Нуштаев Р.Е.

Освободительное движение России в комплексе изучено и имеет богатейшую историографию. Важное значение для характеристики социального состава революционных сил имеет изучение и такого вопроса как участие женщин в политической борьбе. Наравне с мужчинами они активно участвовали в революционном движении. Их так же наказывали, как и мужчин, приговаривая к самым суровым видам наказания - смертной казни, каторжным работам. Но до сих пор в Российской исторической литературе эта тема не получила должного освещения, особенно тема ссылки женщин в каторжные работы.

Самой крупной политической каторгой России была Нерчинская. Изучение пребывания женщин на каторге позволит глубже понять сущность освободительного движения страны, состав и методы борьбы. Через историю политической каторги можно исследовать систему карательных мер правительства, направ­ленных на расправу с политическими противниками.

И если рассматривать женщин как активных сторонников революционного движения, то следует начинать с 1825 года, ознаменовавшегося первым организованным выступлением.

Этот год стал для женщин России этапным в развитии их гражданского самосознания. Именно женщины- декабристки, духовная жизнь которых была ограничена рамками семьи, преподали истории пример гражданской стойкости и мужества.

Декабристки, не принадлежавшие непосредственно к револю­ционному движению, но поддержавшие морально своих родных и близких предвосхитили активную роль женщин на втором, разночинском этапе освободительной борьбы.

С 1860-х годов женщины наравне с мужчинами участвовали в студенческих выступлениях. Это было только начало. С конца 1860-x годов не было в России ни одной крупной революционной организации, в которой не принимали бы участия женщины. Участие женщин было уже массовым. Но здесь проявилось и другое женское качество- одержимость, ведущая зачастую к крайностям. Начиная с 7о-х годов прошлого столетия в крупных политических процессах в качестве главных обвиняемых появляются женщины. Царские суды приговаривают к смерт­ной казни Софью Перовскую, Гесю Гольфман. Именно женщина, Вера Засулич, стрелявшая в 1878 году в Трепова, оказа­лась провозвестницей «красного террора», за что была осуждена на бессрочное одиночное заключение.

Женщины вместе с мужчинами участвовали во всех террористи­ческих актах [35,7].

Женщины - революционерки рука об руку с мужчинами – товарищами борьбе стремились к общей цели: свержению самодержавия. И приуменьшить роль женщины в революции невозможно, так как это была великая сила, способная на все, на жизнь и на смерть во имя великой цели свержения самодержавия. И царизм боялся этой силы и применял все методы борьбы, чтобы как-то остановить эту движущую силу. Самым распространенным наказанием становится ссылка на каторжные работы. После революции 1905-1907 годов в Забайкалье специально строится Мальцевская тюрьма, предназначенная для содержания политических женщин. Сюда были сосланы женщины-революционерки, принадлежащие к различным сословиям, партиям, но все, же основное ядро в Мальцевской тюрьме составляли социал-революцоинерки. Из семидесятых двух женщин тридцать шесть принадлежали партии эсеров [24,22].

Их как раз и боялось правительство, так как они основным орудием борьбы для себя избрали террор, за, что и были сосланы в Забайкалье на долгие годы каторги. История пребывания женщин на каторге - это продолжение истории женского движения.

В исторической литературе данный вопрос не рассматри­вался, только некоторые эпизоды из жизни политической каторги использовались в теме истории политической ссылки. Самостоятельной темой изучения пребывания женщин на Нерчинской каторге еще не стала.

Однимиз фундаментальных исследований, посвященных царской тюрьме, была работа М.Н. Гернета [32].

Это наиболее полное исследование царской тюрьмы, которое когда-нибудь выходило из- под пера русских дореволюцион­ных и советских ученых» Этот труд знакомит нас с каратель­ной политикой царизма, с классовой сущностью царского законодательства. Он показывает героизм политических борцов против царизма, стойко сражавшихся с царизмом, несмотря на систему пыток, чудовищный тюремный режим и массовые казни [32,4].

Расположение материала дано по хронологическому принципу.

В соответствии с этим, произведения М.Н. Гернета распределяются по томам в следующем порядке: том первый 1762 по 1825 год. Второй том 1825 1870 год начинается со времени восстания декабристов, с тех, кого В.И. Ленин назвал наряду с Герценом «самыми выдающимися деятелям дворянского периода» истории русской революции, и доводит изложение до семидесятых годов. Таким образом, он охватывает и начало «разночинского» периода революционного дви­жения. Третий том 1870 - 1900г.г. охватывает тот период, когда центральной фигурой революционного движения был разночинец-народник, и начало нового исторического периода в истории революционного движения, когда на авансцену политической борьбы выдвигается новый класс – пролетариат. В третьем томе дается история Карийской политической тюрьмы периода 1873-1900 г.г. [2,241].

