Мамченко О.А.

Введение

Древняя Русь... Эти два простых слова вызы­вают в памяти белокаменные соборы, тяже­лые, мерцающие темным золотом доски икон, а суровые и просветленные лики фресок на сте­нах храмов, киноварные инициалы старого пергамена церковных книг. Тысячелетний фольклор сохранил нам былинные сказы о подвигах Ильи Муромца, Микулы Селяниновича, о мно­гих богатырях, легендарных и реальных защитниках зем­ли Русской.

Леса, пашни, бескрайние протяженности равнины, где простор мерили не метрами и верстами, а днями и неделями, проведенными в пути. Еще нечастые поселе­ния пахарей-смердов, небольшие рубленые города. Все бытие и самая жизнь — от колосящейся нивы, щедрых рек, изобилия дремучих лесов-раменей... Случалось, и коней не запрягали в соху или деревянную борону. Коней седлали, шли воинством, щитами прикрывали Русь от звонких, изящно оперенных стрел, разом ударяли на ха­зар ли, печенегов ли, половцев. Бывало, скрывались в ле­са от лихого набега степных конников.

Князья ставили города, хаживали на соседей: мечом покоряли новые земли, тиуны вершили суд, дружина со­бирала дани. Русь исподволь расширялась, укреплялась и устраивалась. Так, или почти так, большинству из нас, тем, кто специально не занимается историей средних ве­ков или искусством, литературой той эпохи, представ­ляется Киевская Русь. Прошлое—как бы идиллия, кар­тины простой и понятной жизни, родниково чистых рек и густых дубрав, а если рисуется оно и не такой мирной картинкой, то, во всяком случае, как нечто, ос­нованное на твердых устоях крестьянского — хрестьянского — христианского мира, на четком круге вечных представлений о Вселенной, Человеке, Боге, Добре и Зле.

Специалисты знают о прошлом намного больше и знают иначе. Жизнь и в Древней Руси была трудной и жесткой, часто жестокой и немилостивой. Она была столь же коротка, как и наша, и казалась нашим пред­кам столь же стремительно переменчивой и быстротеку­щей. Конечно, это были не молниеносные виражи нашего века, но и тогда, на памяти поколения-другого, жизнь менялась до, казалось бы, неузнаваемости. Не было простого и неспешного бытия-существования, не было навеч­но незыблемого, а порою и древним славянам, нашим праотцам, казалось, что вообще нет в мире ничего устой­чивого и близится, близится Страшный Суд Божий.

Было так, было, не одна вода текла в руслах свет­лых рек, вскипали в ней кровавые струи, черными озе­рами разливалась кровь в полях, на которых давно уже стоят или еще встанут памятники героям и жертвам...

Мы непростительно мало знаем о Руси IX—X веков, почти так же мало о веках XI и XII, важнейшем периоде, в который складывалось и в котором сложилось древне­русское государство, эпохе переломной, много определив­шей в его дальнейшей судьбе, судьбах его народов. Хри­стианство победно шествует по Европе. В X веке и Русь принимает новую религию, которая на долгие века ста­нет мировоззрением общества, охватит все сферы его жизни.

988 год — год крещения киевлян Владимиром I Свя­тославичем — считается датой крещения Руси. В таком понимании точная дата, как всякая подобная дата, ко­нечно же условна: она лишь открывает длительный и всеобъемлющий процесс христианизации. Тысячелетие этого события торжественно отмечается не только цер­ковными кругами и не только в нашей стране: по реше­нию ЮНЕСКО тысячелетие крещения Руси отмечено в 1988 году как юбилейная дата мировой культуры.

