Сидоров Д.В.

Значение земских органов в жизни России последней четверти ХIХ  – начала ХХ веков было весьма велико. По оценке профессора Российской академии государственной службы Г. А. Герасименко земскими учреждениями было развернуто около 30 тысяч школ, в которых одновременно обучались почти 2 миллиона детей; земства подготовили 45 тысяч учителей, которым улучшили условия работы, повысили заработную плату, выше стал авторитет педагогического персонала. Большинство школ получило собственные здания. За период существования земских учреждений смертность сократилась с 34 в 1887 году до 27 в 1917 году[1]. Наряду с образованием и медициной земства занимались статистикой, экономическим содействием сельскому хозяйству, промышленности и торговле, с их помощью активизировались агрономическая и ветеринарная службы.

Играя важную роль в хозяйственной деятельности, земство влияли на все стороны экономического быта, способствовали развитию материальной и духовной культуры, выступали инициаторами и практиками получения образования, влияли на социальные отношения, жизненный уклад. Сферой научного интереса настоящей работы выступает система земского самоуправления в Костромской губернии в конце ХIХ – начале ХХ веков. Подобное исследование представляет несомненный интерес для формирования целостного научного взгляда на развитие комплекса политических отношений и институтов, а также опыта построения конструктивного сотрудничества всех ветвей и всех уровней власти.

Костромская губерния – крупный и типичный регион Центральной России. Наряду с общими тенденциями и характерными чертами, развитие системы земских учреждений в исследуемом нами регионе, отличается и своей спецификой. Учитывая неоднородность развития губернии исследователи традиционно разделяют ее на три полосы: промышленную (Нерехский, Юрьевецкий, Кинешемский, Костромской уезды), лесистую (Макарьевский, Кологривский, Варнавинский, Ветлужский) и лесную (Галический, Солигалический, Буйский и Чухломской)[2]. Однако, между вышеназванными не существовало жестких границ, поэтому и исследуемая нами экономическая деятельность земских учреждений с разной степенью интенсивности и результативности осуществлялась по территории всей губернии.

Наибольший расцвет земство в Костромской губернии получило в период с 1890 года по начало Первой мировой войны (1914 год.). Первая хронологическая граница определяется изданием «Положения о земских учреждениях 12 июня 1890 года», обусловившего новый период в развитии земского самоуправления в Костромской губернии: во-первых, усилился контроль над их деятельностью со стороны губернской администрации (был введен институт губернского по земским делам присутствия); во-вторых, именно с начала 90-х годов XIX века земство начинает занимать одно из определяющих мест в экономической и социокультурной модернизации российской действительности. С началом Первой мировой войны изменился вектор общественно-политического и социально-экономического развития страны, наложивший существенный отпечаток на деятельность всего земского движения.

Следует отметить, что исследования по истории земства в России дают основания достаточно широко представить состояние развития земского самоуправления в конце ХIХ – начале ХХ века, но не вполне характеризуют то, что происходило в разных губерниях России. На костромском уровне рассмотрены некоторые проблемы экономической деятельности. В тоже время недостаточное внимание уделялось взаимодействию региональной власти и земских органов, компетенции уездных и губернских земских учреждений, структуре земских органов в контексте их деятельности, а также способах финансирования, как в целом все земской системы, так и той или иной сферы.

Целью работы является выявление влияния земства на социокультурное развитие Костромской губернии в конце XIX – начале ХХ века.

В работе использованы делопроизводственные материалы правительственных учреждений, государственных и частных предприятий, общественных организаций из хранящихся в Государственном архиве Костромской области (далее – ГАКО) фондов: отчёты, сметы, обзоры, исходящие от губернской земской управы; документы, сохранившиеся от работы различных земских комиссий, губернских земских съездов[3], совещаний, собраний различных категорий земских служащих[4], журналы заседаний разных обществ; (докладов и сообщений, заслушанных на этих заседаниях, публикации материалов о работе обществ[5]; документы полицейских учреждений губернского земского суда и его отделений. Интересным источником являются уставы общественных организаций[6].

Эти источники содержат в себе ценнейший материал, раскрывающий конкретную фактическую сторону многих граней деятельности костромского земства. При комплексном использовании они позволяют выявить методы и направления работы земских органов. Здесь содержатся необходимые статистические сведения, которые позволяют нам рассмотреть различные явления в развитии и в сравнении друг с другом (например, на губернском, уездном и волостном уровнях).

Материалы по истории земства имеют большое значение для подготовки трудов по истории системы земских учреждений и политической истории дореволюционной России, краеведческих исследований, для разработки методических пособий в рамках общеобразовательных историко-краеведческих учебных программ регионального компонента.

25 марта 1859 гола Александр II дал «высочайшее» повеление, цель которого сводилась к необходимости «определения будущего устройства всего хозяйственно-распорядительного управления в уезде, а также степени участия каждого сословия в этом процессе»[7]. 1 января 1864 года Александр II подписал указ правительствующему Сенату о введении в действие положения о земских учреждениях.

Целью деятельности создаваемых земских учреждений являлось «заведывание делами, относящимися к местным хозяйственным пользам и нуждам каждой губернии и каждого уезда, образуются губернские и уездные земские учреждения, состав и порядок действия коих определялся настоящим положением»[8].

Введение в действие Положения 1864 года в Костромской губернии возлагалось на временные уездные комиссии, состоявшие из предводителя дворянства, исправника, городского головы и чиновника от палаты государственных имуществ и от конторы удельных крестьян. Комиссии эти составляли избирательные списки и предположительно назначали сроки созыва избирательных съездов. И то, и другое окончательно утверждалось губернской временной комиссией, под председательством губернатора[9]. На первом земском собрании выбиралась управа, которой обычно поручалось представить к первому очередному собранию свои соображения по различным сторонам хозяйства и вступить в заведование имуществами и капиталами, передававшимися от дореформенных учреждений.

9 марта 1865 года в первую сессию костромского губернского земского собрания было принято постановление учредить губернскую управу, в составе председателя А. С. Миронова и 6 членов. Открывая собрание, костромской губернатор генерал-лейтенант А. П. Рудзевич обратился к губернским гласным со следующими словами: «Государю императору угодно благоугодно было управление местным хозяйством вверить самому земству. Вам, первые представители нынешнего земства, выпала на завидная обязанность доказать своими действиями, что русский народ вполне достоин даруемого ему права, что каждый из Вас сумеет действовать, забывая свои личные и сословные интересы»[10]. 11 марта была учреждена канцелярия губернской управы, которая подразделялась на страховой, статистический отдел и бухгалтерию[11].