Четвертый том (1900-1907 г.г.), здесь рассматриваются также, как и в предыдущих томах, тюрьмы центральной части России.

Пятый том – (1907-1917 г.г.) полностью посвящен двум тюрьмам, Шлиссельбугской и Орловской.

В своем труде М.Н» Гернет мало касается таких мер судебной репрессии, как ссылка на каторжные работы в Сибирь. Даже в его пятитомном труде не уделялось внимания вопросам женской политической Нерчинской каторги.

Подольская Л.Я. в своей работе "Правовое положение политических каторжанок в Нерчинских заводах в 1900-1910 годах, охватывает хронологические рамки с 1900 по 1910 годы, позволяющие с наибольшей полнотой проследить правовую регламентацию. В данной работе особое внимание уделено вопросам правового положения политкаторжан. Серьезное внимание уделено в работе этике поведения заключенных, особенно их отношения с тюремной администрацией [33,13]. Также дается краткая характеристика состава политических, где говорится, что основное число составляли представители партии социал-революционеров [33,17]. Отмечено, что ослабление или ужесточение режима каторги происходило под влиянием общеполитической обстановки в стране. Спад революционного движения вызвал резкое ухудшение условий содержания. Конечно, эта важная работа, но она касается в основном правового положения политкаторжанок и лишь вскользь упоминает о поведении, и почти ничего не говориться о местах содержания.

Второй Вид документов – статейный списки, которые дают информацию о наказания. Сроках заключения, а также о том, каким судом судились, в каком месте, за какое преступление, дается краткая биография поли­ткаторжанок [7,10].

Третий вид документов - переписка надзирающих лиц по вопросам режима содержания. Здесь содержится переписка Иркутского генерал-губернатора с военным губернатором о предоставлении сведений о каторжанах, находящихся в тюрьмах Нерчинской каторги, что позволяет подсчитать общее количество женщин [8,3].

Также краткие сведения о движении политкаторжан в Забайкальской области за определенный срок, т.е. ежемесячный отсчет [2,12].

Сюда же можно отнести и переписку тюремной админист­рации с Главным тюремным управлением, дающую сведения о поведении и состоянии здоровья политкаторжан в тюрьмах Нерчинской каторги [9,32].

Весь этот комплекс архивного материала позволяет рассмотреть правовое положение и условия содержания политкаторжан на каторге.

Вторым источником являются воспоминания бывших узниц, они не лишены субъективных оценок, а так же им присуща идеализация поведения заключенных. Во многом эти воспоминания схожи и описывают отдельные моменты бытовой жизни.

Спиридонова М.А. - одна из виднейших деятельниц партии социал-революционеров. 16 января 1906 года была убита по приговору партии социал-революционеров вице-губернатора Луженовского, за что была приго­ворена 11 марта 1906 года военным судом к смертной казни через повешение, но была под влиянием широкой агитации помилована и смертная казнь заменена бессрочной каторгой. Первоначально содержалась в Акатуе, а затем в Мальцевской тюрьме. В своих воспоминаниях основное внимание уделяет вопросу описа­ния бытовой стороны, т.е. рассказывает об ответствен­ности каждого члена коммуны за определенное дело, буть то стирка белья или дежурство по камере.

Также частично касается личных качеств души. Большое место в ее воспоминаниях занимает описание состояния камер [28, 121].

Биценко А.В. также является представительницей партии социал-революционеров. За принадлежность к партии и стремлению изменить существующий строй в России, была приговорена к четырем годам каторги.

Срок отбывала в Мальцевской тюрьме. В своих воспоминаниях скорее дает психологическую оценку, чем фактичес­кий рассказ о внутренней жизни тюрьмы, отрезанной от мира. [16,72].

Радзиловская Ф.Н. по национальности еврейка, представительница партии социал-революционеров. За стремление изменить существующий в России строй, приговорена к четырем годам каторги [5,16].

Радзиловская Ф.Н.берет в основном весь период пребывания на каторге. Она рассматривает также внутреннюю сторону жизни, дает описание того, какие вопросы разрешались в тюрьме. Основная ее заслуга в том, что она впервые совместно с Орестовой попыталась собрать статистические данные, которые показывают нам принадлежность к партии, год и срок заключения, занятия до ареста, а также каким судом, где и за что были осуждены. [24,225].

Меттер П.Ф. в своих воспоминаниях в основном касается вопроса этапирования к месту заключения. Здесь она подробно рассказывает о трудностях этого пути, а также описывает те издевательства и насилие над политзаключенными, которые совершались как со стороны конвоя, так и со стороны уголовных элементов [30.91].

Все воспоминания узниц Нерчинской каторги дают нам характеристику условий содержания, положения женщин и их отношений между собой и с тюремной админист­рацией.

