косынок, не пользовались на отдельных операциях очками, имели место самовольные переходы со станка на станок.[106] Некоторые женщины подрывали здоровье и им приходилось покидать рабочие места. Например, А Соромотина в начале войны стала работать на ММК подручной вальцовщика. Далее она освоила профессию старшего вальцовщика. Сама женщина не могла позже поверить, как она кантовала раскаленные болванки, выбрасываемые с печей. В 1944 году врачебная комиссия настояла на том, чтобы она ушла со стана. Женщина потеряла здоровье, но ни о чем не жалела, так как в тот период думали не о себе.[107] Работали по так называемому графику «двенадцать через двенадцать без выходных». Это была единственная возможность выжить в тяжелых условиях войны.[108]

Изматывающий женский труд поощрялся материально. Женщина в годы войны меняет свой социальный статус. Если ранее женщина была «хранительницей очага», то в предвоенные годы, а особенно ярко в годы Великой Отечественной войны, женщина становится «добытчиком», так как только от ее работоспособности зависело благосостояние семьи и детей. Среднемесячная заработная плата одного рабочего на комбинате в годы войны находилась на следующем уровне: 1940 год – 366 руб. (100%), 1941 год – 416 руб. (114%), 1942 год – 436 руб. (119%), 1943 год – 542 руб. (148%), 1944 год - 747 руб. (204%).[109] Премирование чаще всего производилось в ознаменовании Международного женского дня 8 Марта. Премировались как подсобные рабочие, вплоть до уборщиц, так и квалифицированные кадры. Премии обычно составляли от 300 до 1000 рублей. Также отмечали передовиков товарами, например, платьями или юбками. Женщинам, которые уже давно забыли о красивых нарядах, было приятно до слез получить такую награду.[110] В 1944 году Г.И. Носов премировал 189 женщин Магнитогорского металлургического комбината.[111] Как уже говорилось, красивых нарядов у женщин почти не было. Иногда даже работать было не в чем, особенно это касалось зимней одежды. Например, из зимней одежды у работниц треста «Магнитострой» были лишь фуфайки и спецовочные штаны, за неимением шапок многие носили на голове простыни, а обувь по сезону вообще была не у каждой.[112]

Мероприятия по привлечению женщин на производство в г. Магнитогорске имели различные результаты. Во-первых, женщины закрыли собой ту брешь, которая образовалась в составе рабочего класса в начале войны. Огромное количество женщин было вынуждено придти на производство, освоить чисто «мужские» профессии. Это стало одной составляющей стратегии выживания в условиях монопромышленного города в период войны. С другой стороны, женщины, пришедшие на производство, не имели квалификации и нуждались в профессиональной подготовке. Практика военных лет показала, как в кратчайшие сроки можно подготовить тысячи новых рабочих из числа женщин, создать систему профессиональной подготовки и переподготовки женских рабочих кадров. Во-вторых, вместе с овладением «запретными» профессиями женщины привносили на производство порядок и чистоту, ухаживая за оборудованием, исключительно добросовестно, в большинстве своем, относились к труду и порученному делу. Это связано с тем, что непрерывная многосторонняя напряженная домашняя работа женщины, не оплачивающаяся жалованием, молчаливо признававшаяся чем-то естественным в семье, не прошла бесследно. Опыт женского домашнего труда ярко проявился в годы Великой Отечественной войны. В-третьих, выход на работу женщин был основой стратегии выживания в тяжелых условиях войны, так как они получали несколько «привилегий». Например, работающие женщины прикреплялись к сети общественного питания, получали продовольственные карточки, имели возможность устроить детей в детские сады и другие детские учреждения. За все предоставленные «привилегии» женщинам приходилось дорого платить. Это изматывающий труд, который в результате приводил к серьезным изменениям в неприспособленном к тяжелому физическому труду женском организме, это разрушение семьи и трансформация роли матери, так как работающая женщина не могла полноценно выполнять свои материнские обязанности.

Таким образом, стоит отметить, что приход женщин на производство и освоение ими «мужских» профессий был вынужденной мерой и основой стратегии выживания женщин в условиях монопромышленного города в период войны. Но именно война стала переломным моментом в процессе эмансипации женщины, общество стало постепенно отходить от жесткой привязки тех или иных экономических и поведенческих норм по признаку пола, от традиционных понятий о построенном на гендерном факторе разделения домашних, родительских обязанностей и трудовой активности вне дома.

Список использованных источников и литературы

Архивные материалы:

Муниципальное учреждение «Магнитогорский городской архив»

Ф. 10. Магнитогорский Горсовет (Горисполком). Оп. 1.

  1. Д. 348. Протоколы сессий Горсовета депутатов трудящихся №№12-40. 16 января 1941 г. - 28 декабря 1941 г. - 174 л.
  2. Д. 350. Протоколы заседаний исполкома № 1-3 за 1941 год. 10 января 1941 г. – 27 января 1941 г. - 166 л.
  3. Д. 359. Протоколы заседаний суженого состава исполкома о работе госпиталей, воинских частей, о состоянии автотранспорта и готовности к мобилизации за 1941 г. 2 января 11941 г. – 30 января 1941 г. – 194 л.
  4. Д. 360. Протоколы заседаний исполкома Горсовета за январь-февраль 1942 г. 14 января 1942 г. – 25 февраля 1942 г. - 218 л.
  5. Д. 383. Протоколы сессий Горсовета № 41-43 за 1945 г. 8 февраля 1945 г. – 29 ноября 1945 г. – 198 л.

Ф. 49. Магнитгорторг. Оп. 9.

  1. Д. 66. Планы и сметы на 1943 г. – 22 л.

Ф. 99. Магнитогорский металлургический комбинат. Оп. 10.

  1. Д. 1122. Приказы по комбинату с № 401 по № 510. 15 сентября 1941г. – 5 ноября 1941 г. - 236 л.

Ф. 118. Заводской комитет Магнитогорского металлургического комбината. Оп. 1.