Изначально предполагаемая компетенция костромского земства ничем не отличалась от общероссийских норм. К обязательным земским повинностям относились: сбор сведений о путях сообщения, предполагаемые работы для их улучшения; анализ состояния общественных продовольственных магазинов (управление делами по обеспечению народного продовольствия); сбор сведений «о местностях наиболее удобных для расквартирования войск»; заведование земскими повинностями, капиталами и имуществами земства; выяснение причин нищенства и способов его уменьшения (попечение об общественном призрении). Необязательные повинности составляло народное образование – «сведения об общественных школах»; развитие врачебной помощи[12]. Кроме того, следуя инструкции гласного Н. П. Дубровского земской управе от 12 февраля 1865 года, земство должно было собрать точные сведения о количестве и качестве земель уездов, составить общий вывод о положении народной промышленности «с целью разработки системы взимания земских повинностей»[13].

В первые выборы в губернские гласные было избрано 45 дворян, 4 купца, 1 мещанин, 7 священников, 7 крестьян (всего 64 человека)[14]. Социальный состав уездных земских гласных можно представить в виде таблицы[15]:

Таблица 3.

Губерния

дворян

дух. лиц

крестьян

прочих

итого

% дворян

Кострома

141

46

146

36

369

38,2

Ярославль

112

45

124

46

327

34,2

Тверь

231

22

200

63

516

44,8

Выборы 1886 года выявили следующие показатели (в %):

Таблица 4[16].

1 курия

Уездные земства

Дворяне

Купцы и прочие сословия

Крестьяне

Дворяне

Купцы

Крестьяне-собственники

Крестьяне – члены сельских обществ

– 12,6

+ 24,2

+ 5

– 5,5

+ 15,6

+ 2,7

– 4,2

Кроме того, в 4 уездах губернии (Ветлужский, Кинешемский, Макарьевский, Юрьевецкий) гласные – дворяне составляли менее 50 %[17].

Таким образом, более высокий процент представительства дворян на выборах в первые годы существования земских учреждений в Костромской губернии, объясняющийся   их уровнем образования и финансовым положением, повторяет общероссийский процесс их дальнейшего «вытеснения и замены   торгово-промышленной и сельской буржуазией и «третьим элементом», что, по мнению большинства исследователей, и предопределило реформу 1890 года.

После издания закона 1890 года в губернии в январе 1891 года было образовано Костромское губернское по земским делам присутствие, в состав которого входили от администрации – губернатор, вице-губернатор, управляющий казенной палатой и прокурор окружного суда, от земства – председатель губернской земской управы (губернский предводитель дворянства) и один губернский гласный[18]. Костромское губернское по земским делам присутствие «после предварительных консультаций с губернатором на 1 – 25 ноября назначило проведение избирательных съездов и волостных сходов для избрания земских гласных по новому избирательному закону на трехлетие с 1892 года»[19]. 24 июля 1892 года в Костромскую губернию поступило «предложение» Министра внутренних дел за № 7157 с целью «на новых основаниях исполнения всех необходимых распоряжений Положения 1890 года, а также по введению городской реформы в городе Костроме» реорганизации губернского по земским делам присутствия в Костромское губернское по земским и городским делам присутствие[20].

В ходе исполнения своих непосредственных функций земские органы Костромской губернии в конце XIX – начале ХХ века должны были согласовывать свою деятельность с губернской властью. Статья 87 Положение 1890 года давала право губернатору приостановки постановления земского собрания в случае, если оно «противоречит законам или поставлено с нарушением прав круга ведомства, пределов власти, либо порядков действия земских учреждений»[21]. В этом случае дело передавалось на рассмотрение в губернское по земским и городским делам присутствие.

Губернская власть уже с первых лет существования реформированной земской системы начала активно вмешиваться в конкретные направления деятельности земства, которое выступало не только в качестве «генератора идей», получавших свое реальное воплощение, но и являлось непосредственным исполнителем. Так в 1892 году губернатор в циркуляре предложений уведомил Губернскую управу об успехах первых курсов садоводства и огородничества, устроенных Тульским земством для учителей начальных училищ губернии. Он просил обратить внимание на «несомненную пользу этих курсов и в других местностях, где к тому представится возможность»[22]. Собрание приняло это предложение и поручило Костромской губернской земской управе командировать на двухнедельные курсы в Москве несколько учителей. Губернская администрация проявляла активность и в отношениях с уездными земствами. 20 декабря 1893 г. после выхода постановления о школах ремесленных учеников губернатором в Костромскую уездную земскую управу было отослано прошение на возможность назначения пособия от уездного земства на содержание такой школы в г. Судиславле и «о контакте с местными обществами для выяснения возможных пожертвований»[23]. В ответ на это Костромская уездная земская управа направила в губернскую управу письмо, что «крестьянскому населению нужны познания в ремеслах, которые восполнит школа ремесленных учеников. На что будет ежегодно отпускаться по 2 тысячи рублей, а вопрос о помещении решится совместно с Судиславским городским обществом»[24]. Таким образом, административная власть инициировала гипотетическое введение профессионального образования.

Вместе с тем костромское губернское земство проявляло дополнительные усилия по разработке и детализации законодательной базы. В 1900 году земское губернское собрание по предложению гласного В. В. Спасского ходатайствовало, чтобы «кроме местного обсуждения законопроектов на земских собраниях, были приглашаемы в центральные и местные правительственные учреждения земские представители, и чтобы им на этих совещаниях была гарантирована свобода слова и неприкосновенность личности»[25]. Необоснованные сложности работе земских учреждений доставлял запрет на официальное взаимодействие земств различных губерний. Костромское губернское земство в конце XIX века неоднократно обращалось к губернатору с просьбой направить в Сенат прошение о возможности межгубернского земского общения, но только 16 декабря 1902 года был принят первый закон «О взаимных между земствами перестрахованиях огневых рисков»[26]. Необходимо отметить, что земству в отдельных случаях удавалось корректировать государственную политику по отдельным направлениям. Определенные разногласия по изменению финансирования лечебных заведений вызвал новый «Лечебный устав» 1893 года. Костромское губернское земское собрание 10 июля 1893 года приняло решение направить в Министерство внутренних дел ходатайство с предложением «приостановить введение в действие устава до завершения работы по разграничению лечебных заведений по разрядам»[27]. После того как подобные заявления поступили из других земских губерний (Тверской, Вятской) действие устава было приостановлено. В 1900 году после опубликования нового продовольственного закона (12 июня), предусматривающего передачу продовольственного дела из компетенции уездных земств в ведение местных государственных учреждений – земских начальников и в губернские по крестьянским делам присутствия, костромское уездное земство направило в Департамент продовольствия МВД прошение о продолжении данной деятельности «в связи с опасностью голода»[28]. Административная власть также принимала определенные меры для избежания возможных неясностей законодательных правительственных инициатив и адекватного решения возникающих проблем. С начала 90-х годов XIX века проходили соединенные заседания Костромского губернского земского собрания и Костромской городской Думы на основании предложения губернатора. Постепенно аналогичная практика для более рационального и быстрого решения первоочередных вопросов начинает осуществляться и в уездах. Так, например, по совместному постановлению Юрьевецкой Городской Думы и уездного земского собрания, уездному земству в 1904 году был отдан участок городской общественной земли для постройки женской прогимназии[29]. В 1910 году после совещания инспекторов сельского хозяйства, Уполномоченных по сельскохозяйственной части и правительственных агрономов, принявших постановление о возможности предоставления сельскохозяйственного кредита, при Департаменте земледелия с целью «правильного функционирования учреждений при земских кассах мелкого кредита» был создан специальный отдел учреждений мелкого кредита. К функциям отдела относились «советы и разъяснения по вопросам деятельности земских касс»[30].