С введением христианства укрепляются международ­ные связи Киевской Руси, она равноправным партнером входит в число государств христианской Европы, начи­нает широко черпать из общего для всей Европы источ­ника культуры: византийского христианизированного наследия Древней Эллады и цивилизаций Востока. На Русь приходит общеславянская кириллическая письмен­ность — из летописного зерна Византии в круге книжни­ков киевской митрополии вырастает могучее многовеко­вое древо русского летописания. Здесь истоки русской ли­тературы, профессиональной архитектуры, живописи, му­зыкального искусства. Воспринятое, «трансплантирован­ное», сливалось христианство с народной культурой славянства, его традициями, мифологией, исторической памятью, создавая ту почву, на которой взойдут первые ростки не только русской, но, в той же мере и степени, украинской, белорусской культур.

В исторической перспективе нам следует видеть, что христианская нива давала не только зерно. Она, если прибегнуть к евангельским образам, выра­щивала и плевелы: человек должен был осознавать себя греховным и ничтожным, обреченным на «коловраще­ние», в котором земные заботы признавались тщетными в своем существе. Церковь, слитая с государством, авто­ритетом Евангелия однозначно оправдывала социаль­ное неравенство, порядки феодального общества. Так и в наши дни религиозное миропонимание ставит осуще­ствление высших идеалов и надежд человечества в зави­симость от воли сверхъестественных сил, Провидения, а высшие истины ставит вне сферы человеческого разума, И вместе с тем и несмотря на это, христиане — реальная и большая сила современного мира, своим, евангель­ским путем идущая по пути социального прогресса, вы­ступающая ныне против войн, против расовых и нацио­нальных предрассудков.

В последние годы появились монографические иссле­дования, многочисленные статьи, тематические сборники, посвященные разработке различных аспектов истории крещения Руси, оценке значения принятия православия, роли русской церкви. Эти работы, как и следовало ожи­дать, далеко не равноценны, конкретные оценки христиа­низации Руси в них неоднозначны, а иногда и противоре­чивы. Наряду с глубокими научными исследованиями появились и такие, в которых сказывается традицион­ный схематизм в понимании прошлого и вульгаризатор­ский подход к нему, упрощенно толкующий роль рели­гии и церкви в обществе. Иногда это профессиональная некомпетентность, чаще то, что еще в 30-е годы насмеш­ливо и точно окрестили «попоедством». Выдавая себя за научный атеизм, оно нанесло серьезный вред изучению и пониманию прошлого, его памятникам, в конечном сче­те способствовало сохранению религиозности, деформи­ровало атеистическое воспитание.

Следует сказать, эта в известной мере калейдоскопичность оценок и мнений в вопросе крещения Руси имеет и объективные причины. Член-корреспондент АН СССР Я. Н. Щапов в одной из своих работ перечислил ряд вопросов истории церкви в Древней Руси, на которые наука может дать пока только предположительные отве­ты. Неясно, когда именно возникла русская православ­ная церковь, каким было ее первоначальное организа­ционное устройство, в каких реальных отношениях она находилась с язычеством, как строились ее отношения с Константинопольским патриархатом,   что унаследовала церковь от христианства, существовавшего на Руси до крещения киевлян? Нет определенного ответа и на воп­росы о средствах существования церкви в начальный период ее истории, неясно, кто стоял во главе церкви, как назначали этого главу, какие, наконец, кроме куль­товых, функции выполняла русская церковь.

Глава 1. Образование великого княжества Киевского

Из соединения варяжских княжеств и сохранивших самостоятельность городовых областей вышла третья политическая форма, завязавшаяся на Руси: то было великое княжество Киевское. На каких бы пунктах русского промышленного мира ни появлялись

варяжские князья, их постоянно тянуло к горо­ду на южной окраине этого мира, замыкавшему цепь торговых русских городов по греко-варяжской реч­ной линии Днепра — Волхова, — к Киеву. Здесь за­морские искатели выгодного найма и торгового ба­рыша могли поживиться всего более. Киев был сбор­ным пунктом русской торговли; к нему стягивались торговые лодки отовсюду, с Волхова, Западной Дви­ны, верхнего Днепра и его притоков.