***

Одним из важнейших мотивов исполнения каторжного приговора являлось этапирование к месту каторги. Долгим и трудным был этот путь, тяжесть усугублялась тем, что осужденные вынуждены были месяцами ожидать включения в этапную партию. Пребывание в пересыльной тюрьме до включения в этапную партию и само «этапное путешествие» не включалось в срок наказания, которое исчислялось с момента прибытия осужденного в места каторги. Таким образом, искусственно и сознательно значительно удлинялся срок наказания. Известны такие вопиющие факты, когда осужденный до трех лет проводил в острогах, пересыльных тюрьмах и этапных тюрьмах, прежде чем попадал на каторгу. Задерживание в пере­сыльных тюрьмах неоднократно было поводом волнений и протестов узников [34,89].

В период следования к месту исполнения приговора узники находились в ведении Главного тюремного управ­ления, подчиненного Министерству юстиции. Секретный циркуляр Главного тюремного управления предписывал осуществлять: препровождение по железным дорогам и на пароходах, равно как по главному ссыльному Сибирскому тракту от Нижнего Новгорода до Иркутска и обратно от Томска всех лиц, сосланных в Сибирь по суду и в административном порядке за политические преступления и политическую неблагонадежность, возлагается всецело на Главное тюремное управление, с тем, чтобы все означенные лица пересылались в общих с другими арестантами партиям под усиленным надзором членов конвойных команд [34,69].

Окончание строительства Транссибирской магистрали несколько облегчило этапную жизнь, но следование в арестантских переполненных, душных вагонах, полная зависимость от конвоя изматывали политических.

Путь следования в Сибирь определяла ст. 30 Устава ссыльных: «Пеше- этапным порядком, а также по железной дороге, водою и на пароходах и буксируемых ими биржах, на переменных лошадях и на почтовых лошадях» [17,7.]. Пока не была закончена Кругобайкальс­кая дорога в Нерчинские заводы, доставка каторжных через Байкал осуществлялась на пароходах и баржах общества Добровольного флота в тех размерах и в той постепенности, как это будет признано возможным [34,90].

И так, путь в Нерчинскую каторгу был долгим и трудным. Кротчайший срок, в который партия добиралась до места назначения, составлял 22 дня, но это было редким исключением из общего правила многомесячных этапных мучений. Пеший этап для женщин-каторжанок начинался в Сретенске. Женщины обычно следовали в конце партии, иногда с «дневками и полудневками». На этапах они получали отдельную камеру, «такую же грязную, холодную, как и у уголовных , но не было такой скученности , какая у них, где места брались буквально с бою»[19,188]

В камеры к женщинам-политкаторжанкам обычно под­саживали «боящихся» - тюремных доносчиков, что было, не только неудобно, но и тяжело морально [19,157].

Тяжесть сибирских этапов описана многими политка­торжанами, но особенно труден этот путь для женщин.

Тяготы их этапирования усиливались тем, что они следо­вали в одной партии с уголовниками. Положение каторжанок усугублялось тем, что со стороны конвоя они подвергались низменным притязаниям, известны и факты насилия, которые покрывались начальством. Так переход партии, в которой следовала Каховская И., закончился зверским избиением арестантов конвоем. В результате несколько человек получили тяжелые телесные повреждения, попали в тюремную больницу, но, несмотря на поданную жалобу, начальство никаких мер не приняло, тем поощряя конвой к рукоприкладству и издевательствам [20,161]

Опасаясь агитационной деятельности политических, начальст­во каторги тщательно следило за личным составом конвоя, стремилось комплектовать его преимущественно из крестьян, поощряло издевательства над заключенными. Было создано пять конвойных команд для конвоирования каторжных из одной тюрьмы в другую. Конвойные команды формирова­лись из офицеров и нижних чинов, призываемых на дейст­вительную службу прямо в команды, содержались на средства Министерства Юстиции.

Огромный треугольник между реками Шилка, Аргунь и Забайкальской железной дорогой обрадуется Нерчинский край. В пределах района, в Нерчинском заводском уезде расположены семь каторжных тюрем: Зерентуйская, Алгачинская, Акатуйская, Кутомарская, Александровская, Кадаинекая и Мальцевская, которые были одним из главных мест заключения [22, 18].

В эти суровые места царское правительство ссылало женщин- революционерок, которые проходили столь долгий и трудный путь к месту своего заключения.

