Раков А.А.

В связи с рассекречиванием новых массивов архивных докумен­тов, именно в последнее десятилетие вполне естественен приток ра­бот, описывающих процесс раскулачивания в различных регионах[1].

В то же время, после смерти крупнейшего специалиста по истории советского и российского крестьянства XX века В.П. Данилова (04.03.1925-16.04.2004) исследовательский интерес к теме раскула­чивания значительно ослаб[2], хотя она далеко не исчерпана. В связи с этим отметим, что ранее исследовательские работы, изучающие процесс раскулачивания, строились, в основном, на агрегированных данных; целенаправленному же анализу данных с мест, в том числе - на Южном Урале, уделялось значительно меньше внимания.

3 СМ., например: Раков А.А. Опыт анализа кулацкого хозяйства 1930 года: экономико-правовой и политический аспекты (создание базы данных по материалам Троицкого районного архива) / А.А. Раков // Южный Урал в судьбе России (к 70-летию Челябинской области: Материалы научно-практической конференции). Челябинск, 2003. С. 164-167; Rakow, A. ZurFragedermethodischenundhistoriographischenProblemederRekonstruktiondessozialenPortratsdesBauersimSudural, dessenGroBbauerntum1930 Liqui-diertwurde (90-erJahre) / A. Rakow// SommerschulederstipendiatinnenderHeinrich-Boll-Stiftung. Moskau, 2004. S. 49-52.

Данное исследование является продолжением работы автора[3]по созданию в СУБД MicrosoftAccessэлектронной просопографиче-ской[4] БД по раскулаченным крестьянам Южного Урала.

Создание базы данных «Раскулаченные крестьяне Южного Урала (1930-1934 гг.)» (БД «РКЮУ») преследует следующие цели: 1. ана­литическую; 2. справочно-информационную.

Проведенная в архивах работа позволила нам сформировать из имеющейся информации БД «РКЮУ» на 1024 записи . Эти записи размещены в 34 полях 8 таблиц (1 основной и 7 дополнительных) и представляют собой данные по 1 областному и 6 местным архивам Челябинской области.

Следует выделить 3 основных источника БД «РКЮУ»: 1. списки кулацких семейств, подлежащих выселению; 2. списки и характе­ристики лиц, лишенных избирательных прав[5]; 3. анкеты и личные карточки спецпереселенцев. При этом нельзя не отметить, что это источники с разным формуляром[6], поэтому, несмотря на относи­тельную полноту БД «РКЮУ» (29 из 34 полей заполнены более чем на 90%), некоторые поля оказались заполнены лишь час­тично. Исходя из характера источников, построение БД «РКЮУ» происходило по проблемно-ориентированному принципу.

Каждая запись представляет собой информацию по ряду переменных на 1семью (хозяйство) раскулаченных крестьян.

Вопрос о месте нахождения большого массива данных по раску­лаченным крестьянам заслуживает отдельного исследования - даже совокупные данные по ИЦ УВД и архивам Челябинской области не дают генеральной совокупности в числовом выражении. Отметим, что после Великой Отечественно войны многие архивы были закры­ты из-за нехватки помещений под больницы и другие учреждения, а документы сохранялись максимум на 10% от предвоенного уровня. Самые важные документы при этом отсылались в областной центр. Были и пожары: так, в 1948 г. сгорел архив в Копейске.

Как отмечают авторы солидного труда по методам статистиче­ского анализа[7], здесь налицо ситуация, когда сплошное изучение генеральной совокупности просто невозможно. Соответственно, ис­следователи должны использовать наиболее целесообразный для изучения массовых источников[8] выборочный метод110. Опираясь на математико-статистический подход[9], попробуем обосновать ре­презентативность рассматриваемой нами естественной выборки. В наших рассуждениях мы будем руководствоваться требованиями, предъявляемыми к обоснованию репрезентативности естественной выборки, важнейшими из которых являются равномерность выборки и репрезентативность ее отдельных элементов по отношению к со­ответствующим элементам генеральной совокупности[10].

Равномерность распределения иллюстрируется, с одной сторо­ны, территориальным распределением собранного материала, а с другой - соотношением естественной выборки и генеральной сово­купности.

10 Славко Т.И. Математико-статистические методы в исторических исследованиях / Т.И. Славко. М., 1981. С. 61.

С севера на юг Урал принято делить на Полярный, Приполярный, Северный, Средний и Южный. С запада на восток этот регион ус­ловно делится на Приуралье, Горный Урал и Зауралье. Однако поскольку «границы между основными частями Уральского хребта <...> не являются общепринятыми»[11], то, безусловно, были и другие варианты деления Урала [12].