Отсюда в летописном рассказе о событиях IX и X вв. довольно явственно выступают два факта: тя­готение варяжских пришельцев с Балтийского моря к Киеву и экономическая зависимость русских горо­дов от Киева. Кто владел Киевом, тот держал в сво­их руках ключ от главных ворот русской торговли. Вот почему всех варяжских князей, появлявшихся на севере, тянуло к Киеву. Из-за него они соперничали друг с другом и истребляли один другого. Так новго­родский князь Олег за Киев погубил земляков своих Аскольда и Дира; так и другой новгородский князь Владимир за тот же Киев погубил своего родного брата Ярополка. С другой стороны, все торговые русские города стояли в экономической зависимости от Киева. В Киеве сходились нити их благосостоя­ния; он мог подорвать их торговлю, перерезав глав­ную артерию хозяйственных оборотов страны, не пропуская торговых лодок вниз по Днепру к азов­ским и черноморским рынкам. Поэтому общим ин­тересом этих городов было жить в дружбе с Киевом, чтобы из Киева иметь свободный выход на степные торговые дороги. Этот общий интерес заметно скво­зит в рассказе Начальной летописи о первых князь­ях, утверждавшихся в Киеве. Аскольд с Диром, отде­лившись от дружины Рюрика, беспрепятственно спустились Днепром до Киева и без заметной борь­бы овладели им вместе со всею землею полян.

Дальнейшая деятельность этих варяжских викин­гов в Киеве объясняет причины их успеха. Летопись замечает, что после Кия, основателя Киева, полян обижали древляне и другие окольные племена. Поэ­тому Аскольд и Дир, как только утвердились в Кие­ве, вступили в борьбу с этими племенами, древляна­ми, печенегами, болгарами, а потом, собрав варягов, предприняли поход на Царьград. Современник и очевидец этого нападения, константинопольский па­триарх Фотий, говорит в одной произнесенной по этому случаю проповеди, что Русь очень ловко сма­стерила набег, тихонько подкралась к Константино­полю, когда император Михаил III с войском и фло­том ходил на сарацин, оставив свою столицу безза­щитной со стороны моря. Значит, Киевская Русь не только хорошо знала морской путь к Царьграду, но и умела добывать своевременные сведения о делах Византии; сами греки дивились нечаянности и не­обычайной быстроте нападения. Оно вызвано было, по словам Фотия, тем, что греческий народ нарушил договор, предпринято было Русью с целью отмстить за обиду, нанесенную ее землякам, русским купцам, по-видимому, за неуплату долга, следовательно, име­ло целью силой восстановить торговые сношения, насильственно прерванные греками. Значит, еще до 860 г. между Русью и Византией существовали тор­говые сношения, закрепленные дипломатическим актом, и узлом этих сношений был Киев, откуда вы­шел смелый набег 860 г. Узнаём далее, что эти сно­шения были довольно давние, завязались еще в пер­вой половине IX в. Послы от народа Руси, о которых говорит Вертинская летопись под 839 г., приходили в Царьград для установления или восстановления дружбы, т. е. для заключения договора. Такой же ряд явлений повторился и в истории Олега, шедшего по следам Аскольда. Он также беспрепятственно спус­тился из Новгорода по Днепру, без особенного тру­да захватил по дороге Смоленск и Любеч и без борь­бы завладел Киевом, погубивши своих земляков Ас­кольда с Диром. Утвердившись в Киеве, он начал ру­бить вокруг него новые города для защиты Киевской земли от набегов из степи, а потом с соединенными силами разных племен предпринял новый поход на Царьград, кончившийся также заключением торго­вого договора. Значит, и этот поход предпринят был с целью восстановить торговые сношения Руси с Ви­зантией, опять чем-либо прерванные. Обоих вождей, по-видимому, дружно поддерживали в этих походах все племена, заинтересованные во внешней торгов­ле, преимущественно обитавшие по речной линии Днепра — Волхова, т. е. обыватели больших торго­вых городов Руси. По крайней мере, в летописном рассказе о походе Олега читаем, что кроме подвласт­ных Олегу племен в деле участвовали и племена не­подвластные, добровольно к нему присоединившие­ся, отдаленные дулебы и хорваты, жившие в области верхнего Днестра и обоих Бугов, по северо-восточ­ным склонам и предгорьям Карпат.