  1. Д. 158. Протоколы заседаний завкома металлургов. 1940-1941 гг. - 159 л.
  2. Д. 159. Протокол общезаводской конференции по отчету о работе заводского комитета металлургов за 1941-1942 гг. 25 ноября 1940 г. – 1 апреля 1942 г. - 37 л.
  3. Д. 160. Протоколы заседаний завкома металлургов. 8 апреля 1942 г. – 14 июля 1945 г. - 607 л.
  4. Д. 163. Протокол 3-й общезаводской конференции членов профсоюза по отчету о работе заводского комитета металлургов на ММК и материалы к нему (доклады, стенограммы, постановления). 28-29 июля 1943 г. - 92 л.

Ф. 121. Магнитогорский городской отдел Здравоохранения. Оп. 1а

  1. Д. 6. Указания, приказы, переписка и ответы по вопросам: о формировании госпиталей, о хранении-движении мобимущества, о разработке мобкалендарей, о мобготовности на военное время; о судебно-психиатрической экспертизе, о преписном составе, о размещении эваконаселения, о подготовке доноров, о прививках временнообязанным, квартальный отчет по 1-ому спецсектору горздрава. 16мая 1941 г. - 10 декабря 1941 г. -316 л.
  2. Д. 7. Указания и переписка о работе, формировании, снабжению и обеспечению медимуществом и личным составом эвакогоспиталей города. 14 октября 1940 г. – 19 апреля 1941г. - 138 л.
  3. Д. 10. Указания, переписка, приказы по вопросам: о санитарно-эпидемиологической работе, о телесных повреждениях граждан, о бронировании медкадров, о работе госпиталей, о борьбе с особо опасными инфекциями, сведения о врачах немцах, месячный отчет о движении больных. 5 января 1942 г. – 18декабря 1942 г. - 66 л.
  4. Д. 13. Переписка и указания по линии горздрава Магнитогорского гоисполкома на 1943 год по вопросам работы лечучреждений, отчеты о движении больных, о движении медкадров, отчеты о бронировании, указания по работе лечучреждений и другие виды. 7января 1943 г. – 5февраля 1944г. -96 л.

Ф. 122. Магнитогорский городской отдел Здравоохранения. Оп. 2

  1.  Д. 66. Книга приказов Кировского райздравотдела. 2 января 1941 г. – 26 августа 1941 г. - 50 л.
  2. Д. 67. Книга приказов № 1 за 1941-1942 и 1943 гг. 9 сентября 1941 г.- 6 января 1943 г. - 51 л.
  3. Д. 80. Книга приказов по горздравотделу за 1942 г. 3 января 1942 г. – 31 декабря 1942 г. – 118 л.

Документы:

  1. Важнейшие законы и постановления Советского государства за время Великой Отечественной войны. - М. : Военное издательство народного комиссариата обороны СССР, 1946. - 116 с.
  2. Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам (1917-1957 годы). Т.2 1929-1945 гг. Сборник документов. - М. : Политиздат, 1957. – 888 с.
  3. Женское лицо победы: 100 документов о женщинах Челябинской области в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 / Гл. ред. - А.П. Финадеев, отв. состав. Е.П. Турова. – Челябинск : ЧПО «Книга», 2001. - 224 с.
  4. История Магнитостроя: хроника в лицах и фактах: 70-летию Магнитостроя посвящается. - Магнитогорск, 1999. - 813 с.
  5. Коммунистическая партия в Великой Отечественной войне. (Июнь 1941 г.-1945 г.). Документы и материалы. – М. : Политиздат, 1970. - 494 с.
  6. Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1986). Т.7. 1938-1945. 9-е изд., доп. и испр. - М. : Политиздат, 1985. - 574 с.
  7. Ленинская поступь пятилеток 1929-1950. Из истории развития промышленности и рабочего класса Челябинской области : Сборник документов и материалов. Т.1. – Челябинск : Южно-Уральское книжное издательство, 1986. - 358 с.
  8. Партийная организация Челябинской области в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. : Сборник документов и материалов. - Челябинск, 1981. - 350 с.
  9. Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. 1917-1967 гг. В 5-ти т. : Сборник документов за 50 лет. Т. 3. 1941-1952. - М. : Политиздат, 1968. - 751 с.
  10. Собрание постановлений и распоряжений правительства СССР. № 1-11. - М., 1942. - 200 с.

Периодика:

  1. «Магнитогорский рабочий » : орган Магнитогорского горкома ВКП(б) и горсовета депутатов трудящихся. 1939-1945 гг.
  2. «Магнитострой» : орган комитета ВКП (б) промстроительства, Постройкома и Управления строительством Магнитостроя. 1942-1943 гг.

Источники личного происхождения:

  1. Кондратковская Н. Г. «Ах, если бы еще одну мне жизнь!»: автобиографические рассказы. Философская проза. Воспоминания / Н.Г. Кондратковская; сост. В.С. Балабанова. - Белорецк, 2006. - 352 с.
  2. Медаль за бой, медаль за труд: сборник / сост. и ред. В. Гринимаер. – Магнитогорск : Магнитогорский центр национальных культур, 2005. - 184 с.
  3. Пришла война в Березки. Письма матери / О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева. - Череповец, 2010. - 143 с.

