Красева А.И.

С 2001 года, по благословению архиепископа Тверского и Кашинского Виктора, под руководством настоятеля собора о. Сергия Молоткова в Воронцово ведутся работы по восстановлению храма и освоению бывшей территории монастыря. Еще совсем недавно разоренный Благовещенский храм одиноко стоял на берегу реки среди леса. В 2003 году Воронцовскому Благовещенскому собору был присвоен статус памятника архитектуры федерального значения. Сохранение и возрождение пустынного храма осуществляется на благотворительные пожертвования [5].

30 мая 1897 года, на имя преосвященного Антонина, Епископа Псковского, поступило от землевладелец Холмского уезда вдовы капитана Софии Пфейфер и дворянки Клавдии Перепечиной прошение, в котором они заявляют о своем желании, чтобы в их имении была открыта и устроена женская Община, для устройства и обеспечения которой они жертвуют 200 десятин земли, то есть свое имение со всеми постройками и службами и даже инвентарем, но с таким условием, чтобы одна из жертвовательниц, Софья Пфейфер, имела право в одном маленьком флигельке прожить свой век до смерти.

Помимо этого, для постройки церкви София Пфейфер пожертвовала 500 рублей и некоторый материал, церковную утварь. Единственным побуждением своей просьбы госпожи Пфейфер и Перепечина выставили сознание важности монастырей в религиозно-просветительном их значении, как рассадников веры и благочестия.

Преосвященный Антонин возбудил пред Святейшем Синодом ходатайство по сему делу от 7 февраля 1898 года. Вместе с сим Преосвященный Антонин в своем представлении Святейшему Синоду от 9 февраля 1898 года ходатайствовал о назначении в Воронцовскую Общину начальницей монахини Леушинскаго монастыря Новгородской епархии Таисии, о которой игумения названного монастыря, тоже Таисия, свидетельствует как об одной из лучших сестер обители по благочестию и способности ко всякому послушанию [3].

Следует отметить, что уже 4 марта 1898 года Преосвященный Антонин получил из Петербурга следующую телеграмму от Таисии: «Вчера Синод утвердил Холмскую Благовещенскую общину». Телеграмму эту Владыка Антонин 12 марта сдал, к сведению, в Консисторию. Оказалось, что определение Святейшего Синода об учреждении Воронцовской Общины с наименованием ее Благовещенской состоялось лишь 19-26 августа 1898 года.

Временное заведование новоучреждаемой Общины было поручено игуменье Леушинской Новгородской епархии монастыря Таисии. Старица эта весьма энергично принялась за устроение вверенной ее попечению новой обители.

18 марта 1898 года матушка Таисия подает Преосвященному Антонину прошение, в коем ходатайствует о разрешении ей построить в новоучреждаемой Воронцовской Общине деревянный двух - этажный на каменном фундаменте корпус, по плану Санкт – Петербургского епархиального архитектора господина Никонова. Но, осторожный святитель лишь 16 сентября 1898 года разрешает эту постройку, после состоявшегося в августе определения Святейшего Синода об учреждении Воронцовской общины.

Указом Святейшего Синода от 5 сентября 1898 года, по которому учреждалась Воронцовская Община, в известность было поставлено Псковское Епархиальное начальство, что начальницей новой Общины назначается монахиня Ляушинскаго женского монастыря монахиня Таисия, если не встретится к этому препятствий со стороны Новгородского Архиепископа.

Учредительнице Общины Софии Пфейфер предоставлялось право на постоянное до кончины помещение в одном из зданий Общины. Впрочем, учредительница Софья Пфейфер в сентябре 1898 года просила «бесконечной доброты» Владыку Антония, чтобы он распорядился сверх помещения давать ей с сестрою: молоко от двух коров из числа 32 переданных ими Общине, и ежемесячно по три пуда ржаной муки. «Мысль о возможности питаться в преклонных летах мирским покаянием наводит на меня уныние», заканчивает свое прошение вдова капитана София Пфейфер. Ее просьба была удовлетворена [3].

27 сентября 1898 года состоялось укрепление за вновь учрежденной Благовещенской женской Общиной земли, пожертвованной вдовою капитана Пфейфер и дворянкой Перепечиной.

29 сентября было получено от Новгородскаго Архиепископа Феогноста согласие на увольнение из Леушинскаго монастыря монахини Таисии в Псковскую епархию, о чем Преосвященный Антонин и донес Святейшему Синоду 19 октября 1898 года.