Охрана страны от степных кочевников и далекие военные походы на Царьград для поддержания тор­говых сношений, очевидно, вызывали общее и друж­ное содействие во всем промышленном мире по тор­говым линиям Днепра — Волхова и других рек рав­нины. Этот общий интерес и соединил прибрежные торговые города под властью князя киевского, руко­водителя в этом деле по положению, какое создава­лось для него двояким значением Киева.

1.1 Двоякое значение г. Киева

Киев служил главным оборонительным форпостом страны против степей, центральной вывозной факторией русской торговли. Потому, попав в варяжские руки, он не мог остаться простым местным варяжским княжеством, какими были возникшие в то же время княжества в Новгоро­де, Изборске и на Белоозере или позднее в Полоцке и Турове. Завязавшиеся торговые связи с Византией и арабским Востоком, с черноморскими, азовскими и каспийскими рынками, направляя народный труд на разработку лесных богатств страны, стягивали к Киеву важнейшие хозяйственные ее обороты. Но для обеспечения этих оборотов необходимо было иметь безопасные границы и открытые торговые пути по степным рекам, даже производить иногда вооружен­ное давление на самые рынки для приобретения выгодных торговых условий. Всего этого можно было достигнуть только соединенными силами всех вос­точных славянских племен, т. е. насильственным подчинением тех из них, которые, живя в стороне от главных торговых путей, не имели побуждений доб­ровольно поддерживать князей киевских. Вот почему известия свои и чужие говорят о воинственных делах первых князей киевских. Исследования академика Васильевского о житиях святых Георгия Амастрид-ского и Стефана Сурожского достаточно убедительно доказали, что Русь еще в первой половине IX в. де­лала набеги на берега Черного моря, даже южные. Но до патриарха Фотия она не отваживалась напасть на самый Царьград. До Фотия дошли кое-какие слухи о начавшемся важном перевороте на Руси, шедшем именно из Киева, и он в своих проповедях по случаю

нападения Руси на Царьград и в последовавшем за­тем окружном послании объясняет происхождение этой русской дерзости. Народ, никем не знаемый до этого нападения, ничтожный, по словам Фотия, вдруг стал пресловутым, прославленным после этого отважного дела, а отвага внушена была ему тем, что недавно он поработил соседние племена, и этот ус­пех сделал его чересчур гордым и дерзким. Значит, как только основалось в Киеве варяжское княжество, отсюда началось сосредоточение сил страны и вышло первое общерусское предприятие, вызванное общим интересом, обеспечением торговых сношений.

 1.2 Киевское княжество — первая форма Русского го­сударства

Таковы были условия, при содействии ко­торых возникло великое княжество — Киевское. Оно явилось сперва одним из местных варяжских кня­жеств: Аскольд с братом уселись в Киеве, как простые варяжские конинги, охранявшие внешнюю безопас­ность и торговые интересы захваченного ими владе­ния. Олег шел по их следам и продолжал их дела. Но военно-промышленное положение Киева сообщило всем им более широкое значение. Киевская земля прикрывала собою с юга всю страну по греко-варяж­скому пути; ее торговые интересы разделяла вся стра­на, ею прикрываемая. Потому под властью киевского князя волей или неволей соединились другие варяж­ские княжества и городовые области Руси, и тогда Ки­евское княжество получило значение Русского госу­дарства. Это подчинение было вынуждено политиче­ской и экономической зависимостью от Киева, в ка­кую эти княжества и области стали с падением хозарского владычества в степи. Поэтому появление Рюри­ка в Новгороде, кажется мне, неудобно считать нача­лом Русского государства: тогда в Новгороде возникло местное и притом кратковременное варяжское княже­ство. Русское государство основалось деятельностью Аскольда и потом Олега в Киеве: из Киева, а не из Новгорода пошло политическое объединение русского славянства; Киевское варяжское княжество этих витя­зей стало зерном того союза славянских и соседних с ними финских племен, который можно признать пер­воначальной формой Русского государства.