Литература:

  1. Айрапетов В.Г. Материально-бытовое положение трудящихся черной металлургии Урала (1941-1945) / В.Г. Айрапетов, Панфилов С.П. // Из истории социалистического строительства на Урале. – Свердловск : Уральский государственный университет, 1978. - 65-80 с.
  2. Анисков В.Т. Жертвенный подвиг деревни. Крестьянство Сибири в годы Великой Отечественной войны / В.Т. Анисков. - Новосибирск, 1993. - 245 с.
  3. Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко // Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского горно-металлургического института им. Г.Н. Носова. Вып. 149. - Магнитогорск, 1967. - 27-36 с.
  4. Ануфриенко Г.П. Изменения в составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко // Сборник научных трудов Магнитогорского горно-металлургического института. Вып. 144. - Магнитогорск, 1974. - 50-58 с.
  5. Ануфриенко Г.П. Партийное руководство подготовкой женских рабочих кадров на Урале в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) / Г.П. Ануфриенко // Сборник трудов Магнитогорского горно-металлургического института. Вып. 127. - Магнитогорск, 1973. - 44-52 с.
  6. Ануфриенко Г.П. Помощь женщин Челябинской области фронту в годы Великой Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко // Конференция ученых Челябинской области, посвященная 50-летию Советской власти. Вып. 1. - Челябинск, 1967. - 97-99 с.
  7. Ануфриенко Г.П. В одном строю / Г.П. Ануфриенко // Магнитогорский рабочий. - 1975. - 26 апреля. - 3 с.
  8. Араловец Н.А. Женщина великая сила советского общества / Н. Араловец. - М. : Московский рабочий, 1947. - 84 с.
  9. Араловец Н. А. Женский труд в промышленности СССР / Н. Араловец. - М. : Издательство ВЦСПС, Профиздат, 1954. - 132 с.
  10. Арутюнян Ю.В. Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны. Издание 2-е, доп. / Ю.В. Арутюнян. - М. : «Наука», 1970. - 473 с.
  11. Борьба партийных организаций Урала за развитие тяжелой промышленности в период строительства социализма. Выпуск 1. - Челябинск, 1978. - 190 с.
  12. Бровер И. Советские патриотки у станков куют победу над фашизмом / И. Бровер. - М. : Профиздат, 1941. - 32 с.
  13. Васильев Г. В. Промышленность Урала в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 / Г.В. Васильев. - М., 1982. - 279 с.
  14. Вознесенский Н. А. Военная экономика СССР в период Отечественной войны / Н. Вознесенский. - М. : Госполитиздат, 1948. - 192 с.
  15. Волкова Е.Ю. Победа одна на всех: роль женщин в создании прочного тыла в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов : монография / Е.Ю. Волкова. - Ярославль-Кострома : ЯрГУ им. Демидова; Изд-во Костр. госуд. технол. ун-та, 2006. - 206 с.
  16. Гринберг М. Патриотки / М. Гинберг. - М. : Профиздат, 1942. - 32 с.
  17. Дегтярев А.Г. Летопись горы Магнитной и города Магнитогорска / А.Г. Дегтярев. - Магнитогорск, 1993. - 117 с.
  18.  Докучаев Г.А. Решение проблемы кадров в период Великой Отечественной войны (по материалам сибирского региона) / Г.А. Докучаев // В грозные годы: Труды научной конференции «Сибиряки - фронту», состоявшейся в г. Омске 12-14 мая 1971 г. - Омск, 1973. - 24-35 с.
  19.    Запарий В.В. Перестройка металлургического комплекса Урала на военный лад в 1941 году и эвакуация / В.В. Запарий // Проблемы российской истории. Вып.V. – Магнитогорск : МаГУ, 2005. - 87-107 с.
  20. Зима В.Ф. Менталитет народов России в войне 1941-1945 гг / В.Ф. Зима. - М., 2000. - 280 с.
  21. Зима В.Ф. Менталитет народов России в войне 1941-1945 / В.Ф. Зима // Россия в XX веке. - М. : Наука, 1994. - 65-75 с.
  22. Зима В.Ф. О смертности сельского населения в советском тылу (по архивным сводкам 1941-1945 гг.) / В.Ф. Зима // Людские потери СССР в период второй мировой войны : сборник статей. - СПб, 1995. - 160-164 с.
  23. Зинич М.С. Будни военного лихолетья. 1941-1945. Вып. 1 / М.С. Зинич. - М., 1994. - 127 с.
  24. Кабирова А.Ш. Женщины Татарстана на фронте и в тылу / А.Ш. Кабирова. - Казань, 1995. - 174 с.
  25. Караваева А. Советская женщина – на помощь фронту / А.Караваева. - М., 1941. - 8 с.
  26. Караваева А. Бригада смелых / А. Караваева. - М. : Профиздат, 1942. - 24 с.
  27. Карасева Л. Славные дочери нашей родины / Л. Карасева. - М. : ОГИЗ, 1946. - 56 с.
  28. Карманов А. Трудовые подвиги южноуральцев в годы Великой Отечественной войны / А. Карманов // Челябинская область за 40 лет Советской власти. – Челябинск : Челябинское книжное издательство, 1957. - 227-274 с.
  29. Кожурин В.С. Неизвестная война. Деятельность Советского государства по обеспечению условий жизни и труда рабочих в годы Великой Отечественной войны / В.С. Кожурин. - М., 1990. - 288 с.
  30. Крылова А. Женщины речного флота на трудовом фронте / А. Крылова. - М. : Издательство Наркомречфлота СССР, 1942. - 33 с.
  31. Мерзлякова Г.В. Не будет подвигу конца…О вкладе женщин Удмуртии в Победу в Великой Отечественной войне / Г.В. Мерзлякова. – Ижевск : «Удмуртия», 1989. - 110 с.
  32. Мерзлякова Г.В. Героини второго фронта: О вкладе женщин автономных республик РСФСР в победу в Великой Отечественной войне / Г.В. Мерзлякова. – Ижевск : Издательство Удмурстского университета, 1992. - 138 с.