В 1892 году Костромской губернатор отмечал, что «костромское губернское земство отложило уже больший конец того пути, по которому, в сознании государственного характера своего установления, оно неуклонно шло к достижению конечной цели – содействовать улучшению местной жизни, как в области духовной, так и в экономической. Но путь этот становится нашему земству тесным и имеющиеся в его распоряжении средства воздействия на ту или иную сторону народной жизни становятся недостаточными».

Деятельность земства в социальной сфере в заявленный период развивалась по двум направлениям: развитие системы образования и здравоохранения в губернии. К моменту введения земских учреждений на территории губернии находилось 49 сельских школ, переданных дореформенными учреждениями в управление уездных земств[31]. Одним из главных направлений в деятельности земства в 70 – 80-е годы явилось обеспечение существующих и вновь открываемых школ преподавателями.

По справедливому замечанию исследователей 80-е – первая половина 90-х годов XIX века и «по признанию печати и общества» «назывались сумерками в русской истории»[32]. «Деятельность земства в это время не может быть творчески прогрессивной, тем более в той области, которая обращала на себя исключительное внимание правительства, именно в области народного образования»[33]. Многие инициативы земства, в том числе и вопросе о построении новой школьной сети, были парализованы Министерством народного просвещения Д. А. Толстого.

Подобный тезис косвенно подтверждает и динамика изменения удельного веса статьи расходов губернского земства на народное образование: в период с 1891 года по 1906 год она колебалась в пределах 4,5 – 6, 4 %. Подобная тенденция проявлялась и в уездных земствах. Так, например, в 1889 году Костромская уездная земская управа сообщала, что на народное образование в Костромском уезде расходуется в среднем 20000 рублей и что «в конце концов, расходы земства могут достигнуть размеров, непосильных земству»[34]. Но если до 1896 года по смете расходов переносятся лишь субсидии средним учебным заведениям, стипендии и пособия, то, начиная с 1896 года, земство обращает пристальное внимание на необходимость принятия комплексного решения для развития системы образования, а определенная стабильность в расходах во многом объясняется принятием 12 июня 1900 года закона о фиксации роста земского обложения. По нему земства имели право расширить свои расходы на народное образование не более чем на 3 % в год[35].

Созданная в 1894 году, по примеру Курского земства, комиссия по народному образованию предоставила в 1896 году сессии Костромского губернского земского собрания доклад, в котором предложила развивать деятельность по трем основным направлениям: во-первых, подготавливать собственный педагогический персонал посредством «открытия образовательной школы при Григоровской женской гимназии для ознакомления с практическими приемами ведения школьного дела»; во-вторых, проводить курсы повышения квалификации «учащих»; в-третьих, «организовать для бывших учеников народных школ повторительные классы» (не был утвержден земством)[36]. В 1897 году комиссия вносит еще несколько предложений: увеличить расходы выдаваемых с 1891 года беспроцентных ссуд, снабдить школы учебными пособиями. В рамках реализации этих предложений 2 – 20 июня 1896 года на средства Костромского губернского земства в Костроме были проведены педагогические курсы для учителей земских школ по арифметике[37]. Периодически подобные курсы проводились до 1904 года. В 1904 году участники курсов были вовлечены в политическую деятельность – «в июле 1904 года на собрании 40 народных учителей произносились антиправительственные речи и раздавались революционные прокламации»[38]. В этой связи проведение курсов было приостановлено до 1906 года, когда земская управа постановила выработать новый проект их организации[39]. С 1897 года беспроцентный строительный фонд расширяется до 60 тысяч рублей (по сравнению с 30 тысячами в 1892 году) и продлением срока уплаты на 5 лет (15 лет), а в 1898 году   этот фонд преобразовался в специальный капитал в 81 тысячу рублей и ему присваивается название «Капитал народного образования имени императора Александра Второго»[40]. Для снабжения школ учебными пособиями в расходы земства вносится 1200 рублей для организации библиотек. Так за период с 1897 по 1900 год в Костромском уезде было открыто 8 библиотек-читален при училищах. Особую группу составляли библиотеки, открытые земством на средства, завещанные книгоиздателем Ф. Ф. Павленковым «для открытия 2000 библиотек в наиболее глухих местах России». Лишь только в Кологривском уезде было открыто 4 подобных учреждения[41].

Таким образом, в 1890-е годы – начале ХХ века деятельность земства в области образования характеризуется попытками улучшения количественного и качественного состава школ. Только в Костромском уезде общее количество школ увеличилось с 58 в 1890 год до 70 в 1900 году[42].

В 1906 году правительство утверждает закон об отпуске земством пособий на введение всеобщего начального обучения[43]. Стабильная экономическая основа в виде гарантий – пособий государства (к 1910 году на народное образование тратилось 26 % губернского земского бюджета) привела лидеров земского движения к мысли о необходимости планомерного осуществления, исходя из накопленного опыта, необходимых задач по развитию системы народного образования.

Еще в 1900 году Министерство народного просвещения предложило к осуществлению программу формирования школьной сети. Это предложение за № 1055 от 13 марта 1900 года было разослано во все губернские центры, а оттуда и в уездные. Предполагаемая сеть   подразделялась на 2 отдела: городской и сельский. Первый – «совокупность средних и низших учебных заведений, мужских и женских гимназий и прогимназий, реальных училищ разного вида, городских, по положению 1872 года, ремесленных и профессиональных училищ и начальных двухклассных и одноклассных приходских училищ. Второй тип объединял «сельские училища»[44].