1.3 Военно-промышленное его происхождение

Госу­дарство становится возможно, когда среди населения, разбитого на бессвязные части с разобщенными или даже враждебными стремлениями, является либо вооруженная сила, способная принудительно сплотить эти бессвязные части, либо общий интерес, достаточ­но сильный, чтобы добровольно подчинить себе эти разобщенные или враждебные стремления. В образо­вании Русского государства принимали участие оба указанных фактора, общий интерес и вооруженная сила. Общий интерес состоял в том, что все торговые города Руси с появлением наводнивших степь печене­гов почувствовали потребность в вооруженной силе, способной оградить пределы страны и ее степные торговые дороги от внешних нападений. Главным ис­ходным пунктом, из которого выходили русские тор­говые караваны к черноморским и каспийским рын­кам по степным рекам, был Киев. Как скоро здесь явилась вооруженная сила, доказавшая свою способ­ность удовлетворять указанным потребностям страны, этой силе добровольно подчинились все торговые го­рода Руси с их областями. Этой силой был варяжский князь со своей дружиной. Став носителем и охрани­телем общего интереса, подчинившего ему торговые города страны, этот князь с дружиной из вооружен­ной силы превращается в политическую власть. Но, пользуясь новыми средствами, которые доставляла ему эта власть, князь начал насильственно подчинять себе и другие племена, не разделявшие этого общего интереса, слабо участвовавшие в торговых оборотах страны. Завоеванием этих племен, удаленных от цен­тральной речной дороги, завершено было политиче­ское объединение восточных славян.

В образовании Русского государ­ства участвовали и общий интерес, и вооруженная завоевательная сила, потому что общий интерес со­единился с завоевательной силой: нужды и опасности русской торговли вызвали к действию на ее за­щиту вооруженную дружину с князем во главе, а эта дружина, опираясь на одни племена, завоевала дру­гие. Первые племена, примкнувшие к Киевскому княжеству и усердно поддерживавшие его князей в заморских походах, были именно племена, жившие по главной речной дороге Днепра — Волхова и тяготевшие к большим торговым городам. Эти племена легко подчинялись власти киевского князя. Славяне новогородские, призвавшие князей, пытавшиеся бунтовать против Рюрика и потом покинутые Олегом и Игорем для Киева, повиновались им безропотно. Чтобы подчи­нить другие племена, иногда достаточно было одно­го похода, даже без борьбы: так были покорены кри­вичи смоленские и северяне. Напротив, племена, обитавшие в стороне от этой речной дороги, среди которых не было больших торговых городов, т. е. значительного вооруженного купечества, долго про­тивились власти новых правителей и покорились им только после упорной, не раз возобновлявшейся борьбы. Так после многих трудных походов были по­корены древляне и радимичи; с такими же усилиями были покорены и вятичи в конце X в., спустя столе­тие после основания Киевского княжества. Таков был окончательный факт, завершивший собою ряд сложных процессов юридических, экономических и политических, начавшихся расселением восточных славян по Русской равнине.

Глава 2. Культура Киевской Руси (XI-XII вв.)

2.1 Письменность и литература

Проведенные археологами раскоп­ки позволяют говорить о высокой письменной культуре горожан, многие из которых были грамотны­ми. Об этом свидетельствуют сохра­нившиеся долговые расписки, челобитные, распоряжения о хозяйствен­ных делах, извещения о приезде, пись­ма, которые писали на бересте, а также сохранившиеся в разных городах надписи на вещах, стенах церквей.

Первая берестяная грамота эпохи Древней Руси обнаружена 26 июля 1951 г. С тех пор в одном только Новгороде найдено свыше семисот берестяных грамот; были находки в Смоленске, Пскове, Москве. Для обучения грамоте в городах организовывались школы. Первые школы для мальчиков   появились еще в X в., а в XIв. в Киеве была открыта школа для девочек.