  33. Митрофанова А.В. Рабочий класс Советского Союза в первый период Великой Отечественной войны (1941-1942 гг.) / А.В. Митрофанова. - М. : Издательство Академии Наук СССР, 1960. - 487 с.
  34. Митрофанова А.В. Рабочий класс СССР в годы Великой Отечественной войны / А.В, Митрофанова. - М. : «Наука», 1971. - 575 с.
  35. Митрофанова А.В. Трудовой подвиг советского рабочего класса в годы Великой Отечественной войны / А.В. Митрофанова // Великая победа советского народа. 1941-1945: Материалы научной конференции, посвященной 30-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. - М. : «Наука», 1976. - 381-388 с.
  36. Митрофанова А.В. Изменения в численности и составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны / А.В. Митрофанова // Из истории рабочего класса Урала : сборник статей. – Пермь : Пермское книжное издательство, 1961. - 333-343 с.
  37. Митрофанова А.В. Развитие рабочего класса СССР в период завершения строительства социализма и постепенного перехода к коммунизму (1938-1961 гг.) / А.В. Митрофанова // Формирование и развитие советского рабочего класса ( 1917-1961 гг.) : Сборник статей. - М. : «Наука», 1964. - 55-71 с.
  38. Митрофанова А.В. Мобилизация трудовых ресурсов в условиях Великой Отечественной войны / А. В. Митрофанова // Россия в ХХ веке: Историки мира спорят. – М. : «Наука», 1994. - 502-507 с.
  39. Мишакова О. Советская женщина в Великой Отечественной войне / О. Мишакова. - М. : ОГИЗ Госполитиздат, 1943. - 32 с.
  40. Морехина Г.Г. Рабочий класс - фронту. Подвиг рабочего класса СССР в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 / Г.Г. Морехина. - М. : Издательство социально-экономической литературы, 1962. - 480 с.
  41. Морехина Г.Г. Великая битва за металл / Г.Г. Морехина. - М. : Профиздат, 1974. - 271 с.
  42. Павленко В.Д. Идейно-политическая работа Советов Урала среди трудящихся (1941-1945) / В.Д. Павленко // Общественно-политическая жизнь Урала в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) : Межвузовский сборник научных трудов. – Челябинск : ЧГПИ, 1988. - 8-16 с.
  43. Павленко В.Д. Огненный рубеж фронта и тыла: Челябинская область в 1941-1945гг. / В.Д. Павленко, Г.К. Павленко. - Изд. 2-е доп. и испр. – Челябинск : Юж.-Урал. кн. изд., 2005. - 328 с.
  44. Палецких Н.П. Помощь семьям военнослужащих в годы войны / Н.П. Палецких // Южноуральцы в боях и труде. - Челябинск, 1995. - 128-145 с.
  45. Палецких Н.П. Социальные ресурсы и социальная политика на Урале в период Великой Отечественной войны : Монография / Н.П. Палецких. - Челябинск, 2007. - 167 с.
  46. Панфилов С.П. Изменение численности и состава рабочих черной металлургии Урала (1941-1945) / С.П. Панфилов // Из истории социалистического строительства на Урале. – Свердловск : Уральский государственный университет, 1978. - 53-64 с.
  47. Парамонов В.Н. Российские женщины и война 1941-1945 гг.: проблемы занятости / В. Н. Парамонов // Социальная феминология : межвузовский сборник научных статей. Вып.1. – Самара : Издательство «Самарский университет», 1997. - 78-88 с.
  48. Перевалова Е.С. Женщины Северной Осетии в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. / Е.С. Перевалова. – Владикавказ : «ИР», 1992. - 151 с.
  49. Польская А.И. Женщины РСФСР – фронту / А.И. Польская // Ученые записки. Вып. 39. Общественные науки. - Волгоград, 1971. - 3-51 с.
  50. Потемкина М.Н. Эваконаселение в уральском тылу (1941-1948) : монография / М.Н. Потемкина. - Магнитогорск : МаГУ, 2006. – 265 с.
  51. Свердлова К. Советские женщины в Отечественной войне / К. Свердлова. - М. : Профиздат, 1942. - 31 с.
  52. Сенявская Е.С. Психология войны в ХХ веке: исторический опыт России / Е.С. Сенявская. - М. : РОССПЭН, 1999. - 383 с.
  53. Слатин И.М. Соревнование трактористок / И.М. Слатин. – Иваново : ОГИЗ, 1943. - 29 с.
  54. Соромотина А. Такое было время / А. Соромотина // Магнитогорский рабочий. - 1975. - 6 мая. - 2 с.
  55. Сперанский А.В. Кадры решают все: трудовые ресурсы Урала в годы Великой Отечественной войны / А.В. Сперанский // Урал индустриальный: Бакунинские чтения: материалы 6-ой Всероссийской научной конференции. Т.1. - Екатеринбург, 2004. - 517-523 с.
  56. Сталь для победы: Черная металлургия СССР в годы Великой Отечественной войны / В. С. Бычков, С.Н. Белорусов, Н.И, Горбасев и др.; Совет старейших металлургов при Министерстве черной металлургии СССР. - М. : «Мысль», 1983. - 263 с.
  57. Урал - фронту / П.Г. Агарышев, М.Н. Евланова, А.Г. Наумов и др.; под редакцией доктора исторических наук А.В. Митрофановой. - М. : Экономика, 1985. - 344 с.
  58. Усольцева Н.Л. Основные направления лечебно-профилактической деятельности учреждений здравоохранения Южного Урала в годы войны / Н.Л. Усольцева // Урал в 1941-1945 годах: экономика и культура военного времени (к 60-летию Победы СССР в Великой Отечественной войне) : Материалы регионального научного семинара, Челябинск, 10 апр. 2005 г / Отв. ред. А.А. Пасс. – Челябинск : Челяб. гос. ун-тет, 2005. - 178-192 с.