Первоначально женщин содержали в Акатуевской тюрьме, которая находилась в i7kmот Александровского завода Нерчинского округа. Акатуевская тюрьма со всеми построй­ками примыкающего к ней поселка с домами и службами администрации, с казармой для конвойной команды распо­ложена в котловине, окруженной со всех сторон сопками, покрытыми кустарником боярышника [22,170]

Первыми из женщин, сосланными в Акатуевскую тюрьму за участие в революционном движении 1905 года были:

Езерская Лидия Павловна, Спиридонова Мария, Александ­ровна, Измаилович Александра Адольфовна, Бещенко Анастасия Алексеевна, Фиалко-Рачинская Ревекка Моисеевна, Школьник Мария Марковна. Это была первая партия политкаторжанок в количестве шести человек, сосланных в Акатуй, которая прибыла 25 июля 1906 года [34,16]

Но уже в январе 1907 года было известно о возможной высылке женщин в одну из основных женских тюрем Забай­калья, Мальцевскую [27,45]. Мальцевская тюрьма была построена в восьми километрах от Нерчинского завода, в районе Благодатских рудников, как бы в низине между сопками. Когда спускаешься с Зерентуйской дороги, откуда приходит этот этап, перед глазами встает ряд деревянных построек, окруженных каменной стеной, эта стена, изнутри сырая, сделанная как-будто из простого булыжника, снаружи выкрашена в белый цвет. Большие деревянные ворота ведут в большой двор, где вдоль правой стены, на расстоянии 1-2 аршин от нее, тянется длинный одноэтажный деревянный корпус, представляющий главное здание с шестью общими камерами. Вдоль части стены главного фасада идет другая постройка, по своим размерам гораздо меньше, чем главный корпус. В этом здании, называвшимся околотком, помещалось четыре одиночки. Третий деревян­ный корпус внутри двора достоял из кухни и бани [27,46]. Несмотря на то, что эта тюрьма построена была недавно, она являлась собой ветхий вид. И, по мнению тюремного, ведомства, была мало пригодной для содержания женщин.

По словам начальника тюремного управления Хрулева [16,18] строительные работы выполнены неудовлетвори­тельно, материалы, из которых построена тюрьма, также неудовлетворительны, здание недостаточно теплое, полы одинарные, гниют. В виду неприспособленности здания, Хрулевым была отмечена необходимость капиталь­ного ремонта тюрьмы [27,23] .

И действительно, при Забайкальских морозах деревянное здание с огромными щелями и дырами совсем не защищало от холода. Полы камер зимой покрывались инеем, в камерах было холодно, и сыро, что порой чернила замерзали.

Общие камеры представляли собой убогий вид. Окна, заделанные толстыми железными решетками, почти упира­лись в стену, и поэтому в камерах всегда было сумрачно. Стены покосились и кое-где штукатурка выпирала буграми.

В камерах стояли разнокалиберные деревянные кровати и деревянные козлы. Для всяких приспособлений использовались ящики от посылок. Они стояли возле каждой кровати и заме­няли собой столики, из таких жеящиков были устроены над кроватями полки для книг. И только в одной камере стоял шкаф старый, убогий, для посуды. Посередине камер стояли большие деревянные столы, покрытые клеенками, с длинными скамейками вдоль столов. Освещались камеры несколькими семилинейными и десятилинейными керосиновыми лампами, дававшими очень мало света для таких больших камер [27,24]. Вот в эту убогую на вид тюрьму и прибыла первая шестерка политических женщин 15 февраля 1907 года [6,25].

До прихода первой партии политкаторжанок в Мальцевской тюрьме содержались исключительно женщины-уголовницы

И прибывшая партия женщин, политически осуждены, из Акатуя в Мальцевскую тюрьму, сначала занимала одну камеру в главном корпусе, но с приходом новых, владения политических стали все больше и больше распространяться, и через год политикаторжанки занимали уже три общие камеры в главном корпусе и все одиночки в так называемом околотке. Для каторжанок одной из самых тяжелых и губительных форм заключения было содержание в общих камерах. В одиночном заключении налицо одна воля, которой противостоит закон, тюремная администрация, вооруженная голодом, холодом, физическими и моральными мерами воздействия, чтобы сломить волю узника. Но в общей камере ко всему этому присоединяется еще 20-30-ти головая воля товарищей, такая разнообразная, сильная и слабая. И разница характеров, темпераментов осужденных. И, чтобы уцелеть физически, не сойти с ума в абсолютном одиночном заключении на долгие годы – невозможно, но выйти с неизуродованной душой из долголетнего заключения в общей камере возможно при единственном условии – великой самодисциплине и перевоспитании себя каждым из заключенных. С этой точки зрения очень интересен опыт женщин-катаржанок начала прошлого столетия, поскольку в Сибирских тюрьмах были они собраны в общих камерах: в Акатуе и в Мальцевской. [29,5].

***

Тюрьма, ссылка и каторга после 1905 года во многом отличны от царской тюрьмы, ссылки и каторги прежних времен. Этому было несколько причин.