Большинство дошедших до нас Книг, относящихся к этому периоду времени,   религиозного содержания.

Так, из 130 сохранившихся книг 80 содержат основы христианского ве­роучения и морали. Однако в это время существовала и религиозная литература для чтения. Хорошо со­хранился сборник рассказов о реаль­но существующих и легендарных животных, деревьях, камнях — " Фи­зиолог".

К этому периоду времени отно­сятся такие выдающиеся памятники церковной литературы, как "Слово о законе и благодати" митрополита Илариона, проповеди Кирилла Ту­ровского.

Существовали также религиоз­ные книги, которыенетрадиционно толковали известныебиблейские сюжеты. Такие книги назывались апокрифами. Название произошло от греческого слова "потаенный". Са­мым популярным был апокриф "Хождение Богородицы по мукам". В большом количестве создава­лись жития святых, которые подроб­но описывали жизнь, деятельность, подвиги людей, причисленных Цер­ковью к лику святых. Сюжет жития мог быть и захватывающим, как, на­пример, "Жития Алексея, человека Божия". Сохранились также литера­турные памятники Владимиро-Суз-дальской земли. Среди них "Слово" ("Моление") Даниила Заточника.

В XI в. появились и первые сочи­нения исторического (документально­го) характера. К данной эпохе отно­сится древнейший, сохранившийся до наших дней летописный свод — "По­весть временных лет". По мнению со­временных исследователей, летописи существовали и до этого времени, однако, к сожалению, они не сохра­нились. Монах Киево-Печерского мо­настыря Нестор использовал их для создания своей летописи, которая по­лучила название по первым строкам: "Се повести времяньных лет, откуда есть пошла Русская земля, кто в Кыеве нача первее княжити и откуду Русская земля стала есть". Этот лето­писный свод позволяет нам судить не только о политической ситуации того времени, но и о быте, нравах древних русичей. Так, например, очень подробно описывается любовь рус­ских людей к бане: "... разожгут их докрасна, и разденутся, и будут наги, и обольются квасом кожевенным, и поднимут на себя прутья молодые, и бьют себя сами, и до того себя добь­ют, что едва вылезут чуть живые, и обольются водою студеною и так ожи­вут. И творят это всякий день, никем же не мучимые, но сами себя мучают, и то совершают омовенье себе, а не мученье".

В крупных городах велись под­робные летописи, в которых фикси­ровались происходившие события. Летописи содержали копии под­линных документов из княжеского архива, подробные описания сраже­ний, отчеты о дипломатических пе­реговорах.

Памятник древней литературы, как "Поучение" мира Мономаха, оно предназначалось детям князя и содержало наставления о том, как должны вести себя молодые князья, дети дружинников. Он предписывал и свом, и чужим не обижать жителей в селениях, всегда помогать просящему кормить гостей, не проходить человека без приветствия, заботиться о больных и немощных.

В 1185 г. был создан другой значительный памятник древнерусской литературы — "Слово о полку реве”. В основе произведения - предпринятый в апреле 1185 г. князем Игорем Святославичем против половцев. К сожалению, единственная сохранившаяся рукописи этого произведения сгорела во время пожара Москвы в 1812 г.

2.2 Зодчество

В русских городах воздвигались неприступные крепостные стены, башни, терема, создавались великолепные каменные дворцы и храмы, среди которых Софийский собор Киеве (1037 г.), церковь Покрова на Нерли (1165 г.), церкви Новгорода Дмитровский собор Владимира (1194 — 1197), Успенский собор Владимире и др. В конце XII в. изменился способ построения церквей, которые теперь воздвигались по баш­необразному типу. Храмы, построен­ные по этому принципу, до сих порсохранились в Смоленске, Черниго­ве, Новгороде.