Во времени и пространстве Южный Урал располагался на терри­тории не совпадающих друг с другом Уральской области (существо­вавшей в период 3.10.1923-17.01.1934), ее преемницы на интере­сующей нас территории, Челябинской области (17.01.1934 - выде­ление современной Курганской области 6.02.1943 - настоящее вре­мя), и собственно Урала.

«Урал - особый географический, историко-культурный и эконо­мический регион России. Его название, как и определение границ, менялось во времени»[13]. Последнее, впрочем, признавали и специа­листы по районированию: в конце 1920-х гг. они отмечали, что «во­прос о территории является наиболее спорным и трудным, в виду наличия нескольких расходящихся между собой источников и от­сутствия критерия их оценки»[14].

В официальной советской статистике того времени Южный Урал как регион не фигурировал, поэтому с целью получения необходи­мых статистических данных по искомой территории мы воспользу­емся формальным делением Уральской области на 5 полос: Северное Предуралье, Центральное и Южное Предуралье, Горнозаводской Урал, Северное Зауралье и Центральное и Южное Зауралье[15].

Из этих полос нас, прежде всего, интересуют 2 - Горнозаводской Урал и Центральное и Южное Зауралье, - так как именно они по­служили территориальным фундаментом для формирования Южно­го Урала. Каждая из этих полос состояла из 3 округов: Горнозавод­ской Урал - из Златоустовского, Ирбитского и Тобольского округов, а Центральное и Южное Зауралье - из Курганского, Челябинского и Троицкого округов[16].

Важно отметить, что, поскольку климатогеографические и этногра­фические границы исследуемого региона не совпадают с админист­ративно-территориальными, под «Южным Уралом» в данном иссле­довании подразумевается историко-экономический регион[17], зани­мавший в начале 1930 г. территорию 3 округов Уральской области, а именно: Златоустовского (территория - 16,6 тыс. км), Троицкого (43,0 тыс. км.) и Челябинского (28,2 тыс. км.)[18].

Итак, архивные изыскания проводились по 3 округам: Златоус-товскому, Троицкому и Челябинскому, - представленным в БД «РКЮУ» 12-ю районами: Бишкильским, Брединским, Златоустов-ским, Катавским, Миасским, Октябрьским, Подовинным, Полтав­ским, Саткинским, Троицким, Челябинским и Чудиновским. Пере­численные районы, в свою очередь, представлены в БД «РКЮУ» гор. Златоустом (2 семьи были раскулачены именно оттуда) и 74-мя сельсоветами[19].

Безусловно, важным является вопрос определения величины гене­ральной совокупности. Вследствие отсутствия соответствующей информации, мы не можем определить точный размер генеральной совокупности, однако на основе косвенных статистических данных мы можем получить представление об ее примерном объеме.

22 Константинов О.А. Уральская область. 3-е изд., перераб. и доп. с пятью картами / О.А. Константинов. М., Л., Государственное издательство, 1929

Резюмируя полученную в архивах информацию, нельзя не отметить ее разнородность и неполноту. Не хватает «информационного стержня» - конкретной информации по всем трем категориям; информации от ве­домства, которое и занималось раскулачиванием, то есть от ОГПУ. В этой ситуации следует обратиться к изданию документов Центрального архива ФСБ РФ, ранее недоступных для исследователей. Так, Справки №№1 и 2 Особого отдела ОГПУ о количестве выселенного и переселен­ного внутри Уральской области кулачества за 1930-1931 гг. дают сле­дующие цифры: в 1930 г. из Уральской области было выселено 16394раскулаченные семьи (76602 человека), а в 1931 г. - 12000 семей (60000 человек). Всего - 28394 семьи (136602 человека). Из них при этом в 1930 г. внутри Уральской области было переселено 14854 раскулачен­ные семьи (68047 человек), а в1931 г. - 12000 (60000). Всего - 26854 се­мьи (128047 человек)[20]. Оставшиеся 1540 семей (8555 человек) были пе­реселены в Ленинградскую область[21]. Итак, за 1930-1931 гг. в Уральской области было раскулачено 28394 семьи (136602 человека), из них внутри Уральской области переселено 26854 семьи (128047 человек)[22]. В 1932 г. на Урале, по расчетам СПО[23] ОГПУ, планировалось переселить 2000 семей[24], а в 1933 г., по планам ОГПУ должны были выселить еще 1000[25]. Таким образом, мы получаем количество раскулаченных семей за 1930­1933 гг. в Уральской области - 31394 семьи или 151005 человек[26].