Для планомерной работы в области народного образования губернское земство в 1903 году создает новую совместную комиссию, в состав которой вошли представители земства, заведующие оценочно-статистическим и санитарным отделением, книжным складом. По мнению комиссии, главной задачей обучения должно стать «всестороннее гармоничное развитие духовных и физических сил». В 1908 году эта комиссия стала одним из подразделений специального отдела народного образования при губернской земской управе, занимавшегося разработкой перспективного развития народного образования и схемы учреждений   просвещения. 7 декабря 1910 года отдел подготовил и вынес на обсуждение губернского земства программу деятельности на ближайшие 10 лет, включающую 4 блока и обобщившую всю деятельность костромского земства в области образования: во-первых, дошкольное образование (ясли, детские сады); школьное образование; внешкольное образование; вспомогательно-просветительские учреждения[45].

Реализация данной программы была приостановлена с началом Первой мировой войны, когда в губернские и уездные земские органы поступило извещение Министерства народного просвещения, что «по обстоятельствам военного времени, оно не будет отпускать кредитов». Поэтому выполнение школьной сети пришлось сократить. Так, например, в 1914 году вместо запланированных 6 школ в Костромском уезде была открыта одна, а общегубернские расходы земства снизились до 5,2 %[46].

Другим направлением деятельности костромского земства в области социальной сферы стало развитие системы здравоохранения. До 1865 года заведование лечебными заведениями и попечение о народном здравии находилось в компетенции приказа общественного призрения. Постановка дела в данный период оставляла желать лучшего: врачебная помощь существовала только в городах – в Галичском, Костромском, Нерехтском уездах вся медицина была представлена городским врачом с 1 – 2 фельдшерами и акушеркой; другой медицинской помощи в уездах не существовало[47]. В первые годы существования земской медицины приоритетным направлением деятельности стало повышение количества медицинского персонала. В начале 90-х годов XIX века 12 уездов губернии (74292 квадратные версты, 1602042 жителя) были разделены на 43 врачебных участка с 67 фельдшерами и 21 акушерскими пунктами. Медицинский персонал во всех уездах состоял из 47 врачей, 136 фельдшеров и 60 акушерок[48]. В тоже время особое внимание уделялось медицинским заведениям города Костромы, так как именно в губернский центр шел основной поток больных. Прием приходящих больных в губернской больнице был бесплатный; бедным лекарства отпускались из губернской аптеки. Приходящие больные принимались ординаторами и иногда старшим врачом. В 1896 году состав медицинского персонала Костромской больницы, имеющей общегубернское значение, был представлен: старшим врачом (д. м. н. Н. В. Комаревский); ординаторами (А. И. Груздев, Н. А, Усольцев, и д. м. н. Г. Л. Гиршфельдт); 4 фельдшерами и 3 фельдшерицами; 4 сестрами милосердия; 2 повивальными бабками при родильном отделении.[49] Многие врачи заведовали несколькими отделениями больницы, что не позволяло обеспечить больным достойный уход и качественное лечение.

Таким образом, остро стоявшая проблема персонала на протяжении 70 – 80-х годов так и не была решена, хотя на здравоохранение к началу 90-х годов XIX века земством в губернии тратилось более 40 % бюджета. [См. Приложение 2]. Поэтому земство столкнулось с необходимость выработки новой концепции оказания медицинской помощи населению. На очередном съезде врачей и представителей земств 1893 года было констатировано, что «задачи лечебной помощи тесным образом связаны с общественно-санитарными»[50]. В этой связи «только постоянная медицинская организация, близкая к населению и состоящая из земских лечебниц со всеми необходимыми дополняющими их санитарными органами является единственно действительной мерой»[51].

Некоторое промедление в разработке обновленной системы здравоохранения было связано с дискуссией о принятом 10 июня 1893 года Лечебном уставе. Некоторые врачи – делегаты губернского земского собрания 9 – 16 марта 1895 года заявили, что «в случае введения нового устава лечебных заведений необходимо приступить к полному переустройству земской медицины и отмене этой статьи расходов на текущий год, так как требуется согласование смет с правилами и штатами нового устава, а его распространение происходит только на больницы, принятые земством от приказа общественного призрения (статья 1 и 4 устава)»[52]. Существовало и другое мнение, опирающееся на «Циркулярное разъяснение» Министерства внутренних дел от 9 декабря 1894 года, по которому «действие Лечебного устава распространялось на все лечебные заведения»[53]. Губернский съезд принял решение направить в Министерство внутренних дел прошение, два основных пункта которого содержали просьбу о «безошибочном разграничении лечебных заведений по разрядам»; «отказ от соединения обязанностей врачей, заведующих больницами с обязанностями, сопряженными с разъездами», а также ходатайство об отсрочке реализации устава[54]. После того как подобные заявления поступили из других земских губерний (Тверской, Вятской) действие устава в 1898 году было приостановлено.

На этом же съезде был выделен ряд первоочередных задач по развитию здравоохранения в Костромской губернии:   организация курсов для учительского персонала земских школ по вопросам школьной гигиены; организация народных чтений; дальнейшее оспопрививание населения и профилактика возникновения эпидемий; улучшение сельского водоснабжения; решение вопроса о неизлечимо больных (устройство хронических отделений и богаделен); организация постоянных лечебно-продовольственных пунктов. Первые две задачи были в рамках в целом просветительской деятельности земства – «необходимо организовать в уездах народные чтения и беседы для ознакомления населения со свойствами и сущностью эпидемических болезней и мерами борьбы с ними»[55].   Для реализации последних трех задач земские деятели оказались перед проблемой решения иных проблем – возможности слияния земской и фабричной медицины и координации деятельности городских властей и земских органов.

В 1896 году созвана специальная комиссия для разработки вопроса о слиянии фабричной и земской медицины. По уездам были разосланы специальные анкеты. В результате анкетирования сведения были получены от 28 фабрик и заводов, резюмируя которые комиссия пришла к выводу, что всего на фабриках и заводах фабричного района Костромской губернии (Кинешемский, Нерехтский, Костромской и Юрьевецкий уезды) работает 25550 человек; больниц и приемных покоев – 20, кроватей – 241, фабричных врачей – 6, фельдшеров – 21. При этом на некоторых заводах нет никакой врачебной организации, хотя, «исходя из своих размеров и количества рабочих, они по закону обязаны иметь хотя бы больничный покой»[56]. Но в общегубернском масштабе дальнейшая разработка была заморожена, так как «ни земства, ни владельцы фабрик и заводов не имеют в этом нужды, так как выполняют возложенные на них обязанности по устройству врачебной помощи самостоятельно». В тоже время подобные прецеденты объединения случались в частном инициативном порядке. Так, например, в1897 году правление Товарищества фабрики братьев Разореновых в селе Вычуге обратилось в Кинешемскую земскую управу с заявлением о том, что «оно желает организовать медицинскую помощь и врачебно-санитарный надзор совместно с уездным земством»[57].