Первая из них в том. Что после 1905 года тюрьма и ссылка сделались массовыми. После первой русской революции царизм наполнил тюрьму тысячами узников – революционеров, непосредственно вырванных из гущи революционной науки, и этим самым создал на некоторое время своеобразную обстановку революционного кипения в местах заключения, где горячо обсуждались только что пережитые революционные события. [27,14],

Революционеры в основном судились военным судом, кодекс которых был не сложен. Политические дела не смертельного характера судились преимущественно по 102 ст., которая предусматривала от 4 до 15 лет каторжных работ, смертельные дела – по 279 ст., которая означала только одно наказание смерть.

Военные суды, которые решали вопрос о жизни и смерти людей, не вели даже протоколов, а также военный суд имел право отвергнуть указываемых подсудимыми свидетелей. Даже если эти свидетели должны были доказать их ошибки [27,15].

Так, военным судом были осуждены на Нерчинскую каторгу: Аскиназа Ревека Абрамовна по 102 ст., Уголовного положения на 4 года, Радзиловская Фрида Нотовна по той же статье сроком на 4 года и ряд других женщин – революционерок.[7,10].

Количество политических процессов год от года быстро возрастало. Больше всего их было проведено в 1906-1908 годах [33,88]. К концу XIX – началу XX века ссылка в Сибирь по судебному приговору понималась как ссылка на работу, на поселение и водворение .[17,2]

Под каторжными работами Устав о ссыльных 1890 года понимал работы в рудниках и на заводах [ст.3].[17,1]

В борьбе с революционным движением царизм чрезвычайно расширял применение уголовных репрессий. Усиливается ответственность за участие в митингах, демонстрациях, в революционных организациях.

Реакционная сущность « Уголовного положения 1903 года» с наибольшей полнотой проявилась в усилении ответственности за участие в политических демонстрациях.

Если до 1904 года участников демонстраций привлекали к ответственности как уголовных преступников, наказывая каторжными работами, то в предреволюционные годы правительству такая мера показалась чрезвычайно мягкой. В результате « Положения 1903 года» дополнено: « Виновный в участии в публичном скопище, заведомо собравшийся выразить неуважение верховной власти или порядка наследия престола, или заявит сочувствие бунты или измене, или лицу, учинившему бунтовщическое или изменческое деяние, или учению, стремящемуся к насильственному разрушению существующего в государстве строя, предусматривалась ст. 129, в арсенале которой заключение в исправительный дом сроком до трех лет, ссылкой на каторжные работы или на поселение».[33,89]

По закону каторжанки привлекались к принудительным работам, стирке белья, уборке помещений в тюрьме, выполняли функции служанок у тюремщиков, а так же на подсобных заводских работах. Женщины, «употребляемые в работу», имели равное право на получение заработанных денег и провианта. Регламентации труда катаржанок не существовало, вид работы, ее продолжительность и оплата определялись начальником тюрьмы или другими должностными лицами и были произвольными. [33,42]

Направление их на каторжные работы, тяжелые и унизительные администрация использовала в качестве наказания и крайне редко, опасаясь организованного протеста всех политических узников. Кроме этих наказаний, каторжные могут быть на более или менее продолжительное время лишены свидания с родными, переписки с ними, чтения книг, права иметь свой чай, сахар, табак. Лишения эти начальником тюрьмы могут быть распространены как на отдельные личности, так и на всю камеру. [26,76]

Но размах революционного движения влиял на условия жизни тюрьмы, которые, по словам заключенных, изменились до неузнаваемости. Эти условия получили название «республиканские». [26,25] Что же подразумевалось под этим названием? В это название заключенные вкладывали то, что в этот период разрешено снять кандалы, от которых отекали ноги, носить платье, а так же более свободно общаться между собой. Это было лучшее время содержания заключенных

Но такой республиканский порядок продлился недолго, с подавлением революционного движения круто изменились условия жизни в тюрьме. [26,26] Так военный губернатор Забайкальской области Эбелов в своем предписании начальнику Нерчинской каторги от 6 января 1907 года указывал об изменениях внутренних распорядков в тюрьме, а так, же постепенно вводить меры, предназначенные для содержания в Акатуйской тюрьме исключительно осужденных к каторжным работам за государственные преступления. Поэтому предписанию всех арестантов вновь переодели в установленную для них одежду, а так же для поддержания внутреннего порядка камеры стали вновь держать закрытыми. В этом предписании указывалось о переводе всех женщин, содержащихся в Акатуйской тюрьме, в Мальцевскую, приспособив для содержания их обособленное от других каторжных женщин помещение, с назначением для надзора над ними наиболее надежных надзирателей и установлением через заведующего конвой командой караула.