Отметим, что структурно указанные выше Справки №№ 1 и 2 Особого отдела ОГПУ близки к выставленному, к сожалению - без архивной ссылки, на сайте Библиотеки Конгресса документу[27].

После получения конкретной цифры по раскулаченным хозяйст­вам в 1930-1933 гг. нам важно понять, во-первых, почему происхо­дит явное снижение темпов раскулачивания, а во-вторых, попытать­ся определить, было ли статистически значимым количество раску­лаченных хозяйств в 1934 г. на территории Уральской области. Для этого проследим соответствие заявленным ОГПУ планам по раску­лачиванию реальности в следующей таблице:

Таблица 1. Соотношение планируемого и реального количества раскулаченных крестьян в Уральской области за 1930-1934 гг.

Планируемое ОГПУ количество раскулаченных се­мей (план 1930 г.)

Реальное количе­ство раскулачен­ных семей

Коррекция первона­чального плана ОГПУ после кампа­ний 1930-1931 гг. на последующее время

1 категория:

4000-5000[28],

2 категория: 10000-15000[29],

3 категория: 4500[30]; Итого: 18500-24500 семей

1930:16394 (76602 человека),

1931: 12000 (60000

человек); Итого: 28394 се­мьи (136602 чело­века)[31]

1932: 2000, 1933: 1000;

Итого, учитывая ко­личество раскулачен­ных в 1930-1931 гг.: 31394 семьи

Мы можем сказать, что план ОГПУ был перевыполнен уже к концу 1931 года, причем в редакции с предельно допустимым коли­чеством раскулаченных крестьян. Видимо, это и послужило причи­ной существенного падения количества раскулаченных семей в 1932-1933 гг. Надо сказать, что следующий ориентировочный план выселения кулаков был разработан в ОГПУ на основании Директи­вы-инструкции ЦК ВКП (б) и СНК СССР «О прекращении массо­вых выселений крестьян, упорядочении производства арестов и раз­грузке мест заключения» от 8 мая 1933 г.

О падении темпов репрессивной политики вообще после 1933 г. говорят и авторитетные ученые - составители различных сборников документов теме коллективизации и раскулачивания В. Данилов, Н. Верт, А. Берелович и Л. Самульсон, которые считают, что в 1934 г. «масштаб репрессий немного уменьшился»[32].

На основании изложенного мы будем считать цифру в 31394 рас­кулаченные семьи окончательной для Уральской области в 1930­1934 гг. Разумеется, эта цифра носит ориентировочный характер, так как в нее не входят раскулаченные, но не переселенные семьи.

35 Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и материалы. В 4-х т. / Т. 3. 1930-1934 гг. Кн. 2. 1932-1934 гг. / Под ред. А. Береловича [и др.]. М., РОССПЭН, 2005. С. 694.

Теперь нам надо найти количество раскулаченных хозяйств Юж­ного Урала. В единственном документе, где присутствует пла­новая разбивка количества раскулаченных Урала по округам[33], мы находим, что три округа, составляющие Южный Урал, дают нам 4700 из 15200 семей по 2 категории и 1400 из 4685 по 1 категории («контрреволюционный актив»). Итого: 6100 из 19885 или

30,68%. Поскольку у нас нет аналогичных данных по 3 категории, то для получения доли Южного Урала в количестве раскулаченных по 3 категории семей мы подсчитаем удельный вес Южного Урала в составе Уральской области как величину отношения сельского насе­ления трех составляющих его округов к общему количеству сель­ского населения Уральской области (16 округов): (97680 + 270248 + 424304)/(136081 + 97680 + 258002 + 421243 + 152557 + 439673 + 459454 + 493289 + 482257 + 272097 + 230147 + 170485 + 270248 + 438340 + 424304 + 644217)[34] = 793032/5390074 = 0,1471 или 14,71%. Отсюда мы выведем планируемое количество раскулаченных по 3 категории на Урале: 4500[35]*0,1471 = 662 семьи. После этого мы мо­жем найти долю Южного Урала в общем количестве раскулаченных хозяйств Уральской области. Для этого прибавим полученную циф­ру раскулаченных семей по 3 категории к имевшемуся у нас количе­ству семей, раскулаченных по 1 и 2 категориям: 662+6100 = 6762 семей из 24385 (4500+19885) или 27,73%. Отсюда, наконец, мы можем получить примерную величину генеральной совокупности: 31394*0,2773 = 8705 раскулаченных семей по всем 3 категориям, исходя из которой можно подсчитать, что наша выборка составляет 11,76%[36] (1024/8705*100%).