Заботливый святитель Антонин 30 октября 1898 года предлагает Консистории изготовить для новой Общины печать, а также представить ему справку об узаконениях касательно устройства и положения женских Общин. Желание Владыки было исполнено, Консистория представила определения Святейшего Синода от 7-14 марта 1878 года и 9 мая 1881 года [3].

Из сообщения настоятельницы Общины монахини Таисии Преосвященному Антонину в феврале 1899 года известно о том, что была завершена постройка первого домового храма Общины, смежный с кельями для сестер и трапезою. Она просила разрешить освящение его во имя Богоматери, в честь Казанской иконы, так как эта икона была издревле чтимой, родовой в семье жертвовательниц Перепечиных. Монахиня Таисия просила благословить совершить освящение храма учредителю общины протоиерею о. Иоанну Сергиеву. Отчет в приходе и расходе денег по постройке храма настоятельница предоставила его Преосвященству после освещения храма.

Святитель Антонин ответил на данное прошение от 4 февраля 1899 года следующей резолюцией: «Покорно прошу о.протоиерея Иоанна Ильича совершить освящение новоустроеннаго храма в Благовещенской Воронцовской Общине. Духовная Консистория сегодня же предпишет настоятельнице Общины сделать распоряжение по сему делу» [3].

В феврале 1899 года батюшка о. Иоанн Кронштадский из города Холма написал Преосвященному Антонину: «По Вашему благословению святительскому церковь в селе Воронцове во вновь открытой женской Общине мною, в сослужении многих священников местных окольных церквей освящена в честь Казанския иконы Богоматери, при чем произнесено составленное мною приличное слово. О сем имею честь донести Вашему Преосвященству»[6].

После освящения храма в Воронцово святой Иоанн Кронштадский произнес следующую проповедь:

«Для чего строятся храмы? Храмы Божии созидаются и освящаются для нашего освящения и обновления. Без правды и святости, без покаяния и исправления никому угодить Богу нельзя и сподобиться Царства Небесного невозможно; вечному же осуждению и муке непокаянному человеку подпасть легко, иногда бывает до нее один шаг...

Господь Иисус Христос для того и сделался нашим Первосвященником и Спасителем, для того и воплотился и стал человеком, пребывая в то же время и безначальным Богом, чтобы быть нашим оправданием, освящением и избавлением, чтобы спасать нас, погибающих во грехах. Для этого Он установил богослужения и таинства, чтобы нас обновлять, укреплять, утешать, очищать и освящать» [5].

В марте 1899 года Владыка Антонин получил от начальницы Общины монахини Таисии отчет о построении первой домовой церкви при двух этажном деревянном на каменном фундаменте корпусе с кельями для сестер и трапезою и опись церковного имущества.

Известно, что здание построил подрядчик Климент Калинин, крестьянин деревни Святова, Галибицкой волости, за 5000 рублей. Весь лес был частью куплен, частью взят из дач пожертвованной помещицами земли: кирпич для бута и для печей обязан был поставить подрядчик, но из глины Общины, обжигал кирпич на земле и дровами Общины. Известь 1000 пудов доставила Община. Железо листовое, полосовое и связи железные, пиклицы дверные, оконные, печные, пикля, краски, масло и оконные стекла, все от Общины.

Все затраты по постройке произведены исключительно на средства благотворителей. В числе этих благотворителей значатся следующие лица: о. Иоанн Сергиев, пожертвовавший 6000 рублей, помещица Софья Пфейфер 1200 рублей, ее сестра Клавдия Перепечина с благотворителями 500 рублей, игумения Леушинская Таисия с благотворителями 1490 рублей. Всего было пожертвовано 9190 рублей. Употреблено на построение храма и корпуса 9173 рублей 40 копеек [3].

Следует отметить, что в 1901 году в городе Холме усилиями протоиерея о.Иоанна Кронштадского было приобретено подворье: часовня, дом и хозяйственные постройки.

В 1902 году при Воронцовской женской Общине была открыта церковно – приходская школа.