Расправляясь со своими политическими противниками, царизм применял методы самые изощренные. Одной из целей назначения было моральное воздействие, стремление духовно сломить, а значит обезвредить политического борца. И в системе этих мер существенную роль сыграло наказание бездельем, обреченность на длительное однообразное существование. Недаром политкаторжане вспоминали, что «десятки товарищей становились совершенно больными людьми», обреченными на безделье, и, что отправленные на тяжелые работы, на рудники, они писали счастливые письма. « Без работы не возможно было, как бы ни голодал желудок, есть всегда одну и туже омерзительную кашу и баланду. Без работы и без направления энергии в книги и на умственные задачи, труднее выносится лишение всего того, чем заполняется естественная жизнь». [27,184]

Женская каторга лишена кровавого драматизма мужских тюрем, но строгая изоляции, отсутствие новизны впечатлений ставили узниц в сложные психологические условия. По законам царского правительства все осужденные на каторжные работы, зачислявшиеся сначала в разряд «испытуемых», через несколько лет переводились в разряд «исправляющихся», а затем во «внетюремный разряд», или так называемую «волную команду», с правом жить за пределами тюрьмы. [26,223]

Но в 1907-1908 годах вольная команда, хотя не была отменена юридически, но фактически к политическим каторжанам не применялась, и многие краткосрочные каторжанки уходили на поселение, не побывав в вольной команде.

Осенью 1909 года на Мальцевской тюрьме разнесся слух. что несколько политиков – зерентуйцев выпущены в команду. Мальцевитянки заволновались, так как к этому времени значительное количество каторжанок подлежало выпуску. [23,122] И такую возможность, что может выйти группа лиц из тюрьмы. Пусть это не настоящая воля. Но все-таки это лазейка на волю, и особенно важна она была для долгосрочных каторжанок, осужденных на 10-15 лет каторги.

Впервые вольной команде, после долгих лет появилась возможность иметь самостоятельный заработок, так как дети тюремной администрации обучались в Зерентуйской школе, и администрация разрешила женщинам заниматься обучением их детей. Но летом 1910 года в Мальцевскую тюрьму приехал инспектор Главного тюремного управления Сементовский. Развенчанная вольная тюрьма, какой он ее застал, привела к смене начальства, к подтягиванию более строгому режиму в тюрьме. [23,179]

В конце апреля Мальцевская тюрьма. Вместе с командой, была переведена в Акатуй.[23,143]

И уже в мае 1911 года партия из 28 каторжанок прибыла из Мальцевской каторжной тюрьмы в Акатуевскую. При приеме партии Шматченко, начальник тюрьмы, произнес речь, в которой сразу же дал понять, что мирные мальцевские дни миновали, и что надо быть готовыми ко всему.[25,171]

Как только партия вошла в тюремный двор, надзирательница обыскала вещи и самих каторжанок, после чего 16 человек, которым уже вышел срок вольной команды, поселили за ворота тюрьмы.

На небольшом расстоянии от тюрьмы их ввели во двор, окруженный деревянным забором, где стояли два ветхих каменных здания. В одном помещались баня и кухня для конвойных солдат, а второе для вольно-командниц. [25,172]

Акатуйская вольная команда не была той вольной командой, какой она должна быть по тюремным законам. По закону вольная команда предполагает жизнь вне тюрьмы в своих домиках, с относительно свободной обстановкой и режимом. Эта же обстановка отличалась от тюремной только тем, что целый день камеры были открытыми и команды имели возможность быть все время на воздухе, во дворе, в то время, как в тюрьме на прогулку давалось всего 2 часа в день. [25,135]

Жизнь политкаторжанок была бедна впечатлениями, так как ближайшими соседями была администрация, конвойные и уголовные. Жить кому-либо постороннему в районе тюрьмы запрещалось, разрешение на свидание приходилось брать у генерал-губернатора, что было очень трудно. В связи с этим за все время существования Мальцевской тюрьмы в течении нескольких месяцев в деревушке возле тюрьмы жили по особому разрешению отец и сын Анны Пишть, мать Каховской Ирины Августа Федоровна и сестра Марии Спиридоновой.[5,43]

Свидания разрешались сроком на один месяц. Но при этом не разрешалось делать передачи политической литературы и других документов, связанных с политикой. По истечении срока свидания, родные должны были отбыть из района расположения тюрьмы.