Теперь для рассмотрения равномерности распределения собран­ного материала выберем по БД «РКЮУ» 4 наиболее представитель­ные возрастные группы глав семей на и сведем значения основных переменных по ним в следующей таблице:

Как видно из данных таблицы 2, по качественным переменным наша выборка получилась достаточно ровной: по 4-м основным воз­растным группам совпадают пол главы семьи; его национальность; его трудоспособность; отсутствие у него службы в армии; 2 катего­рия, по которой раскулачили; наконец, год раскулачивания (1930). Кроме того, распределение значений переменной «возраст главы семьи» таково, что ее средние значения оказались в середине своих возрастных групп.

Что касается количественных переменных, то большинство их значений (в частности, все значения переменных «количество лоша­дей» и «количество коров») попадает в доверительные интервалы, рассчитанные для средних значений по БД «РКЮУ».

Учитывая подсчитанные меры среднего по БД «РКЮУ», было бы интересно рассмотреть, насколько «ровным» было территориальное распределение выборки. Для этого подсчитаем средние значения основных переменных БД «РКЮУ» по округам и Южному Уралу в целом и найдем для них доверительные интервалы по следующему алгоритму:

  1. воспользовавшись статистическим пакетом SPSS, подсчитаем среднее квадратическое отклонение а (или s), которое вычисля ется по формуле: \±(( - xУ
  2. найдем стандартную ошибку выборки и, которая выражается формулой и = а / 4n, где а - подсчитанное нами среднее квадрати­ческое отклонение, а n- объем выборки;
  3. определим предельную ошибку выборки А, которая задает длину доверительного интервала, по формуле Л = t/i, при коэффици­енте t= 1,96, то есть с доверительной вероятностью (надежностью) P = 95%;
  4. найдем доверительный интервал для каждого значения сред­него арифметического x+tju.

Результаты проделанной работы представлены в таблице 3.

Курсивом в таблице 3 выделены доверительные интервалы выбо­рок переменных по округам, средние значения которых не перекры­ваются с доверительными интервалами выборки по Южному Уралу. Как следует из таблицы 3, наиболее ровное распределение по окру­гам дает переменная «количество коров»: все ее окружные значения перекрываются с доверительным интервалом, построенным по этой переменной для Южного Урала.

По количеству лошадей «верхнее» значение переменной по Зла-тоустовскому округу (3,04) лишь немного «не дотягивает» до «ниж­ней» границы доверительного интервала по Южному Уралу (3,06). Различия в данных по посеву объясняются спецификой округов: ес­ли Златоустовский округ традиционно представляет собой горноза­водский промышленный район с развитой металлургией на террито­рии, занятой горными и лесными массивами, которые оставляют мало свободного места для сельскохозяйственных угодий, то Троиц­кий округ - наоборот, степная безлесная зона с развитым сельским хозяйством. О «промышленном» уклоне Златоустовского округа, в частности, свидетельствуют и самые низкие из трех округов величи­ны переменных по количеству лошадей и коров.

По данным таблицы 3 можно сделать вывод, что, согласно нашей выборке, наиболее типичным для Южного Урала по основным ко­личественным переменным является Челябинский округ.

Как уже отмечалось, отсутствие обобщенных статистических данных, касающихся раскулаченных крестьян Уральской области, зафиксировано как в архивных документах, так и в выводах экспер­тов, поэтому, с нашей точки зрения, целесообразно ограничиться рассмотрением репрезентативности основных элементов выборки. В следующей таблице сведены интересные данные:

  • меры среднего (среднее арифметическое значение для коли­чественных и мода для качественных переменных) по Южному Уралу на основе БД «РКЮУ»;
  • доверительные интервалы для этих значений количествен­ных переменных по нашей выборке, найденные по алгоритму, при­менявшемуся нами для получения показателей в таблице 3;
  • статистические данные на 1928 г. по некоторым количест­венным переменным в среднем на 1 крестьянскую (не кулацкую) се­мью Уральской области;
  • наконец, сводные данные по раскулаченным хозяйствам Уральской области, которые нам удалось найти только у Т.И. Слав­ко и А.Э. Беделя.

«Ломоносов-2007»: лучшие доклады Таблица 4. Основные характеристики социального портрета раскулаченных крестьян

41Данные приведены на 1928 г. по: Состояние сельского хозяйства и работа
в деревне на Урале. Сост. по материалам Уралстатуправления, ОблЗУ и
отдела по работе в деревне Уралобкома ВКП (б). Свердловск, издание Ура-
лобкома, 1929. С. 8-9.