Настоящий шедевр архитектуры этого времени — Софийский о который был воздвигнут в Киеве времена правления Ярослава Муд­рого   (строительство   началось в 1037 г.). Софийский собор являлсянe только главным храмом христианской Руси, но и политическим центром. Назвав собор Софийским (так же, как в Константинополе), Ярослав Мудрый провозглашал равенство Киева с Константинополем.

Именно в этом соборе была организована первая библиотека на Руси.Здесь были похоронены такие русские князья, как Ярослав Мудрый, Всеволод Ярославич, Ростислав Всеволодович, Владимир Мономах.

Можно говорить о существовании нескольких стилей в архитектуре того времени. Так, например, отличительными чертами новгород­ского архитектурного стиля были монументальная строгость и простота форм. В начале XII в. были воздвигнуты соборы в Антониевском и в Юрьевском монастырях, церкви Николы на Ярославовом дворище, церковь Спаса на Нередице, которая, к сожалению, была разрушена в годы Великой Отечественной войны.

Совершенно другой характер имела архитектура Ростово-Суздальской земли.   Это объясняетсятем, что основным материалом для строительства храмов здесь была не плинфа, а белый камень-известняк. Основные черты архитектуры этой земли (использование выступающих пилястров, барельефных изображений людей, животных и растений) сложились в период княжения Андрея Боголюбского, когда во Владимире были воздвигнуты   Успенский собор, ведущие в город Золотые ворота, княжеский замок в Боголюбове, прекрасная церковь Покрова на Нерли. Строительство Успенского собора продолжалось с 1158 по 1160 г. Для его строительства были приглашены лучшие зодчие Руси. В 1165 г. была построена церковь Покрова на Нерли, воз­двигнутая в честь праздника Покрова Богородицы. С 1154 по 1197 г. велось строительство Дмитровского собора. Сделанные археологами раскоп­ки позволяют судить об архитекту­ре жилищных построек. Горожане жили в усадьбах, основой которых был бревенчатый сруб, чаще всего двухэтажный.

2.3 Живопись

С принятием христианства на Руси начала развиваться живопись, которая была представлена иконами и фресками.

Фресковая роспись делалась по сырой штукатурке. Многие фрески сохранились до наших дней. Особен­но примечателен в данном отноше­нии Софийский собор в Киеве. На фресках запечатлены: семья Ярослава Мудрого, борьба ряженых, охота на медведя и т. д. Сохранились также изображения, составленные из очень мелких кусочков смальты (мозаика). Среди них наиболее известна моза­ичная икона Дмитрия Солу некого.

Развивалась иконопись. На специ­ально обработанных деревянных дос­ках рисовали лики святых, почита­емых Церковью. До настоящего вре­мени сохранилась особенно чтимая на Руси икона Владимирской бого­матери, которая была перенесена Ан­дреем Боголюбским из Киева во Вла­димир.

Сохранился также памятник станковой живописи "Деисус", ко­торый был выполнен в конце XII столетия. На этой иконе Христос изображен между двумя ангелами, которые склонили к нему головы. В этот период времени была созда­на еще одна знаменитая Богородич­ная икона — "Оранта".

Высокого уровня достигло художественное ремесло. Мастера прикладного искусства, применяя сложнейшую технику (скань, зернь, перегородчатую эмаль), изготовляли серьги, кольца, ожерелья, подвески, украшения для женских головных уборов.

Глава 3. Великие князья киевской Руси

Политическое лидерство в эпоху Киевской Руси бесспор­но связано с функционированием княжеского рода Рюрико­вичей, который являлся фактически княжеской кастой — эли­той. На этом этапе исторического развития княжеская элита выступает в качестве цвета нации, представляя собой наибо­лее развитую в интеллектуальном, моральном и культурном отношении социальную группу. В рамках элитарной группы происходит выделение лидеров — великих, т. е. первых, глав­ных князей. Переход великокняжеского престола происходил не от отца к сыну, а по старшинству в роде при наличии мно­жества исключений и нарушений сложившегося основного правила. Такая практика во многом предопределила характер государственности — становление своеобразной конфедера­ции княжеств и частую смену лидеров — великих князей. Это было, безусловно, традиционалистское лидерство, освящен­ное патриархальными обычаями военной демократии и соче­тания язычества и раннего христианства.