В декабре 1902 года протоиерей о. Иоанн Сергиев написал заступившему вместо почившего святителя Антонина, Преосвященному Сергию, Епископу Псковскому, письмо в котором говорил о том, что Община обладала значительным хозяйством. В том числе, она имела около 200 десятин плодородной земли, довольно упорядоченное хозяйство, около 30 голов скота и прочее. Благодаря неусыпным трудам начальницы с сестрами, хозяйство с каждым годом совершенствовалось.

В 1902 году о. Иоанн Кронштадский предоставил Общине подаренный ему участок в Петербурге на Очаковской улице с домом и надворными постройками, где его же иждивением был выстроен каменный трех-престольный храм с корпусом для келий сестер. В силу того, что все обозначенные угодья неоспоримо признавались источниками обеспечения обители, батюшка решил, своевременно ходатайствовать о возведении Воронцовско - Благовещенской Общины в монастырь, с таким числом сестер, которое он в состоянии будет содержать, с возведением начальницы Общины монахини Таисии в сан игуменьи. О чем покорнейше просил Его Преосвященство ходатайствовать пред Святейшем Синодом» [3].

В скором времени после данного прошения от 8 декабря 1902 года последовала резолюция Преосвященнаго Сергия: «Консистория немедленно даст делу надлежащие движение» [3].

Между тем Владыка сделал личный приказ Благочинному монастырей архимандриту Мефодию представить ему все нужные сведения о Воронцовской Общине. Благочинный 15 декабря донес Преосвященному Сергию что о. Иоанн Сергиев относится к Общине, как своему детищу, что в Общине всюду образцовый порядок – и в храме, и в трапезной, и в келлиях, лучше которого и желать невозможно, что всюду так и видится особенное молитвенное попечение об Общине ее основателя, известного всему миру христианскому – молитвенника протоиерея о.Иоанна Сергиева.

Уже в конце декабря 1902 года Владыка Сергий просьбу батюшки о. Иоанна представил на уважение Святейшего Синода.

Особое значение в дальнейшей судьбе Воронцовской Общины имел указ Святейшего Правительствующего Синода от 10 апреля 1903 года, по которому утверждалась: существующую в имении Воронцове, Холмского уезда, Воронцовско - Благовещенскую женскую Общину преобразовать в женский общежительный монастырь с таким числом сестер, какое обитель в состоянии будет содержать на свои средства, и назначить настоятельницею сего монастыря начальницу Общины монахиню Таисию, с возведением ее в сан игумении [1].

После этого указа, не дожидаясь возведения Общины в монастырь монахиня Таисия в первую очередь поставила вопрос о перемене печати Общины на печать монастыря, о чем и обратилась к Преосвященному Сергию с ходатайством в июне 1903 года. Владыка на данном ходатайстве положил довольно сердитую резолюцию, очевидно, с целью вразумления кого следует: «Община еще не возведена в монастырь установленным молитвословием, которое будет совершено мною после 15 августа» [3].

22 августа Преосвященный Сергий возвел Воронцовскую женскую Общину в женский общежительный монастырь – по требнику Петра Могилы, а монахиню Таисию возвел в сан игуменьи [3].

Именно стараниями святого праведного о. Иоанна Кронштадского Воронцовская Община была преобразована в монастырь.

Основными средствами дохода обители стали служить: поступления от вырученных продаж свечей, средств собранных в кошелек, высыпанных из кружки за молебны, обедни, проскомидию и сорокоусты, вырученные от продажи просфор, высыпанных из кружек на масло, украшение храма, деньги пожертвованные о.Иоанном Сергием, пожертвования иных лиц. В том числе доход монастырь получал за аренду ледников, за сдачу квартиры и земли в наем, за чтение Псалтыря и продажу крестиков, иконок, книжек и прочего.

Наибольшие расходы монастырь терпел от жалования средств причту и прочим лицам, на провизию для содержания сестер, на уплату мастерам, поденщикам и прочее, на строительный материал, дрова, хозяйственные принадлежности, на проезды сестер, личные расходы, уплату поземельных сборов за водоснабжение, за освещение электричеством, расходы на свечи, ладан, просфорную муку, церковное вино и иные расходы.

Мирно потекла жизнь обители под небесным покровом Богоматери. Но, Воронцовская обитель еще не имела ограды земной, вещественной, а этаэта ограда, была нужна, особенно в виду наступивших в 1905 году волнений и беспорядков, сопровождавшихся грабежами, поджогами и даже убийствами. По молитвам насельниц молодой обители и эта нужда была скоро удовлетворена добрыми людьми.