43Сводные данные о национальном составе отсутствуют, но ясно, что на
первом месте русские, а на втором украинцы. Подробнее см.: Земсков В.Н.
Спецпоселенцы в СССР, 1930-1960 / В.Н. Земсков. М., Наука, 2003. С. 43.

Переменные

Южный Урал (по БД «РКЮУ»)

Доверитель­ные интерва­лы к количе­ственным пе­ременным Южного Ура­ла с вероят­ностью P = 95%

Уральская область

(в среднем на 1 крестьянское хо­зяйство)

Уральская область[37](в среднем на 1 ку­лацкое хозяйство)

 

Национальность главы семьи

Рус­ский

   

Рус­ский

 

Количество че­ловек в семье

5,12

± 0,13

 

4,2

 

Количество трудоспособных членов семьи

3,05

± 0,09

 

1,6

 

Количество не­трудоспособных членов семьи

2,07

± 0,10

 

2,6

 

Год лишения

избирательных

прав

1929­1930

   

1929

 

Восстановление в избиратель­ных правах

Не вос-станов-

лен

   

Не вос-станов-

лен

 

Категория,

по которой

раскулачили

2

   

2[38]

 

Отмена

раскулачивания

Не от­менено

   

Не от­менено

 

Посев в год пе­ред раскулачи­ванием, дес.

9,95

± 0,56

3,60

2-3

 

Количество лошадей

3,18

± 0,12

1,72

1

 

Количество коров

3,07

± 0,16

1,42

1

 

Количество овец

7,25

± 0,60

3,91

3

Учитывая, что данные средних переменных Т.И. Славко и А.Э. Беделя по раскулаченным хозяйствам Уральской области ока­зались ниже, чем аналогичные значения по не кулацким хозяйствам того же региона накануне коллективизации, нам представлялось не­обходимым построить доверительные интервалы, что и было сдела­но. Тем не менее, прокомментируем возможные причины расхожде­ний.

Различия в среднем размере семьи по БД «РКЮУ» по сравнению с Уральской областью можно объяснить большой для нашей выбор­ки величиной стандартного отклонения в 2,14 человека при среднем размере семьи в 5,12 человека и, соответственно, коэффициентом вариации V = 2,14/5,12*100% = 41,79%, характеризующим неод­нородную выборку.

С другой стороны, косвенные данные о большем размере семьи в среднем по Уральской области, чем это указано у Т.И. Славко и А.Э. Беделя, мы находим в издании Уральского областного бюро стати­стики труда за 1926 г.: «<...> средний размер семьи рабочих - 4,76 человека, что почти в 2 раза ниже обычных средних размеров в кре­стьянских хозяйствах области»[39] (курсив везде мой - А.Р.).

А указанное Т.И. Славко и А.Э. Беделем соотношение трудоспо­собных и нетрудоспособных среди членов раскулаченной семьи как 1,6:2,6 входит в явное противоречие с рекомендуемой органам на местах пропорцией 6:4 (3:2), причем это соотношение явно просмат­ривается на средних числах нашей выборки (3,05:2,07). Более того, выселению подлежали только те кулацкие хозяйства, которые имели в своем составе трудоспособных мужчин[40].

Более чем трехкратное отличие в посеве с данными Т.И. Славко и А. Э. Беделя объясняется несколькими факторами: с одной стороны, неоднородностью данных БД «РКЮУ» (от 0 до 85 дес.); а с другой - преобладанием в нашей выборке 1929-1930 гг. с очень высо­кой величиной посева, как это отражено в приведенной ниже гисто-грамме[41]:

Динамика падения средней площади посева в раскулаченных
________ хохяйствах по нашей выборке (1929-1932 гг.)____________

11,5

     
     
   

5,7

     

1 1

3,7 3,3

         
 

____

 

____

1 1

1929 год 1930 год 1931 год 1932 год

Нельзя не отметить, что проиллюстрированная гистограммой по данным БД «РКЮУ» картина падения посева логично дополняется сведениями о сокращении площади посева на Урале в предшест­вующий период, то есть в 1926-1928 гг., соответственно, с 4885 тыс. дес. до 4556 тыс. дес.[42]

Таким образом, БД «РКЮУ», согласно сделанным нами стати­стическим срезам, является вполне репрезентативной для реконст­рукции социальный портрет раскулаченных крестьян Южного Урала и позволяет выявить общее и особенное в процессе раскулачивания в рассматриваемом регионе по сравнению с Уральской областью.