Художественная литература:

  1. Котлухужин М. Броня / М. Котлухужин. Документальная повесть. - Магнитогорск, 2005. - 304 с.

[1] Бровер И. Советские патриотки у станков куют победу над фашизмом / И. Бровер. - М. : Профиздат, 1941. - 32 с.; Слатин И.М. Соревнование трактористок / И.М. Слатин. – Иваново : ОГИЗ, 1943. - 29 с.; Гринберг М. Патриотки / М. Гинберг. - М. : Профиздат, 1942. - 32 с.; Караваева А. Советская женщина – на помощь фронту / А.Караваева. - М., 1941. - 8 с.; Караваева А. Бригада смелых / А. Караваева. - М. : Профиздат, 1942. - 24 с.; Крылова А. Женщины речного флота на трудовом фронте / А. Крылова. - М. : Издательство Наркомречфлота СССР, 1942. - 33 с.; Мишакова О. Советская женщина в Великой Отечественной войне / О. Мишакова. - М. : ОГИЗ Госполитиздат, 1943. - 32 с.; Свердлова К. Советские женщины в Отечественной войне / К. Свердлова. - М. : Профиздат, 1942. - 31 с.

[2] Араловец Н.А. Женщина великая сила советского общества / Н. Араловец. - М. : Московский рабочий, 1947. - 84 с.; Араловец Н. А. Женский труд в промышленности СССР / Н. Араловец. - М. : Издательство ВЦСПС, Профиздат, 1954. - 132 с.; Вознесенский Н. А. Военная экономика СССР в период Отечественной войны / Н. Вознесенский. - М. : Госполитиздат, 1948. - 192 с.

[3] Арутюнян Ю.В. Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны. Издание 2-е, доп. / Ю.В. Арутюнян. - М. : «Наука», 1970. - 473 с. Митрофанова А.В. Рабочий класс Советского Союза в первый период Великой Отечественной войны (1941-1942 гг.) / А.В. Митрофанова. - М. : Издательство Академии Наук СССР, 1960. - 487 с. ; Митрофанова А.В. Рабочий класс СССР в годы Великой Отечественной войны / А.В, Митрофанова. - М. : «Наука», 1971. - 575 с.; Митрофанова А.В. Трудовой подвиг советского рабочего класса в годы Великой Отечественной войны / А.В. Митрофанова // Великая победа советского народа. 1941-1945: Материалы научной конференции, посвященной 30-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. - М. : «Наука», 1976. - 381-388 с.; Митрофанова А.В. Изменения в численности и составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны / А.В. Митрофанова // Из истории рабочего класса Урала : сборник статей. – Пермь : Пермское книжное издательство, 1961. - 333-343 с.; Митрофанова А.В. Развитие рабочего класса СССР в период завершения строительства социализма и постепенного перехода к коммунизму (1938-1961 гг.) / А.В. Митрофанова // Формирование и развитие советского рабочего класса ( 1917-1961 гг.) : Сборник статей. - М. : «Наука», 1964. - 55-71 с.; Морехина Г.Г. Рабочий класс - фронту. Подвиг рабочего класса СССР в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 / Г.Г. Морехина. - М. : Издательство социально-экономической литературы, 1962. - 480 с.; Морехина Г.Г. Великая битва за металл / Г.Г. Морехина. - М. : Профиздат, 1974. - 271 с.

[4]Польская А.И. Женщины РСФСР – фронту / А.И. Польская // Ученые записки. Вып. 39. Общественные науки. - Волгоград, 1971. - 3-51 с. ; Кондакова Н.И. Трудовой подвиг советских женщин в годы Великой Отечественной войны / Н.И. Кондакова // Великая победа советского народа. 1941-1945: Материалы научной конференции, посвященной 30-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. - М. : «Наука», 1976. - 439-447 с.; Кондакова Н.И. Война, государство, общество. 1941-1945 / Н.И. Кондакова. - М. : Издательство МГФ «Ветеран Москвы», 2002. - 480 с. ; Мурманцева В.С. Советские женщины в Великой Отечественной войне: 1941-1945 / В.С. Мурманцева. 2-е изд., перераб. и доп. - М. : Мысль, 1979. - 293 с.

[5]Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко // Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского горно-металлургического института им. Г.Н. Носова. Вып. 149. - Магнитогорск, 1967. - 27-36 с. ; Ануфриенко Г.П. Изменения в составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко //Сборник научных трудов Магнитогорского горно-металлургического института. Вып. 144. - Магнитогорск, 1974. - 50-58 с. ; Ануфриенко Г.П. Партийное руководство подготовкой женских рабочих кадров на Урале в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) / Г.П. Ануфриенко // Сборник трудовМагнитогорского горно-металлургического института. Вып. 127. - Магнитогорск, 1973. - 44-52 с. ; Ануфриенко Г.П. Помощь женщин Челябинской области фронту в годы Великой Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко //Конференция ученых Челябинской области, посвященная 50-летию Советской власти. Вып. 1. - Челябинск, 1967. - 97-99 с.; Ануфриенко Г.П. В одном строю / Г.П. Ануфриенко // Магнитогорский рабочий. - 1975. - 26 апреля. - 3 с.

[6] Анисков В.Т. Жертвенный подвиг деревни. Крестьянство Сибири в годы Великой Отечественной войны / В.Т. Анисков. - Новосибирск, 1993. - 245 с.; Зима В.Ф. Менталитет народов России в войне 1941-1945 гг / В.Ф. Зима. - М., 2000. - 280 с. ; Зима В.Ф. Менталитет народов России в войне 1941-1945 / В.Ф. Зима // Россия в XX веке. - М. : Наука, 1994. - 65-75 с.; Зима В.Ф. О смертности сельского населения в советском тылу (по архивным сводкам 1941-1945 гг.) / В.Ф. Зима // Людские потери СССР в период второй мировой войны : сборник статей. - СПб, 1995. - 160-164 с.; Зинич М.С. Будни военного лихолетья. 1941-1945. Вып. 1 / М.С. Зинич. - М., 1994. - 127 с. ; Парамонов В.Н. Российские женщины и война 1941-1945 гг.: проблемы занятости / В. Н. Парамонов // Социальная феминология : межвузовский сборник научных статей. Вып.1. – Самара : Издательство «Самарский университет», 1997. - 78-88 с. ; Сенявская Е.С. Психология войны в ХХ веке: исторический опыт России / Е.С. Сенявская. - М. : РОССПЭН, 1999. - 383 с.