Так, 28 марта 1907 года игуменья Таисия обратилась к Архиепископу Арсению с прошением, в котором ходатайствовала о разрешении крестьянину Михаилу Волкову построить на его собственные, средства каменную ограду вокруг монастыря. Уже 30 марта 1907 года Владыка разрешил данное строительство. В конце ноября 1907 года игуменья Таисия сообщила Владыке Псковскому, что строительство ограды вокруг Воронцовского монастыря было завершено.

Длина всей ограды составляла 306 ½ саженей, на четырех углах имела четыре башни, над святыми воротами красивую арку, была покрыта железом, стоимость ограды 20000 рублей [3].

Игуменья смиренно просила исходатайствовать благодетелю Михаилу Волкову орден Святой Анна 3 степени. Но оказалось, что господин Волков 6 мая 1908 года по представлению Министерства императорского двора был награжден знаменем личного почетного гражданина. Таким образом, трехгодичный междунаградный срок тогда еще не прошел. Вопрос о награждении господина Волкова решено было возбудить в 1911 году.

31 мая 1910 года игуменья Воронцовского монастыря Таисия обратилась к Архиепископу Псковскому Арсению с прошением, в котором ходатайствовала о разрешении крестьянину Ярославской губернии Василию Федоровичу Пустошкину построить на его собственные, средства каменный пятиглавый храм о трех престолах со звонницею, в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, в память незабвенного основателя Воронцовской обители батюшки отца Иоанна Ильича Сергиева.

«Во вверенном мне Воронцовском женском монастыре, пишет Владыке игуменья Таисия, нет настоящего капитального храма, только в жилом деревянном корпусе открыт и освящен временный храм, в котором и совершаются службы Богу. А посему считая желание, господина Пустошкина делом Божиим, по молитвам дорогого батюшки отца Иоанна, прилагаю к сему план и самое прошение господина Пустошкина и смиреннейше прошу Ваше Высокопреосвященство разрешить господину Пустошкину означенную постройку и благословить начало его дело» [3].

К прошению игуменьи было приложено прошение и крестьянина Василия Пустошкина. В своем прошении на имя игуменьи Таисии господин Пустошкин написал следующее: «Свято храня память приснопамятного незабвенного нашего батюшки отца протоиерея Иоанна Ильича Сергиева, и возымев желание и твердое намерение на собственные средства выстроить вчерне   церковь, в основанном им Воронцовско-Благовещенском женском монастыре, каменную, пятиглавую, о трех престолах, с звонницею. Согласно прилагаемому плану, покрыть церковь железом, отштукатурить снаружи и внутри и сделать другие украшения, по моему усердию и усмотрению, насколько мне поможет Господь Батюшкиными святыми молитвами. А посему покорнейше прошу исходатайствовать на означенную постройку разрешение и милостивое благословение Высокопреосвященнейшаго Архиепископа Арсения» [3].

Владыка Арсений сдал оба прошения в Консисторию. План храма был отправлен 4 июня в Псковское Губернское Правление на заключение. Строительное отделение затребовало приложить к проекту постройки о расчете устойчивости сводов и пилонов, пояснительную записку и копию проекта. Все это игуменья Таисия представила при рапорте от 10 августа, а Консистория 24 августа препроводила в Губернское Правление.

30 сентября Строительное отделение одобрило план постройки, но с тем, чтобы при постройке были в точности выполнены исправления красными чернилами. В октябре Консистория определила возвратить проект церкви и предоставить господину Пустошкину строить церковь на свои средства, с соблюдением заключения Псковского Губернского Правления, если настоятельница возьмет на себя закончить постройку храма, под наблюдением архитектора. Определение это 20 октября 1910 года было учреждено Архиепископом Арсением.

В июне 1910 года Владыка потребовал от господина Пустошкина нижеследующую подписку: «В исполнение словесного требования Вашего Высокопреосвященства почтительнейше докладываю, что вознамерившись построить храм в Воронцовской женской обители, я руковожусь исключительно благоговейной памятью к усопшему о. Иоанну Сергиеву Кронштадскому, основателю этой обители, не предъявляя к ней никаких условий и обязательств, ни в настоящее время, ни в будущем. В чем и подписуюсь крестьянин Ярославской губернии Василий Федорович Пустошкин» [3].