Сношение же каторжанок с внешним миром было исключительно через письма, проходившие конечно, цензуру начальника тюрьмы. Писать письма полагалось два раза в месяц. Довольно детальная переписка шла с Зерентуйской тюрьмой. Эта переписка вносила оживление в тюрьму, так как из Зерентуя получалась информация о воле, которую Мальцевитянки не могли иметь. Переписка шла, конечно, нелегальным путем, письма получали через уголовных женщин, которые ходили на свидание с уголовными мужчинами в Зерентуй, и через тюремного директора Рогалева. Рогалев приезжал в Мальцевку, обычно заходил в околоток, где оставлял свою шубу. Когда, уходя, он надевал шубу, она была уже полна записок и писем. Но однажды, что в шапке письма, забыв, он снял ее у начальника, и лишь дружеские отношения Рогалева с Павловским спасли положение дел.[22,48]

Так же переписка велась через солдат, с которыми сложились дружеские отношения. Но не всегда это удавалось. И спустя некоторое время эта операция провалилась. Начальство заподозрило существование целой военной организации, и была арестована группа солдат, а также прислан запрос о лицах, упомянутых в переписке. В тюрьму приезжали жандармы, вызвали Бордюкову, Штольтерфот на допрос.[24,178] Но жандармам так и не удалось раскрыть военную организацию. Они уехали ни с чем.[24,179]

В смысле режима, установленного для политических в Мальцевке, имелся ряд поблажек и незаконных вольностей. Установилось это само собой, без особой договоренности, никакой тюремной борьбы не велось, как это было в других тюрьмах. Так как начальство не давало для этого поводов. Так, например, бессрочницы не носили кандалов, как им полагалось, белье и платье носили свое, но как только появлялось начальство, шло спешное переодевание и закрывание камер, которые были открыты. Так появилась привычка прятать все незаконное в течении пяти минут, и тюрьмы окрашивалась в серый казенный цвет. [22,44] Режим на каторге определялся в большей мере тем, кем был начальник тюрьмы. Например, в Алгочинской тюрьме политические заключенные принимали яд или разбивали голову об стену. В это же время в Мальцевке заключенные всех категорий имели в режиме необходимый минимум, дававший возможность жить с сохранением своего человеческого достоинства, заниматься в свободное время наукой и развитием своей внутриобщественной жизни.[22,49] Тюремный день в Мальцевской тюрьме начинался в восемь часов утра. Проверка заключенных проводилась в шесть часов утра, когда все еще спали. Обслуживала каждую камеру своя дежурная. В обязанности дежурных входило, раньше вставать, убирать камеру, разделить белый хлеб и поставить самовар. Утренний чай пили каждый по своим камерам и после того, как дежурная помоет посуду в камере водворялась тишина.[22,23] В первое время камеры были открыты целый день, и благодаря этому, прогулка не была ограниченной. Летом почти все время до вечерней проверки женщины находились во дворе, но постепенно эти льготы отменялись. В течении длительного времени наиболее характерного для Мальцевки 1908-1910 годов, арестантки гуляли в определенные часы два раза в день по два часа, перед обедом и перед ужином.[22,29]

Обед и ужин были по звонку. Обедали в час дня, а ужин был в семь вечера. В основном это была пища невкусная и несытная. Официальная раскладка для приготовления пиши в тюрьмах Нерчинской каторги на одного человека в сутки показывала: мяса 32 золотника, крупы 18 золотников, картофеля 24 золотника, соли 8 золотников, чаю 1 золотник.[22,187] Но фактически, кроме ржаного хлеба, казенная порция к обеду сводилась к щам из гнилой капусты, с микроскопическими кусочками мяса, большей частью с душком.[22,188] В постные дни, т.е. в среду и в пятницу узницам полагалось на обед гороховый суп или постная рыбная баланда.[22,188]. Все это усугублялось тем, что кухня была в руках уголовных, и чтобы получить из общего котла суп, а не одну воду, политическим приходилось идти на хитрость и посылать на кухню с дежурной еще кого-нибудь, умеющего брать. В противном случае, на стол политкаторжан попадала баланда со дна, а «сливки» шли уголовным.[22,190]/

По казенному питанию каторжанки имели право выписывать добавочные продукты один раз на две недели на сумму 4 рубля 20 копеек на человека. [22,191]/

Но этих денег хватало лишь на покупку мыла, письменных принадлежностей, зубного порошка.

Такое положение женщин на каторге, по мнению царского правительства, должно отпугнуть их от дальнейшей политической активности. Но узницы не сломились, и в этом им помогло единство идеи и цели борьбы. Они и на каторге смогли сплотиться в коллектив, который даже там назвали коммуной, тем самым подчеркивая свое единство в борьбе против царизма.

Историю революционного движения невозможно рассмотреть без участия женщин в освободительной борьбе. Рассматривая женское движение, мы видим его зарождение еще до истока декабризма. Именно отсюда это движение приобретает массовый характер. И женщины вместе с мужчинами активно принимают участие во всех революционных выступлениях, за что по законам царского самодержавия попадают в тюрьмы и ссылались на долгие года каторги в Забайкалье.

Через Нерчинскую каторгу прошло 72 узницы, которые были сосланы и в обще сложности отбыли 400 лет и 9 месяцев тюрьмы, в том числе 353 года каторги. [22,231] они смогли вынести все тяготы тюремного заключения, и не отказались от своих идей, как бы этого не желало царское правительство.