[7] Кабирова А.Ш. Женщины Татарстана на фронте и в тылу / А.Ш. Кабирова. - Казань, 1995. - 174 с.; Мерзлякова Г.В. Не будет подвигу конца…О вкладе женщин Удмуртии в Победу в Великой Отечественной войне / Г.В. Мерзлякова. – Ижевск : «Удмуртия», 1989. - 110 с.; Мерзлякова Г.В. Героини второго фронта: О вкладе женщин автономных республик РСФСР в победу в Великой Отечественной войне / Г.В. Мерзлякова. – Ижевск : Издательство Удмурстского университета, 1992. - 138 с. ;Волкова Е.Ю. Победа одна на всех: роль женщин в создании прочного тыла в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов : монография / Е.Ю. Волкова. - Ярославль-Кострома : ЯрГУ им. Демидова; Изд-во Костр. госуд. технол. ун-та, 2006. - 206 с.; Перевалова Е.С. Женщины Северной Осетии в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. / Е.С. Перевалова. – Владикавказ : «ИР», 1992. - 151 с.

[8] Урал - фронту / П.Г. Агарышев, М.Н. Евланова, А.Г. Наумов и др.; под редакцией доктора исторических наук А.В. Митрофановой. - М. : Экономика, 1985. – 149-150 с.

[9] Урал - фронту / П.Г. Агарышев, М.Н. Евланова, А.Г. Наумов и др.; под редакцией доктора исторических наук А.В. Митрофановой. - М. : Экономика, 1985. – 150 с.

[10] Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898-1986). Т.7. 1938-1945. 9-е изд., доп. и испр. - М. : Политиздат, 1985. - 224 с.

[11] Митрофанова А.В. Изменения в численности и составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны / А.В. Митрофанова // Из истории рабочего класса Урала : сборник статей. – Пермь : Пермское книжное издательство, 1961. - 337 с.

[12] Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам (1917-1957 годы). Т.2 1929-1945 гг. Сборник документов. - М. : Политиздат, 1957. – 702-703 с.; Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. 1917-1967 гг. В 5-ти т. : Сборник документов за 50 лет. Т. 3. 1941-1952. - М. : Политиздат, 1968. – 37-38 с.

[13] Коммунистическая партия в Великой Отечественной войне. (Июнь 1941 г.-1945 г.). Документы и материалы. – М. : Политиздат, 1970. - 62 с.

[14] Докучаев Г.А. Решение проблемы кадров в период Великой Отечественной войны (по материалам сибирского региона) / Г.А. Докучаев // В грозные годы: Труды научной конференции «Сибиряки - фронту», состоявшейся в г. Омске 12-14 мая 1971 г. - Омск, 1973. - 24-35 с.; Урал - фронту / П.Г. Агарышев, М.Н. Евланова, А.Г. Наумов и др.; под редакцией доктора исторических наук А.В. Митрофановой. - М. : Экономика, 1985. – 151-152 с.

[15] Кожурин В.С. Неизвестная война. Деятельность Советского государства по обеспечению условий жизни и труда рабочих в годы Великой Отечественной войны / В.С. Кожурин. - М., 1990. – 260-261 с.

[16] Сталь для победы: Черная металлургия СССР в годы Великой Отечественной войны / В. С. Бычков, С.Н. Белорусов, Н.И, Горбасев и др.; Совет старейших металлургов при Министерстве черной металлургии СССР. - М. : «Мысль», 1983. - 65 с.

[17] Васильев Г. В. Промышленность Урала в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945 / Г.В. Васильев. - М., 1982. – 56-57 с.; Ануфриенко Г.П. Изменения в составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко // Сборник научных трудов Магнитогорского горно-металлургического института. Вып. 144. - Магнитогорск, 1974. - 51 с.

[18] Урал - фронту / П.Г. Агарышев, М.Н. Евланова, А.Г. Наумов и др.; под редакцией доктора исторических наук А.В. Митрофановой. - М. : Экономика, 1985. – 154с.; Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Отечественной войны / Г.П. Ануфриенко // Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского горно-металлургического института им. Г.Н. Носова. Вып. 149. - Магнитогорск, 1967. - 28 с.

[19] Магнитогорский рабочий. 1941. 27 июня.

[20] Магнитогорский рабочий. 1941. 29 июня.

[21] Павленко В.Д. Идейно-политическая работа Советов Урала среди трудящихся (1941-1945)/ В.Д. Павленко// Общественно-политическая жизнь Урала в годы Великой Отечественной войны (1941-1945):Межвузовский сборник научных трудов.- Челябинск: ЧГПИ, 1988.- 10с.

[22] Магнитогорский рабочий. 1941. 28 июня.

[23] Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Великой Отечественной войны/ Г.П. Ануфриенко// Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского государственного горно-металлургического института им. Носова. Вып.149.- Магнитогорск, 1967.- 29-30 с.

[24] Магнитогорский рабочий. 1941. 26 июня.

[25] Ленинская поступь пятилеток.1929-1950. Из истории развития промышленности и рабочего класса Челябинской области.- Сборник документов и материалов. Том 1.- Челябинск: Южно-уральское книжное издательство, 1986.- 237 с. ; Митрофанова А.В. Изменения в численности и составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны/ А.В. Митрофанова// Из истории рабочего класса Урала: сборник статей.- Пермь: Пермское книжное издательство, 1961.- 336 с.

[26] Котлухужин М. Броня/ М. Котлухужин.- Документальная повесть. –Магнитогорск, 2005.- 74 с. ; Палецких Н.П. Помощь семьям военнослужащих в годы войны/ Н.П. Палецких// Южноуральцы в боях и труде.- Челябинск, 1995.- 133 с.

[27] Пришла война в Березки. Письма матери/О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 58 с. ; Карманов А. Трудовые подвиги южноуральцев в годы Великой Отечественной войны/ А. Карманов// Челябинская область за 40 лет Советской власти.- Челябинск: Челябинское книжное издательство, 1957.- 231 с. ; Павленко В.Д. Огненный рубеж фронта и тыла: Челябинская область в 1941-1945гг/ В.Д. Павленко, Г.К. Павленко.- Изд. 2-е доп. и испр.- Челябинск: Юж.-Урал. кн. изд., 2005.- 57 с.