Аналогичным образом разрешился вопрос и о координации деятельности городских властей и земских органов. Статьи 5 – 6 городового положения и 7 – 8 земского положения вменяют городам и земствам обеспечивать население врачебной помощью. Принятие Земское положение ранее городового послужило причиной обеспечение городского населения медицинской помощью исключительно земскими учреждениями. При этом город, и земство имели свое самоуправление и были независимы между собой, что противодействовало их конструктивному сотрудничеству. «Если будут точно определены основные обязанности по развитию здравоохранения в Костромской губернии между городами и земствами, то работа их будет более слаженная. Теперь же большинство городов не интересуется этим вопросом и не имеет своих врачей, так как земские больницы служат потребностям губернских городов»[58].

В рамках реализации принятой программы «о неизлечимо больных» по статье расходов «общественное призрение» 16 декабря 1902 года губернское земское собрание рассмотрело проект психиатрической лечебницы-колонии, разработанный архитектором А. Н. Большаковым. В 1903 году строительство колонии-лечебницы было начато. В этом же году здание на 80 больных возведено. В соответствии с планом застройки шло дальнейшее расширение. По высказыванию П. Е. Снесарева ''колония имеет вид фабрики; сходство усиливается благодаря высокой дымовой трубе''[59]. Перевод больных начался только в 1908 году, когда полностью было закончено строительство. Причиной задержки послужило, по словам автора планового задания И. С. Лебедева, желание «достижения принципа индивидуализирования болезненных форм»[60]. В феврале 1909 года все больные находились в Никольском, и психиатрическое отделение в Костроме было закрыто. В 1909 году в связи с переполнением больницы в 4 верстах от усадьбы Никольское в деревне Татариново был открыт патронаж, с этого момента учитывались и те больные, которые жили в этом патронаже[61]. По отчету А. А. Апушкина все строительство обошлось в 702 333 рубля 50 копеек[62].

В начале ХХ века костромское земство вновь вернулось к вопросу построения обновленной системы здравоохранения. По инициативе Костромского Общества врачей в 1900 году было создано санитарное бюро, к которому перешли вопросы санитарии и профилактики. Санитарным бюро являлось отделение при губернской управе, в обязанности которого входило исполнение работы по всем текущим врачебно-санитарным вопросам. Оно исполняло поручения губернской управы и вело переписку по врачебно-санитарной части, составляло доклады по санитарному отделу для губернского земского собрания, составляло программу губернского съезда, собирало, разрабатывало и издавало сведения о распространении различных заболеваний, а так же издавало ежемесячный врачебно-санитарный обзор губернии.

В 1903 году на губернском съезде земских врачей и представителей земских управ была выработана «Инструкция для деятельности уездных врачебно-санитарных советов», которые с этого времени являлись консультативными органами при уездных управах по решению вопросов, касающихся врачебного дела[63].

В 1904 году был создан Костромской губернский Санитарный Совет, заменивший собой периодические совещания Управы с врачами. На заседаниях Санитарного Совета рассматривались все вопросы по санитарному состоянию губернии, решались проблемы улучшения недостатков и упорядочения медицинской организации, а так же обсуждались доклады и вопросы уездных советов и санитарных врачей. На губернском санитарном совете присутствовали: председатель губернской и уездных земских управ; санитарные, ветеринарные и эпидемические врачи[64].

Поэтому на заседаниях Санитарного Совета заслушивался и   анализ   положения медицинского дела в уездах. Так, например, санитарный врач Солигалического уезда в своем отчете в 1905 году заявил: «Уезд в отношении земской медицины стоит выше среднего. Земство имеет собственную аптеку с «вольной продажей лекарств», которая является единственной во всем уезде. Лекарства выписываются дважды в год из Москвы. Родильных приютов земство не имеет, есть две родильные палаты по одной койке в каждой. Акушерский персонал состоит из фельдшерицы-акушерки и повивальной бабки. Ими же производится и оспопрививание (зарплата: по 10 копеек за 1 оспопрививание). Врачи дважды в год объезжают земские и реже церковно-приходские школы. Фельдшера же посещают школы по требованию. При осмотрах обращается внимание на трахому, чесотку и инфекционные заболевания»[65]. Совершенно иными по содержанию были отчеты Чухломских и Нерехстких врачей: «В уездах имелась лишь одна больница, а число врачебных участков оставалось без изменения с 1878 года. Земские больницы не имели родильного отделения. Оспопрививание производилось без метрических книг и проверок»[66].

Параллельно с созданием губернского Совета происходила организация сети уездных санитарных советов. На заседаниях Кинешемского уездного санитарного совета (как и по всей губернии) обязательно присутствовали председатель и члены управы, гласные земства, а также земские уездные санитарные и ветеринарные врачи[67]. На уездные советы  была возложена объединяющая и направляющая роль в рамках одного уезда. Через них устанавливалась связь уезда между уездной и губернской организацией, с одной стороны, а с другой – с более мелкими местными организациями – санитарными попечительствами.

По постановлению губернского врачебно-санитарного совета от 13 ноября 1904 года во всех волостях уездов, а также при школах «с целью выяснения и разрешения местных нужд в санитарном отношении» образовывались санитарные попечительства, в состав которых входил местный медицинский персонал, священники, крестьяне, мещане[68].

В 1906 году на очередном IX Губернском съезде врачей вновь была затронута проблема слияния земской и фабричной медицины. Одно из постановлений съезда гласило, что «на первую очередь необходимо поставить заботы о достижении согласия с земствами тех фабрик и заводов, которые не имеют своих отдельных фабричных врачей, да и по числу рабочих и не обязаны содержать при своих лечебницах постоянно живущих в них врачей»[69]. Кроме того, съезд признал необходимым включение в состав уездных санитарных советов фабричных врачей и фабричных инспекторов; рекомендовал врачебным советам «заботу об объединении врачебно-санитарной деятельности фабричной и земской медицинской организации»[70].

К 1915 году общественное внимание сконцентрировалось на нуждах военного времени. Общество охватил дух патриотизма: помощь фронту оказывалась в самых различных формах. В 1916 году Костромское земство выработало и принялось за реализацию плана организации помощи жертвам войны, главными составными частями которого была специальная физио-механо-ортопедическая помощь, функциональное лечение, изготовление протезов. Предполагалось наладить сеть оборудованных специальных ортопедических отделений уездных лечебниц. К декабрю 1916 года в Костромской губернии военно-увечных было 3 308 человек, что составляло 0,4 — 0,7 % всего мужского населения[71].