Подписка хранилась в канцелярии Епархиального Архиерея. Епископ Псковский Алексий отправил данный документ в Консисторию, а копию – Обер-Прокурору Святейшего Синода. Так, с благословения Божия и Владыки Архипастыря, положено было начало построению Воронцовского храма на том месте, которое указано и освящено самим основателем обители о. Иоанном Сергиевым.

К лету 1910 года Высокопреосвященный Арсений освятил закладку нового храма, причем с необыкновенным воодушевлением и прочувствованностью: «Слава и благодарение Господу Богу, возлюбленные, что Он, Всемогущий, сподобил нас положить начало новому храму! Благодарю всех, пришедших сюда для молитвы. Особенно благодарю того, чье сердце подвинулось на такую жертву! Великая честь выпала для вас, создателей сего дома Божия. Доколе будет существовать этот храм, всегда будут помнить вас, создателей святаго храма сего. Еще не так давно здесь, среди этих лесов и мхов, ничего не было. А ныне красуется св. обитель, над основанием которой много потрудился угасший недавно светильник земли русской незабвенный молитвенник о. Иоанн Кронштадский. Им освящено и место настоящей закладки храма. И почем знать, может быть, его праведная душа давно созерцала, а его вещему сердцу тогда уже предносилось настоящее торжество наше… Ныне и дух его несомненно витает среди нас…» [3].

Таким образом, пятиглавый каменный храм во имя Благовещения Пресвятой Богородицы был построен. Однако, строители храма занесли в монастырские стены сектантские взгляды иоаннитов – последователей Мальтийского католического ордена. Слухи об этом в скором времени дошли до Псковской консистории.

В марте 1911 года состоялось собрание настоятелей и настоятельниц монастырей в покоях Преосвященного Епископа Алексия вверенной ему Псковской епархии.

Собрание настоятелей и настоятельниц монастырей епархии было вызвано главным образом Синодальным указом о привлечении святых обителей к участию в содержании церковно-приходских школ епархии. Владыка предложил собравшимся указать, какой монастырь и сколько, не навредив особым образом своим финансам, может ежегодно жертвовать на данный предмет. Оказалось, что почти все обители уже несут расходы по содержанию своих церковно-приходских школ, и расходы немалые.

Выяснилось, что со времени запрещения выдавать обителям сборные книжки, средства их очень сократились, так что некоторые из обителей, напр., Тихвинская Община в Ляхове, едва влачат свое существование, нищенствуя в буквальном смысле этого слова. Но, несмотря на такое стесненное материальное положение свое, обители все же отозвались на предложение Владыки и определили нижеследующие ежегодные взносы на содержание церковно-приходских школ епархии. В результате чего, взнос Воронцовского монастыря составил 10 рублей. Общая сумма ежегодных взносов от обителей составила до 305 рублей, в том числе включая взносы Воронцовского монастыря в сумме 19 рублей 60 копеек [2].

Выслушав доклад, Владыка опросил настоятелей и настоятельниц, как они относятся к процентному обложению монастырей на епархиальные нужды. Общий голос всех был таков, что данное обложение не под силу обителям, ибо он содержать на свои средства многочисленную братию, а нередко и причт, кормят нищих, каковых расходов приходы не несут, что монастыри и без того уже уплачивают епархии приличную сумму в 3309 рублей 40 копеек, не считая других чиновников консистории, на церковно-приходские школы. Выслушав все эти заявления, Владыка поручил благочинному монастырей архимандриту Никодиму обстоятельно переговорить об этом на местах, среди старшей братии обителей, и затем о результатах совещаний доложить ему, Владыке [2].

С 14-го декабря 1911 года в Воронцовском женском монастыре, начинается ряд бесед об иоаннитстве, которое, как утверждает народная молва, нашло себе место среди сестер монастыря, под влиянием уже 1 ½ года живущих там строителей храма, которые являлись иоаннитами. 14-го декабря проведена была в трапезной монастыря, в присутствии только сестер, беседа общего религиозно-нравственного характера, в которой выяснились положения о святости и Божественном происхождении веры Христовой, о необходимости крепко держаться ее, о значении монастырей в деле распространения христианства, о высокой нравственной жизни - как идеале монастырей и тому подобное [4].