[28]Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Великой Отечественной войны/ Г.П. Ануфриенко// Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского государственного горно-металлургического института им. Носова. Вып.149.- Магнитогорск, 1967.- 30 с. ; Ануфриенко Г.П. Изменения в составе рабочего класса Урала в годы Великой Отечественной войны/ Г.П. Ануфриенко// Сборник научных трудов Магнитогорского горно-металлургического института. Вып. 144.- Магнитогорск, 1974.- 55 с.

[29] Кожурин В.С. Неизвестная война. Деятельность Советского государства по обеспечению условий жизни и труда рабочих в годы Великой Отечественной войны/ В.С. Кожурин. – М., 1990.- 261 с.

[30]Панфилов С.П. Изменение численности и сотава рабочих черной металлургии Урала (1941-1945)/ С.П. Панфилов// Из истории социалистического строительства на Урале. – Свердловск, 1978. – 63 с.

[31] Котлухужин М. Броня/ М. Котлухужин.- Документальная повесть. – Магнитогорск, 2005.- 156 с.

[32] Урал фронту/ Под ред. А. В. Митрофановой. – М., Экономика, 1985.- 164 с.

[33] Борьба партийных организаций Урала за развитие тяжелой промышленности в период строительства социализма. Выпуск 1.- Челябинск, 1978. – 96 с.

[34] Урал фронту/ Под ред. А. В. Митрофановой. – М., Экономика, 1985.- 164-166 с.

[35] Запарий В.В. Перестройка металлургического комплекса Урала на военный лад в 1941 г. и эвакуация/ В.В. Запарий// Проблемы российской истории. Вып. V.- Магнитогорск: МаГУ, 2005.- 103 с. ; Сперанский А.В. кадры решают все: трудовые ресурсы Урала в годы Великой отечественной войны/ А.В. Сперанский// Урал индустриальный: Бакунинские чтения: материалы шестой всероссийской научной конференции, 7 апреля 2004.Т. 1.- Екатеринбург, 2004.- 518 с. ; Борьба партийных организаций Урала за развитие тяжелой промышленности в период строительства социализма. Выпуск 1.- Челябинск, 1978. – 96 с.

[36] Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Великой Отечественной войны/ Г.П. Ануфриенко// Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского государственного горно-металлургического института им. Носова. Вып.149.- Магнитогорск, 1967.- 31-32 с.

[37] Ануфриенко Г.П. Партийное руководство подготовкой женских рабочих кадров на Урале в годы Великой Отечественной войны (1941-1945)/ Г.П. Ануфриенко// Сборник трудов Магнитогорского горно-металлургического института. Вып. 127.- Магнитогорск, 1973.- 47 с.

[38] Ануфриенко Г.П. Женщины Магнитки в годы Великой Отечественной войны/ Г.П. Ануфриенко// Творческая деятельность рабочего класса Магнитки. Труды Магнитогорского государственного горно-металлургического института им. Носова. Вып.149.- Магнитогорск, 1967.- 31-32 с.

[39] Магнитогорский рабочий. 1944. 8 марта.

[40] Урал фронту/ Под ред. А. В. Митрофановой. – М., Экономика, 1985.- 183 с. ; Волкова Е.Ю. Победа одна на всех: роль женщин в создании прочного тыла в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов: монография/ Е.Ю. Волкова.- Ярославль-Кострома: ЯрГУ им. Демидова; Изд-во Костр. госуд. технол. Ун-та, 2006.-   145 с.

[41] Потемкина М.Н. Эвакуация в годы Великой Отечественной войны: люди и судьбы: Монография/ М.Н. Потемкина.- Магнитогорск: МаГУ, 2002.- 102 с.

[42] МУ МГА. Ф. 99. Оп. 10. Д. 1122. Л. 182.

[43] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 73-74.

[44] МУ МГА. Ф. 49. Оп. 9. Д. 66. Л. 8.

[45] Пришла война в Березки. Письма матери/О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 91 с.

[46] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 57-59. ; МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 350. Л. 30-31. ; МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 142.

[47] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 163. Л. 27.

[48] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 159. Л. 10.

[49] Магнитогорский рабочий. 1943. 27 марта. ; МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 73-74. ; Магнитострой. 1943. 27 января.

[50] Магнитогорский рабочий. 1942. 7 марта.

[51] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 73-74.

[52] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 142.

[53] Айрапетов В.Г. Материально-бытовое положение трудящихся черной металлургии Урала (июнь 1941-1945)/ В.Г. Айрапетов, С.П. Панфилов // Из истории социалистического строительства на Урале.- Свердловск: Уральский гос. университет, 1978.- 70 с.

[54] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 142.

[55] История Магнитостроя: хроника в лицах и фактах. – Магнитогорск, 1999. – 297 с. ;Пришла война в Березки. Письма матери/ О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 86 с.

[56] Медаль за бой, медаль за труд: сборник/ сост. и ред. В.Гринимаер.- Магнитогорск: Магнитогорский центр национальных культур, 2005.- 21 с.

[57] Пришла война в Березки. Письма матери/ О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 131 с.

[58] Медаль за бой, медаль за труд: сборник/ сост. и ред. В.Гринимаер.- Магнитогорск: Магнитогорский центр национальных культур, 2005.- 61 с.

[59] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 59.

[60] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 360. Л. 64,125.

[61] Урал фронту/ Под ред. А. В. Митрофановой. – М., Экономика, 1985.- 185 с.

[62] Айрапетов В.Г. Материально-бытовое положение трудящихся черной металлургии Урала (июнь 1941-1945)/ В.Г. Айрапетов, С.П. Панфилов // Из истории социалистического строительства на Урале.- Свердловск: Уральский гос. университет, 1978.- 68 с.

[63] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 160. Л. 99. ; МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 163. Л. 25.

[64] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 57.

[65] Магнитогорский рабочий. 1943. 6 апреля.

[66] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 160. Л. 22.

[67] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 79. Л. 2, 19, 20.

[68] МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 80. Л. 170, 171, 172. ; МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 350. Л. 2

[69] Пришла война в Березки. Письма матери/ О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 93, 111 с.