Таким образом, к 1910 году была закончена организация новой системы земского здравоохранения, предусматривающая создание структур, способных как к лечению, так и к профилактике заболеваний на губернском и уездных уровнях. При этом поднятый еще с начала 90-х годов XIX века вопрос о слиянии земской и фабричной медицины нашел свое решение в расширении сферы взаимодействия фабричных и заводских врачей посредством их совместного членства во вновь созданных структурах. Также была продолжена работа по повышению уровня квалификации работников медицинской сферы. Так ежегодно, начиная с 1898 года, в Санкт-Петербург на три месяца отправлялся участковый врач из одного уезда, на содержание которого выдавалось 400 рублей[72].

Таким образом, деятельность земства в социальной сфере, направленная на развитие системы образования и здравоохранения можно условно подразделить на два периода 1890 – 1895 года; 1896 – 1914 года. В первый период не наблюдается сколько-нибудь заметных инициатив земства в данной области. Начиная с середины 90-х годов XIX века земство начинает искать пути дальнейшего развития данной системы. При губернском земстве образуется специальная комиссия по народному образованию, выработавшая план развития все школьной сети, предусматривающий предоставление комплексных образовательных услуг населению. В начале ХХ века при губернском земстве формируется система санитарной помощи, охватившая не только губернский, но и уездные уровни. В рассматриваемый период происходит увеличение количественного состава земских служащих социальной сферы. Число земских школ к 1910 году возросло до 738, а работающих в них учителей до 1055[73]. Эта тенденция подтверждается и увеличением числа участников пенсионной кассы земских служащих. Стать членами кассы, по Уставу, могли лишь постоянные земские работники[74]. Так, если из 939 участников в 1901 году всего по губернии учащих приходилось 510 человек; медицинских служащих 295, то к 1911 году эта цифра возросла до 1154 учителей, 474 медицинских работников из 1874 участников[75].

Созданная в 1865 году в Костромской губернии земская система в целом соответствовала общероссийской практике. К обязательным земским повинностям относились: сбор сведений о путях сообщения, предполагаемые работы для их улучшения; анализ состояния общественных продовольственных магазинов (управление делами по обеспечению народного продовольствия); сбор сведений «о местностях наиболее удобных для расквартирования войск»; заведование земскими повинностями, капиталами и имуществами земства; выяснение причин нищенства и способов его уменьшения (попечение об общественном призрении). Необязательные повинности составляло народное образование – «сведения об общественных школах»; развитие врачебной помощи. Деятельность земских структур в Костромской губернии в конце XIX – начале ХХ века осуществлялась по следующим основным направлениям – создание разветвленной системы образования и земского здравоохранения.

Следует отметить, что для увеличения эффективности работы по данным направлениям Костромское земство создавало дополнительные внутренние подразделения (комиссии, комитеты, советы) и должности, которые в целом действовали согласованно и достаточно успешно выполняли свои основные задачи. Повышение количества профессиональных служащих, тщательность и комплексность анализа информации и системной выработки стратегии, ее реализация позволяли достичь значительных результатов по развертыванию системы всеобщего начального обучения и санитарно-врачебной помощи населению.

Но нельзя и преувеличивать эффективность работы земских учреждений, так как результативность их деятельности по данных направлениям в долгосрочной перспективе значительно снизились с началом Первой мировой войны вместе с уменьшением общего финансирования. Кроме того, системная работа над модернизацией собственных ресурсов во многом зависела от построения конструктивного диалога с административной властью, нередко создававшей необоснованные сложности.

Список источников и литературы

I. Источники

         1. Опубликованные источники

  1. Ведомость о ходе заразных болезней в Костромской губернии, составленная по сведениям, поступившим от земских врачей за июль. – Кострома, 1899.
  2. Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 1 – 2. – Кострома, 1907.
  3. Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 7 – 8. – Кострома, 1905.
  4. Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 10-12. – Кострома, 1914.
  5. Доклад III: О слиянии фабричной и земской медицины. // Труды VI съезда земских врачей Костромской губернии (3 – 13 марта 1898 г.). – Кострома, 1898.
  6. Доклады Костромской земской управы к очередной сессии Костромского уездного земского собрания 1896 года. – Кострома, 1896.
  7. Доклады Костромской губернской земской управы к очередному земскому собранию. – Кострома, 1880 – 1916.
  8. Доклады Костромской земской управы к сессии уездного собрания 1892 года. – Кострома. – 1892.
  9. Доклады Костромской уездной земской управы к 1896 году. – Кострома, 1896.
  10. Доклады Костромской уездной земской управы к 1896 году. – Кострома, 1896.
  11. Доклады Костромской уездной земской управы к 1900 году. – Кострома, 1900.
  12. Доклады Костромской уездной земской управы к очередному Костромскому уездному земскому собранию сессии 1888 года. – Кострома, 1888.
  13. Доклады Костромской уездной земской управы по народному образованию 1915 года. – Кострома, 1915.
  14. Ежегодник Костромского губернского земства за 1911 год. – Кострома, 1911.
  15. Костромская губернская земская больница. Благотворительное общество им. П.В.Исакова. Отчет о деятельности за 1906 год.- Кострома, 1906.
  16. Костромское взаимно-вспомогательное общество помощников врачей. Устав. – Кострома, 1902.
  17. Костромское губернское земство. Пенсионная касса служащих. Устав. – Кострома, 1899.
  18. Медицинский отчет за 1909 год. – Кострома, 1910.
  19. Медицинский отчет по костромской губернской больнице за 1898 г. – Кострома, 1899.
  20. Отчет Ветлужской уездной земской управы за 1901 год. – Кострома, 1901.
  21. Отчет Кологривской уездной земской управы за 1901 – 1908 года. – Кологрив, 1908.
  22. Отчет о деятельности Костромского взаимно-вспомогательного общества помощников врачей / Костромское взаимно-вспомогательное общество помощников врачей. Устав. – Кострома, 1907.
  23. Отчеты Костромской губернской земской управы к очередной сессии губернского земского собрания. – Кострома, 1890 – 1914.
  24. Отчеты санитарного бюро и санитарных врачей за 1903 год. – Кострома, 1903.
  25. П.С.З., III, 1902, т. ХХIII, № 22284.
  26. Положение о губернских и уездных земских учреждениях от 12 июля 1890 года. // С.З. – Т. 2. – 1892.
  27. Положение о губернских и уездных учреждениях от 1 января 1864 г.   //   П.С.З., II, 1867, т. XXXVIII, № 40457.
  28. Свод постановлений Костромского губернского земского собраний с 1904 по 1908гг. – Ярославль, 1909.
  29. Свод постановлений Костромского губернского земского собрания с 1904 по 1908 год включительно. – Ярославль, 1909.
  30. Труды IX Губернского съезда врачей Костромской губернии. Вып. 1. Доклады врачей делегатов о состоянии врачебно-санитарного дела в уездах. – Кострома, 1906.
  31. Труды IХ губернского съезда врачей Костромской губернии. Выпуск 1. Доклады врачей – делегатов о состоянии врачебно-санитарного дела в уездах. – Кострома, 1906.
  32. Труды губернского съезда врачей Костромской губернии. Доклады врачей делегатов. – Кострома, 1893.
  33. Устав земских лечебных заведений Костромской губернии. – Кострома, 1867.