16-го декабря была проведена в том же помещении вторая беседа. На ней изложена была основная догма иоаннитства и указана ее несостоятельность с Евангельской точки зрения: На этой беседе - кроме сестер монастыря, было много и рабочих – строителей храма и несколько местных крестьян [4].

18-го декабря в том же помещении и при тех же слушателях обоего пола проведена была третья беседа. На ней сообщен был взгляд самого о.Иоанна на иоаннитство и иоаннитов и те строгие осуждения его, которые он в любых возможных формах, словесно, либо рукописью и печатью посылал злоупотребляющим его иоаннитам. За Литургией же была произнесена проповедь миссионерского характера [4].

20-го декабря была память о. Иоанну и за Литургией снова произнесено было слово, по случаю и обстоятельствам. На четвертой беседе, был прочитан взгляд святителя Епифания Кипрскаго на современных ему еретиков гностического направления, которые по характеру своего вероучения могут быть признаны сродными иоаннитству.

Всего в Воронцовском монастыре в течении десяти дней, производились частные и публичные беседы об иоаннитстве. В том числе, присматривались к религиозной настроенности насельниц монастыря, чтобы проверить основательность возводимых на насельниц монастыря обвинения в принадлежности к иоаннитской секте. 23-го декабря 1911 года о данной работе было доложено Высокопреосвященству.

Исполняющий должность настоятельницы монастыря была назначена монахиня Алексия, а 20 августа 1912 года Воронцовскую обитель посетил Псковский епископ Евсевий. Приветствуя владыку, священник о. А. Федосов сказал: « … Недавно обитель переживала тяжелые времена сектантского владычества. В настоящее время… обитель освободилась от сектантства…» [6].

Октябрь 1917 года внес радикальные перемены в общественно-государственный статус монастырей. Согласно Декрету о земле церковь и монастыри лишались земельной собственности, национализация в декабре 1917 года частных банков, где духовенство имело вклады, поставило под контроль государства церковные капиталы, а начавшаяся с конца того же года национализация промышленности упразднила и те предприятия, которые принадлежали церкви (например, свечные заводы). Черту этим мероприятиям подвел 23 января (5 февраля) 1918 года Декрет СНК «ОБ отделении церкви от государства и школы от церкви». Хотя в Декрете подчеркивалось, что «здания и предметы, предназначенные специально для богослужебных целей, отдаются…в бесплатное пользование соответствующих религиозных обществ», любое монастырское или церковное здание по усмотрению местных властей могло быть занято для общественных целей.

После 1917 г. на базе монастырского хозяйства была образована сельскохозяйственная коммуна, которая, впрочем, вскоре распалась. Двухэтажный дом сестринских келий и трапезной был перевезен в поселок Плоскошь, и в нем размещалась средняя школа, а в 70-е годы он был разобран за ветхостью.

Таким образом, нам удалось освятить особенности возникновения и развития Общины, ее трансформации в монастырь. Огромное влияние на развитие монастыря оказала особая забота о. Иоанна Кронштадского. Он в значительной степени способствовал благоустройству обители, предоставил ей подаренный ему участок в Петербурге на Очаковской улицы с домом и надворными постройками, благодаря его усилиям Община была возведена в монастырь.

Нам удалось рассмотреть в некоторой степени источники доходов обители, расходы которые она претерпевала. Особое внимание было уделено построению пятиглавого каменного храма во имя Благовещения Пресвятой Богородицы и проникновению в монастырские стены сектантских взглядов иоаннитов.

В силу строгой ограниченности источников не удалось рассмотреть проблему земельных владений монастыря, данный аспект требует отдельного глубокого изучения. В стороне осталось изучение социального состава и особенностей монастырской жизни в данной обители. Эти и многие другие вопросы могут стать основой для последующего изучения истории Воронцовского Благовещенского монастыря.

Список использованных источников и литературы

  1. Псковские Епархиальные Ведомости. 1903. № 12. С.148-149.
  2. Псковские Епархиальные Ведомости. 1911. № 8. С.185-189.
  3. Псковские Епархиальные Ведомости. 1912. № 6 С.145-152.
  4. Псковские Епархиальные Ведомости. 1912. № 8 С.102.
  5. Сайт Воронцовского Благовещенского Собора Тверской епархии - Режим доступа: http://vorontsovo.info/
  6. Котов В.В. Холм на Ловати и его земля. Псков, 2000, С. 171.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top