[70] Женское лицо победы: 100 документов о женщинах Челябинской области в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945г/ Гл. ред. А.П.Финадеев, отв. Сост. Е.П. Турова.- Челябинск: ЧПО «Книга», 2001.- 53 с.

[71] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 58, 170, 171, 172. ; МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 360. Л. 176. ; МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 136.

[72] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 7. Л. 360. ; МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 6. Л. 237. ; МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 53.

[73] Ленинская поступь пятилеток 1929 – 1950. Из истории развития промышленности и рабочего класса Челябинской области: Сборник документов и материалов. Том 1.- Челябинск: южно-уральское книжное издательство, 1986.- 237 с. ; Васильев Г. В. Промышленность Урала в годы Великой Отечественной войны. 1941 – 1945/ Г.В. Васильев. -М., 1982.- 72 с. ; Женское лицо победы: 100 документов о женщинах Челябинской области в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945г/ Гл. ред. А.П.Финадеев, отв. сост. Е.П. Турова.- Челябинск: ЧПО «Книга», 2001.- 80-81 с. ; Магнитогорский рабочий. 1942. 25 января. ; Партийная организация Челябинской области в Великой Отечественной войне 1941-1945. Сборник документов и материалов. Челябинск, 1967.- 65 с. ; МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 360. Л. 217.

[74] Палецких Н.П. Социальные ресурсы и социальная политика на Урале в период Великой Отечественной войны: Монография/ Н.П. Палецких.- Челябинск, 2007.- 130 с.

[75] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 6. Л. 381.

[76] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 158. Л. 154. ; МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 160. Л. 106-107, 444.

[77] Пришла война в Березки. Письма матери/ О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 118 с.

[78] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 7. Л. 381.

[79] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 6. Л. 241. ; МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 80. Л. 104.

[80] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 6. Л. 332.

[81] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 66. Л. 31.

[82] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 66. Л. 31.

[83] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 80. Л. 51.

[84] Магнитогорский рабочий. 1941. 26 июня.

[85] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 66. Л. 20. ; МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 350. Л. 64.

[86] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 66. Л. 22.

[87] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 78, 82.

[88] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 81.

[89] Котлухужин М. Броня/ М. Котлухужин.- Магнитогороск: Магнитогорский дом печати, 2005. – 71 с.

[90] Пришла война в Березки. Письма матери/ О.Ф. Краузе, И.В. Андреева, Е.В. Арсентьева.- Череповец, 2010.- 108-109 с.

[91] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 67. Л. 104.

[92] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 10. Л. 3. ; МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 80. Л. 23.

[93] Собрание постановлений и распоряжений правительства СССР. № 1-3, 5-7, 10, 11.- М., 1942.- с. 24-25; Магнитогорский рабочий. 1942. 8 марта.

[94] Кожурин В.С. Неизвестная война. Деятельность Советского государства по обеспечению условий жизни и труда рабочих в годы Великой Отечественной войны/ В.С. Кожурин. – М., 1990.- 261-262 с.

[95] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 359. Л. 76.

[96] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 6. Л. 342.

[97] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 383. Л. 75.

[98] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 383. Л. 85.

[99] МУ МГА. Ф. 10. Оп. 1. Д. 348. Л. 77.

[100] Магнитогорский рабочий. 1944. 1 января.

[101] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 1а. Д. 13. Л. 17.

[102] Важнейшие законы и постановления Советского государства за время Великой Отечественной войны.- М: Военное издательство народного комиссариата обороны СССР, 1946.- 116 с.

[103] Павленко В.Д. Огненный рубеж фронта и тыла: Челябинская область в 1941-1945гг./ В.Д. Павленко, Г.К. Павленко.- Изд. 2-е доп. и испр.- Челябинск: Юж.-Урал. кн. изд., 2005.- 109 с.

[104] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 80. Л. 5. ; Усольцева Н.Л. Основные направления лечебно-профилактической деятельности учреждений здравоохранения Южного Урала в годы войны/ Н.Л. Усольцева// Урал в 1941-1945 годах: экономика и культура военного времени (к 60-летию Победы СССР в Великой Отечественной войне): Материалы регионального научного семинара, Челябинск, 10 апр. 2005 г/ Отв. ред. А.А. Пасс.- Челябинск: Челяб. гос. ун-тет, 2005.- 187-188 с.

[105] МУ МГА. Ф. 121. Оп. 2. Д. 80. Л. 29.

[106] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 160. Л. 2.

[107] Соромотина А. Такое было время/ А. Соромотина/ /Магнитогорский рабочий.- 1975.- 6 мая.- 2 с.

[108] Кондратковская Н. Г. «Ах, если бы еще одну мне жизнь!»: автобиографические рассказы. Философская проза. Воспоминания/ Н.Г. Кондратковская; сост. В.С. Балабанова.- Белорецк, 2006.- 127 с.

[109] МУ МГА. Ф. 118. Оп. 1. Д. 168. Л. 15. ; Айрапетов В.Г. Материально-бытовое положение трудящихся черной металлургии Урала (июнь 1941-1945)/ В.Г. Айрапетов, С.П. Панфилов // Из истории социалистического строительства на Урале.- Свердловск: Уральский гос. университет, 1978.- 68 с.

[110] Котлухужин М. Броня/ М. Котлухужин.- Магнитогорск: Магнитогорский дом печати, 2005. – 164 с. ; Павленко В.Д. Огненный рубеж фронта и тыла: Челябинская область в 1941-1945гг./ В.Д. Павленко, Г.К. Павленко.- Изд. 2-е доп. и испр.- Челябинск: Юж.-Урал. кн. изд., 2005.- 87 с.

[111] Дегтярев А.Г. Летопись горы Магнитной и города Магнитогорска/ А.Г. Дегтярев.- Магнитогорск, 1993.- 43 с.

[112] История Магнитостроя: хроника в лицах и фактах. – Магнитогорск, 1999. – 297 с.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top