[1] СМ., например: Уйманов В.Н. Массовые репрессии в Западной Сибири в конце 20-х - начале 50-х гг.: автореф. дис. ... канд. ист. наук / В.Н. Уйма­нов. Томск, 1995; Еремин А.С. Коллективизация крестьянских хозяйств на

Среднем Урале (Ирбитский феномен): автореф. дис. ... канд. ист. наук / А.С. Еремин. Екатеринбург, 1997. Для ознакомления с историографиче­ским обзором темы раскулачивания на Урале в постсоветский период см.: Раков А. А. Раскулачивание на Урале: новейшая отечественная историогра-

ия / А.А. Раков // Новый исторический вестник. 2007. № 1 (15). С. 94-100.

Крупные сборники документов «Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и материалы. В 4-х т.» и «Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930-1940: В 2 кн.», в подготовке которых В. П. Данилов принимал самое активное участие, полностью были опубликованы уже после его смерти, чем, пожалуй, только подчеркнули, какого выдающегося исследователя потеряла историческая наука.

Среднем Урале (Ирбитский феномен): автореф. дис. ... канд. ист. наук / А.С. Еремин. Екатеринбург, 1997. Для ознакомления с историографиче­ским обзором темы раскулачивания на Урале в постсоветский период см.: Раков А. А. Раскулачивание на Урале: новейшая отечественная историогра-

ия / А.А. Раков // Новый исторический вестник. 2007. № 1 (15). С. 94-100.

Крупные сборники документов «Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и материалы. В 4-х т.» и «Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930-1940: В 2 кн.», в подготовке которых В. П. Данилов принимал самое активное участие, полностью были опубликованы уже после его смерти, чем, пожалуй, только подчеркнули, какого выдающегося исследователя потеряла историческая наука.

[4]Под «просопографией» в самом общем смысле с начала 90-х гг. понима­ется жанр исследования, предполагающий изучение массовых источников с целью создания на их основе динамических «коллективных биографий» определенных социальных групп, страт и т. п. Подробнее см.: Юмашева Ю. Ю. Источниковедческие проблемы создания просопографических баз данных / Ю. Ю. Юмашева // Информационный бюллетень Комиссии по применению математических методов и ЭВМ в исторических исследовани­ях при Отделении истории АН СССР. Специальный выпуск. 1992. № 7. Декабрь.

[5] Из исследованных списков «лишенцев» и происходила выборка раскула­ченных крестьян.

[6] О различиях в формуляре использованных источников подробнее см.: Раков А.А. Особенности создания базы данных по материалам источников с разными формулярами (на примере БД по раскулаченным Южного Ура­ла) / А.А. Раков // Информационный бюллетень Ассоциации «История и компьютер». № 34: Материалы X конференции АИК. Май 2006. М., Тамбов,2006. С. 181-183.

[7] Компьютеризированный статистический анализ для историков. Учебное пособие / Е.Б. Белова [и др.]. / Под ред. Л.И. Бородкина и И.М. Гарсковой. М., 1999. С. 35.

[8] Термин «массовые источники» в известном теоретическом споре между Б.Г. Литваком и И.Д. Ковальченко определялся по-разному: первый утвер­ждал, что массовыми называются источники, которым можно придать форму сравнительного формуляра, а второй отстаивал мнение о том, что массовые источники отражают сущность и взаимодействие массовых объ­ектов. Отметим, что используемые нами для создания БД «РКЮУ» доку­менты удовлетворяют как «требованию повседневности» (Б.Г. Литвак), так и требованию отражения массовых явлений (И.Д. Ковальченко). Подробнее см.: Источниковедение: Теория. История. Метод. Источники российской истории / И.Н. Данилевский [и др.]. РГГУ, Институт «Открытое общество».

[9] Компьютеризированный статистический анализ для историков. Учебное пособие / Е.Б. Белова [и др.]. / Под ред. Л.И. Бородкина и И.М. Гарсковой. 1М2 ., 1999. С. 3.

[10] Славко Т.И. Математико-статистические методы в исторических иссле­дованиях / Т.И. Славко. М., 1981. С. 76-77.

[11] Комар И. В. Урал. Экономико-географическая характеристика / И.В. Ко­

мар. М., Издательство АН СССР, 1959. С. 7 (в сноске к разделу «Террито­рия, географическое положение и границы»).

[13] Там же. С. 330.15 Уральская историческая энциклопедия. 2-е изд., перераб. и доп. Екатеург, Академкнига, УрО РАН, 2000. С. 542

6 Районы Уральской области. Схематические характеристики районов и округов, основные статистические показатели, карты районов и округов. Свердловск, Издание орготдела Уралоблисполкома и Уралстатуправления, 1928. (В «Пояснениях к таблицам районных показателей».)

[15] Уральское хозяйство в цифрах. 1930. Социальная статистика. Выпуск 1. Свердловск, Издание статсектора Уралплана, 1930. С. 2.