         2. Научные труды участников земского движения конца – XIX начала ХХ века

  1. Андреев Я. Краткий очерк деятельности Костромского губернского земства по народному образованию. Приложение к докладам по народному образованию губернского земского собрания сессии 1906 года. – Кострома, 1906.
  2. Апушкин А. А. Призрение душевнобольных. –   Кострома, 1912.
  3. Апушкин А.А. Ревизионный отчет за 1910 год. – Кострома, 1912. – С. 22.
  4. Краткий очерк деятельности Костромского уездного земства. К 50-летию его существования   (16 февраля 1865 – 16 февраля 1915 года). – Кострома, 1915.
  5. Лебедев И. С. Медицинский отчет за 1906 год. –   Кострома, 1907.
  6. Френкель З. Г. Основной неразрешенный вопрос земской медицины. // Юбилейный земский сборник. – СПб., 1914.

         3. Документы и материалы архивов

Государственный архив Костромской области (ГАКО)

40. Ф. 143. (Костромское губернское по земским и городским делам присутствие)

         Оп. 1. –   Т. 1. – Д. 2.

         Оп. 1. – Т. 1. – Д. 600.

         Оп. 1. – Т. 3. – Д. 2426.

41. Ф. 146. (Костромское губернское по земским делам присутствие)

         – Оп. 1. – Д. 4.

42. Ф. 205. (Костромская губернская земская управа)

Оп. 1. – Д. 438.

Оп. 1. – Д. 165.

Оп. 1. – Д. 348.

Оп. 4. – Д. 102.

Оп. 4. – Д. 54.

4. Периодическая печать.

43. Костромские губернские ведомости. – 1865. – №. 9.

5. Статистические и справочные издания.

44. Материалы для истории г. Костромы. / Сост. Л. Скворцов. – Кострома, 1913. – Ч. 1.

45. Статистика поземельной собственности и населенных мест Российской империи. Вып. 2. Губернии Московской промышленной области. – СПб., 1881.

II. Литература

1. Монографии, очерки, сборники, статьи

46. Белоконский И. П. Земское движение. – М., 1914.

47. Бердова О. В. Культурная жизнь Костромской губернии в зеркале периодической печати конца ХIХ – начала ХХ века.– Кострома, 2002.

48. Веселовский Б. Б. История земства за сорок лет. – СПб., 1911. – Т. 3.

49. Герасименко Г. А. Земское самоуправление в России. – М., 1990.

50. Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР (конец XIX – начало ХХ века). – М., 1991.

51. Сорокин Н. В. Деятельность государственных и земских учреждений по изучению и развитию кустарных промыслов в 1874 – 1917 годах (на материалах Костромской губернии): Автореферат дисс.… канд. ист.наук. – Кострома, 1999.

52. Шипилов А. Д. Деятельность земства по развитию народного образования во второй половине XIX – начале ХХ века. // История России и Костромской край. – Кострома, 1993.

53. Шутов А. Ю. Земские выборы в истории России (1864 – 1917). – М., 1997.

[1] Герасименко Г. А. Земское самоуправление в России. – М., 1990.

[2] См. напр.: Статистика поземельной собственности и населенных мест Российской империи. Вып. 2. Губернии Московской промышленной области. – СПб., 1881. – С. 2; Сорокин Н. В. Деятельность государственных и земских учреждений по изучению и развитию кустарных промыслов в 1874 – 1917 годах (на материалах Костромской губернии): Автореферат дисс.… канд.ист.наук. – Кострома, 1999. – С. 2.

[3] См., напр.: Отчеты Костромской губернской земской управы к очередной сессии губернского земского собрания. – Кострома, 1890 – 1914; Доклады Костромской губернской земской управы к очередному земскому собранию. – Кострома, 1880 – 1916; Свод постановлений Костромского губернского земского собраний с 1904 по 1908гг. – Ярославль, 1909.

[4] См., напр.: Отчеты санитарного бюро и санитарных врачей за 1903 год. – Кострома, 1903.; Труды IХ губернского съезда врачей Костромской губернии. Выпуск 1. Доклады врачей – делегатов о состоянии врачебно-санитарного дела в уездах. – Кострома, 1906.

[5] См., напр.: Отчет о деятельности Костромского взаимно-вспомогательного общества помощников врачей / Костромское взаимно-вспомогательное общество помощников врачей. Устав. – Кострома, 1907.; Костромская губернская земская больница. Благотворительное общество им. П.В.Исакова. Отчет о деятельности за 1906 год.- Кострома, 1906.

[6] См., напр.: Костромское взаимно-вспомогательное общество помощников врачей. Устав. – Кострома, 1902.

[7] Герасименко Г. А. Земское самоуправление в России. – М., 1990. – С. 23.

[8] Положение о губернских и уездных учреждениях от 1 января 1864 г.   //   П.С.З., II, 1867, т. XXXVIII, № 40457, с. 526.

[9] Шутов А. Ю. Земские выборы в истории России (1864 – 1917). – М., 1997. – С. 15.

[10] Материалы для истории г. Костромы. / Сост. Л. Скворцов. – Кострома, 1913. – Ч. 1. – С. 315.

[11] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 4. – Д. 102. – Л. 11 – 12.

[12] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 165. – Л. 11.

[13] Костромские губернские ведомости. – 1865. – №. 9.

[14] Костромские губернские ведомости. 1865. – №. 9. – С. 67.

[15] Веселовский Б.Б. История земства за 40 лет. – СПб., 1911. – Т.3. – С.52.

[16] Захарова Л. Г. Земская контрреформа 1890 года. – М., 1986. – С. 17.

[17] Захарова Л. Г. Земская контрреформа 1890 года. – М., 1986. – С. 21.

[18] Положение о губернских и уездных земских учреждениях от 12 июля 1890 года. // С.З. – Т. 2. – 1892. – С. 17.

[19] ГАКО. – Ф. 146. – Оп. 1. – Д. 4. – Л. 3.