Политическая каторга – обратная сторона революции. Поражение революции – победа каторги. И наоборот, победа революции – поражение каторги. А политическая каторга всегда была особым методом расправы царизма с революцией, с ее наиболее активными участниками, попавшим в плен самодержавной власти. Будучи определенной формой проявления классовой борьбы, как метод расправы господствующей власти с революцией, политическая каторга в своем историческом развитии переживала весьма существенные изменения.

Режим каторги и условия содержания политических заключенных зависели от течения общей репрессивной политики. Чем активней революционное движение, тем жестче карательная политика на каторге, тем хуже становится жизнь.

Женщины создали свою жизнь на каторге. Они создали нормальные условия быта, пытались, как то разнообразить свою обыденную каторжную жизнь.

Одним из занятий разнообразившим жизнь узниц в заключении было обучение тех, кто не смог получить должного образования на воле. Обучение проводилось группами и индивидуально, при этом каждый старался внести что-то свое в общее дело.

Так общими усилиями была создана тюремная библиотека, которой пользовались не только политические, но и уголовные заключенные. Каждый понимал в этих условиях, что выжить в одиночку невозможно и лишь помощь друг другу спасет многих. Организованной формой протеста против режима содержания женщин, они отказывались носить тюремную одежду, которая еще больше подчеркивала серость и обыденность тюремной жизни. При этом каждая имела свое платье, которое вопреки тюремному уставу носила.

И лишь при появлении вышестоящего начальства все быстро переодевались в казенное, пряча свое под матрац.

Так же они установили особую форму отношения с администрацией, не вступали в крайние конфликтное отношение, но и не уступали своего.

Было запрещено общаться один на один с администрацией, все вопросы должна была решать выборная староста, и если администрация не прислушивалась к старосте, то выступали всей коммуной в этом и был сформирован кодекс поведения, который позволил еще более сплотиться.

Все это особенно важно, так как на каторге в рассматриваемый период содержались в подавляющем большинстве представители эсеровской партии-партии, у которой на вооружении были крайние методы борьбы, т.е. индивидуальные террор.

За что они были сосланы на долгие годы каторги в Забайкалье. Но и это не сломило их, они выстояли и те, кто получил амнистию, продолжили свою борьбу с царизмом, которая закончилась победой революции и падением самодержавия.

Список использованных источников и литературы

  1. Источники
  2. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.IIII
  3. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.2,д.226
  4. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.III6
  5. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.II36
  6. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.226
  7. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.2,д.1212
  8. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.1106
  9. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.419
  10. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.4309
  11. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.1095
  12. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.255
  13. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.2,д.1092
  14. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.I,д.264
  15. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.2,д.262
  16. ГУ ГАЗК, Ф I, политотдел, оп.2,д.2760
  17. «Свод Учреждений и уставов о ссыльных. Свод законов Российской империи».-т.15,СПб.,1890.
  18. Биценко А.А.-«В.Мальцевской женской тюрьме»(1907-1910)г.г. Каторга и ссылка, 1923,№7
  19. Кастрюлина М. «Из воспоминания о женской каторге».Каторга и ссылка.-1926 №3
  20. Каховская И.К. «Из воспоминания о женской каторге».Каторга и ссылка.-1926 №2-2
  21. Радзиловская Ф.Н. «Мальцевская женская каторга». Каторга и ссылка, 1926, №2
  22. Радзиловская Ф.Н. «Мальцевская женская каторга». На женской каторге. -М., 1930
  23. Радзиловская Ф.Н. «Мальцевская вольная команда». На женской каторге. –М.,1930
  24. Радзиловская Ф.Н. Статистические сведения о составе Мальцевской и Акатуевской женской политической каторги. На женской каторге. –М.,1930.
  25. Орестова Л.П. Акатуевская вольная команда. На женской каторге. – М.,1930
  26. Плесков В. «Разные виды содержания каторжных». –М.,1927
  27. Спиридонова М.А. «Из жизни на Нерчинской каторге. – 1925 №1
  28. Спиридонова М.А. «Из жизни на Нерчинской каторге. – 1926 №1
  29. Фигнер В. «Тюремное звено». На женской каторге. –М.,1930
  30. Меттер П.Ф. «страничка прошлого» На женской каторге. –М.,1930
  31. Пирогова А.Ф. «на женской каторге», На женской каторге. –М.,1930,
  32. Гериет М.Н. «История Царской тюрьмы», в 5-ти т.-М,1960
  33. Подольская Л.Я. «Правовое положение политических каторжанок на Нерчинских заводах в 1900-1910г.г.- Иркутск,1980г.
  34. Скрепилев Е.А.»государственные правовые институты самодержавия в сибири».-Иркутск,1982г.
  35. Павлюченко Э.А. «Женщины в русском освободительном движении». –М.,1988.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top