[16] Там же.

[17] Мы рассматриваем именно историко-экономический регион, а не геогра­фический, как его рассматривают, в частности, такие энциклопедические издания как: Энциклопедия Брокгауза и Ефрона в статье «Уральский хре­бет», Краткая российская энциклопедия, Большая советская энциклопедия.

[18] Районы Уральской области. Схематические характеристики районов и округов, основные статистические показатели, карты районов и округов. Свердловск, Издание орготдела Уралоблисполкома и Уралстатуправления, 1928.

[19] Названия и границы землепользования упомянутых в работе сельсоветов и районов указаны на документально зафиксированное время раскулачива­ния хозяйств и не всегда совпадают с современным административно-территориальным делением Южного Урала.

[20] Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и материалы. В 4-х т. / Т. 3. 1930-1934 гг. Кн. 1. 1930-1931 гг. / Под ред. А. Береловича [и др.]. М., РОССПЭН, 2003. С. 771-772.

[21] Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930-1940: В 2 кн. Кн. 2 / Отв. ред. Н.Н. Покровский [и др.]. М., РОССПЭН, 2006. С. 316.

[22] Интересно, что справки ОГПУ, дающие эти цифры по Уралу, были опуб­ликованы в разных изданиях и с различной архивной ссылкой: 1) Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и материа­лы. В 4-х т. / Т. 3. 1930-1934 гг. Кн. 1. 1930-1931 гг. / Под ред. А. Берелови­ча [и др.]. М., РОССПЭН, 2003. С. 771-772 - со ссылкой на Центральный архив ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 9. Д. 79. Л. 2; 2) Политбюро и крестьянство: вы­сылка, спецпоселение. 1930-1940: В 2 кн. Кн. 2 / Отв. ред. Н.Н. Покровский [и др.]. М., РОССПЭН, 2006. С. 330-331 - со ссылкой на Государственный архив РФ (ГАРФ). Ф. 374 (Центральная контрольная комиссия ВКП (б) -Наркомат рабоче-крестьянской инспекции СССР). Оп. 28. Д. 4055 («Док­ладная записка инспекторов НК РКИ о положении работающих в Магнито­горске спецпереселенцев. Справки о количестве выселенного в 1930­1931 гг. кулачества».). Л. 46. Кроме того, надо отметить, что только во вто­ром случае дается необходимое пояснение о том, что во второй справке ОГПУ указывается количество переселенных внутри Уральской области из общего количества выселенных, указанного в первой справке.

[23] СПО - Секретно-политический отдел.

[24] Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и материалы. В 4-х т. / Т. 3. 1930-1934 гг. Кн. 2. 1932-1934 гг. / Под ред.

А. Береловича [и др.]. М., РОССПЭН, 2005. С. 98. 2289 Там же. С. 419.

[26] Для нахождения примерной цифры раскулаченных крестьян за эти 4 го­да, находим сначала средний размер семьи по известным данным 1930-

1931 гг.: 136602 / 28394 = 4,81 человек в среднем на семью. Далее умножа­ем этот средний размер раскулаченной семьи на общее количество семей, раскулаченных в 1930-1933 гг.: 4,81*31394 = 151005 человек. 0 Справка о ходе выселения кулацких семей по состоянию на 12.07.1931 г. [Электронный ресурс] // TheLibraryofCongress. http://www.loc.gov/exhibits/archives/e3livest.gif(доступно 17.04.2007).

[28] ГАРФ. Ф. Р-9414 (ОГПУ СССР). Оп. 1. Д. 1944 («Итоговый материал о проведенной операции по выселению кулачества в 1930 году (1931 г.)»). 3Л2. 19.

[29] Там же. Д. 1943 («Итоговый материал о проведенной операции по высе­лению кулачества в 1930 году (1931 г.)»). Л. 10.

[31] В докладной записке ПП ОГПУ по Уралу указано, что областная высыл­ка по Уралу охватила в 1930-1931 гг. 30620 хозяйств (118674 человека), а по сведениям центрального аппарата ОГПУ в указанный период было вы-

слано 28394 (136602 человека). Подробнее см.: Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930-1940: В 2 кн. Кн. 2 / Отв. ред. Н.Н. Покров­ский [и др.]. М., РОССПЭН, 2006. С. 405-406.

[33] «Докладная записка ПП ОГПУ по Уралу в СОУ ОГПУ о мероприятиях по массовому выселению и расселению кулачества на территории Урала» от 29 января 1930 г. Подробнее см.: Трагедия советской деревни. Коллек­тивизация и раскулачивание. 1927-1939. Документы и материалы. В 5-ти тт. Т. 2. Ноябрь 1929 - декабрь 1930 гг. / Под ред. В. Данилова [и др.].