[20] ГАКО. – Ф. 143. –   Оп. 1. –   Т. 1. – Д. 2. – Л. 1.

[21] Положение о губернских и уездных земских учреждениях от 12 июля 1890 года. // С.З. – Т. 2. – 1892. – С. 17.

[22] Доклады Костромской земской управы к сессии уездного собрания 1892 года. – Кострома. – 1892. – С. 89.

[23] ГАКО. – Ф. 143. – Оп. 1. – Т. 1. – Д. 600. – Л. 6.

[24] Доклады Костромской земской управы к очередной сессии Костромского уездного земского собрания 1896 года. – Кострома, 1896. – С. 52.

[25] Белоконский И. П. Земское движение. – М., 1914. – С. 478.

[26] П.С.З., III, 1902, т. ХХIII, № 22284, С. 478 – 479.

[27] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 348. – Л. 4.

[28] ГАКО. – Ф. 143. – Оп. 1. – Т. 3. – Д. 2426. – Л. 28.

[29] ГАКО. – Ф. 143. – Оп. 1. – Т. 1. – Д. 600. – Л. 6.

[30] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 438. – Л. 6.

[31] Шипилов А. Д. Деятельность земства по развитию народного образования во второй половине XIX – начале ХХ века. // История России и Костромской край. – Кострома, 1993. – С. 91.

[32] Бердова О. В. Культурная жизнь Костромской губернии в зеркале периодической печати конца ХIХ – начала ХХ века.– Кострома, 2002. – С. 141.

[33] Андреев Я. Краткий очерк деятельности Костромского губернского земства по народному образованию. Приложение к докладам по народному образованию губернского земского собрания сессии 1906 года. – Кострома, 1906. – С. 5.

[34] Доклады Костромской уездной земской управы к очередному Костромскому уездному земскому собранию сессии 1888 года. – Кострома, 1888. – С. 5.

[35] Очерки истории школы и педагогической мысли народов СССР (конец XIX – начало ХХ века). – М., 1991. – С. 14.

[36] Андреев Я. Краткий очерк деятельности Костромского губернского земства по народному образованию. Приложение к докладам по народному образованию губернского земского собрания сессии 1906 года. – Кострома, – 1906. – С. 16.

[37] Доклады Костромской уездной земской управы к 1896 году. – Кострома, 1896. – С. 98.

[38] ГАКО. – Ф. 444, – Д. 1, – Л. 173.

[39] Свод постановлений Костромского губернского земского собрания с 1904 по 1908 год включительно. – Ярославль, 1909. – С. 277 – 278.

[40] Шипилов А. Д. Деятельность земства по развитию народного образования во второй половине XIX – начале ХХ века. // История России и Костромской край. – Кострома, 1993. – С. 91.

[41] Отчет Кологривской уездной земской управы за 1901 – 1908 года. – Кологрив, 1908. – С. 13.

[42] Подсчитано автором по: Доклады Костромской уездной земской управы к 1896 году. – Кострома, 1896; Доклады Костромской уездной земской управы к 1900 году. – Кострома, 1900.

[43] Бердова О. В. Культурная жизнь Костромской губернии в зеркале периодической печати конца ХIХ – начала ХХ века.– Кострома, 2002. – С. 35.

[44] См., например: Отчет Ветлужской уездной земской управы за 1901 год. – Кострома, 1901. – С. 67.

[45] См.: Шипилов А. Д. Деятельность земства по развитию народного образования во второй половине XIX – начале ХХ века. // История России и Костромской край. – Кострома, 1993. – С. 100.

[46] Доклады Костромской уездной земской управы по народному образованию 1915 года. – Кострома, 1915. – С. 32.

[47] Устав земских лечебных заведений Костромской губернии. – Кострома, 1867. – С. 11.

[48] ЦГАРФ. Ф. 1282, Оп. 3, Д. 549, Л. 4 – 26.

[49] Медицинский отчет по костромской губернской больнице за 1898 г. – Кострома, 1899. – С. 11.

[50] Труды губернского съезда врачей Костромской губернии. Доклады врачей делегатов. – Кострома, 1893. – С. 26.

[51] Френкель З. Г. основной неразрешенный вопрос земской медицины. // Юбилейный земский сборник. – СПб., 1914. – С. 417.

[52] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 348. – Л. 4.

[53] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 348. – Л. 12.

[54] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 348. – Л. 18.

[55] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 1. – Д. 348. – Л. 24.

[56] Доклад III: О слиянии фабричной и земской медицины. // Труды VI съезда земских врачей Костромской губернии (3 – 13 марта 1898 г.). – Кострома, 1898. – С. 125.

[57] Там же. – С. 131.

[58] ГАКО. – Ф. 205. – Оп. 4. – Д. 54. – Л. 13.

[59] Апушкин А. А. Призрение душевнобольных. –   Кострома, 1912. – С. 11.

[60] Лебедев И. С. Медицинский отчет за 1906 год. –   Кострома, 1907. – С. 20.

[61] Медицинский отчет за 1909 год. – Кострома, 1910. – С. 5.

[62] Апушкин А.А. Ревизионный отчет за 1910 год. – Кострома, 1912. – С. 22.

[63] Краткий очерк деятельности Костромского уездного земства. К 50-летию его существования   (16 февраля 1865 – 16 февраля 1915 года). – Кострома, 1915. – С. 60.

[64] Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 2.– Кострома, 1908. – С. 4.

[65] Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 7 – 8. – Кострома, 1905. – С. 43.

[66] См.: Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 10-12. – Кострома, 1914. – С. 52; Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 1- 2. – Кострома, 1907. – С. 3.

[67] Труды IX Губернского съезда врачей Костромской губернии. Вып. 1. Доклады врачей делегатов о состоянии врачебно-санитарного дела в уездах. – Кострома, 1906. – С. 54.

[68] Там же. – С. 69.

[69] Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 1 – 2. – Кострома, 1907. – С. 9 – 10.

[70] Врачебно-санитарный обзор Костромской губернии. Вып. 1 – 2. – Кострома, 1907. – С. 9 – 10.

[71] Материалы по общественному призрению в связи с войной, борьба с детской смертностью и туберкулезом в Костромской губернии. – Кострома, 1917. – С. 15.

[72] Ведомость о ходе заразных болезней в Костромской губернии, составленная по сведениям, поступившим от земских врачей за июль. – Кострома, 1899. – С. 38.

[73] Веселовский Б. Б. История земства за 40 лет. Т. 4. – СПб., 1911. – С. 229.

[74] Костромское губернское земство. Пенсионная касса служащих. Устав. – Кострома, 1899. – С. 3.

[75] Ежегодник Костромского губернского земства за 1911 год. – Кострома, 1911. – С. 68.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top