[34] Выбрано и подсчитано поданным переписи 1926 г. Подробнее см.: Рай­оны Уральской области. Схематические характеристики районов и округов, основные статистические показатели, карты районов и округов. Сверд­ловск, Издание орготдела Уралоблисполкома и Уралстатуправления, 1928.

[35] ГАРФ. Ф. Р-9414 (ОГПУ СССР). Оп. 1. Д. 1943 («Итоговый материал о проведенной операции по выселению кулачества в 1930 году (1931 г.)»).

[36] Отметим, что для различных целей может понадобиться разная выборка (многофазная), однако исследования А.К. Соколова показали, что в общем случае 5%-ная выборка представляется достаточно надежной и репрезента­тивной. Подробнее см.: Соколов А.К. Методика выборочной обработки первичных материалов профессиональной переписи 1918 г. / А.К. Соколов // История СССР. 1971. № 4. С. 76-96.

[37] Данные по Уральской области, кроме переменных «Национальность гла­вы семьи» и «Категория, по которой раскулачивали», приведены по под­счетам Т.И. Славко и А.Э. Беделя. Подробнее см.: Судьба раскулаченных спецпереселенцев на Урале (1930-1936 гг.): Сборник документов / Сост. А.Э. Бедель [и др.]. Екатеринбург, Издательство Уральского университета, 1994. С. 14; Социальный портрет лишенца (на материалах Урала): Сб. до­кументов / Сост. Е. В. Байда [и др.]; Отв. ред. Т. И. Славко. Екатеринбург, УрГУ, 1996. С. 3-4; Славко Т.И. Кулацкая ссылка на Урале. 1930-1936 / Т.И. Славко. М., Мосгосархив, 1995. С. 60.

[38] ГАРФ. Ф. Р-9414 (ОГПУ СССР). Оп. 1. Д. 1943 («Итоговый материал о проведенной операции по выселению кулачества в 1930 году (1931 г.)»). Л. 10. Приведем также мнение историка В. Виноградова: « <...> основную массу раскулаченных составляла 2-ая категория». Подробнее см.: Совет­ская деревня глазами ВЧК - ОГПУ - НКВД. 1918-1939. Документы и ма­териалы. В 4-х т. / Т. 3. 1930-1934 гг. Кн. 1. 1930-1931 гг. / Под ред. А. Бе-реловича [и др.]. М., РОССПЭН, 2003. С. 11.

[39] Наемный труд в сельском хозяйстве Урала. Уральское областное бюро статистики труда. Свердловск, издание Уралпрофсовета, Союза сельхоз-лесрабочих и облземуправления, 1926. С. 99.

[40] Политбюро и крестьянство: высылка, спецпоселение. 1930-1940: В 2 кн. 4К7н. 1 / Отв. ред. Н.Н. Покровский. М., РОССПЭН, 2005. С. 388.

[41] Гистограмма начинается с 1929 г., так как посев в БД «РКЮУ» отражает­ся в год перед раскулачиванием. Завершается же она 1932 г., потому что 1933 г. представлен в БД «РКЮУ» незначительно.

[42] Состояние сельского хозяйства и работа в деревне на Урале. Сост. по материалам Уралстатуправления, ОблЗУ и отдела по работе в деревне Ура-лобкома ВКП (б). Свердловск, издание Уралобкома, 1929. С. 5.

[19] BapstE. L'empereur... р. 191; Зайончковский А.М. Восточная война 1853-1856 гг. в связи с современной ей политической обста­новкой. Т. 1. СПб., 1908. Приложения. № 31.

[20] Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. Приложения. № 32.

[21] AMAE. CP. Russie. 206. p. 230-231.

[22] Цит. по: Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. с. 33; Etude diplomatique... Т. 1. р. 80-83.

[23] Thouvenel L. Nicolas I et Napoleon III. Les preliminaires de la guerre de Crimee. Paris, 1891. р. 35.

[24] Кухарский П.Ф. Указ. соч. с. 36-37.

[25] Там же.

[26] Etude diplomatique... Т. 1. р. 89-91.

[27] AMAE. CP. Russie. 207. p. 42.

[28] Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. Приложения. № 39.

[29] Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. с. 336.

[30] Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. Приложения. № 54.

[31] AMAE. CP. Russie. 207. p. 201.

[32] Ibid. p. 235.[33] CARAN. 400 AP 47. № 1. [34] Thouvenel L. Nicolas I. р. 236. [35] CARAN. 400 AP 48.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top