3.1 Ранние Рюриковичи

 Первые известные политические лидеры-правители древ­них славян — легендарные Кий, Щек и Хорив, имевшие сес­тру Лыбедь. Они, по преданию, основали город Киев, кото­рый стал центром приднепровских территорий. Киев обрел широкую известность во времена правления Аскольда и Дира, бывших, по одним источникам, славянами, по другим — нор­маннами. Эти властители совершили по меньшей мере 4 на­бега на Царьград (Константинополь). В Новгороде с 862 г. пра­вил знаменитый князь Рюрик. Одни историки считают его Рериком Датским, другие — вождем славянского племени «русь», жившего на правом берегу Немана и имевшего одно­типную славянскую культуру, веру и традиции. Пришелец Рюрик и стал, судя по летописи, искренне принятым первым на Руси монархом — единовластным правителем, но он так и не решился совершить поход на южные славянские земли. Это осуществил родственник Рюрика, старший в роду Рюрикови­чей князь Олег (879—912). Спустя три года он начал знаменитый поход на юг, по пути присоединяя земли и племена. Подойдя к Киеву, он убил местных правителей Аскольда и Дира, овладел Киевом и перенес сюда столицу из Новгорода. Действуя типичными для тех времен методами — силой, ковар­ством и хитростью, Олег создал Киевское варяжское государ­ство, которое Ключевский назвал «зеркалом того союза славян­ских и соседних финских племен, который можно признать первоначальной формой русского государства». Сам Олег по­лучил прозвище Вещего, т. е. мудрого и хитрого.

Дальнейшая деятельность Олега носила характер военной экспансии на юг, где доминировала Византия. Олегу удалось совершить успешные походы на Царьград (Константинополь), заложив систему сложных мирно-военных отношений с Ви­зантией.

Таким образом, в 882 г., после завоевания Киева легендар­ным князем Олегом, объединились два ведущих центра сла­вянской государственности — Новгород и Киев. Возникшая вдоль пути «из варяг в греки» с центром на территории пле­мени полян Киевская Русь постепенно включила в зону сво­его влияния окружающие славянские общности древлян, се­верян, радимичей, уличей, тиверцев, вятичей, образовав тем самым своеобразную федерацию местных полугосударствен­ных образований. Так на Руси начала функционировать ран­нефеодальная монархия, отличавшаяся относительным един­ством и централизмом. Киевская Русь в Восточной Европе была аналогом империи Карла Великого в Западной.

После смерти Олега престол занял Игорь Рюрикович (912— 945), который за 33 года своего правления сумел укрепить Русь и после военных походов на Царьград заключил выгодные договоры с Византией. Однако он получил известность не благодаря своим политическим действиям, а в силу трагичес­кой гибели. Он был разорван пополам древлянами после не­удачной попытки вторично собрать дань с этого племени.

Его наследницей стала княгиня Ольга (945—957) — хитрая и жестокая правительница. По законам язычества она долж­на была добровольно уйти из жизни вслед за мужем, но она поменяла религию — крестилась и получила моральное пра­во на жизнь. Более того — она закрепилась на престоле, со­вершив фактически переворот. Однако в своем правлении Ольга проявила себя с лучшей стороны: стала первым полно­ценным правителем государства, который не воевал, а управ­лял. Академик Б. Рыбаков отмечал, что она заложила право­вую основу сбора податей, построила сеть становищ и погостов, ставших основой для развития городов и крепостей. При ней фактически подошел к концу 100-летний период ва­ряжского политического господства. Несколько выбился из политической линии Ольги ее сын — язычник Святослав. По утверждению Татищева, сыну Ольги Святославу в момент смер­ти отца было более 20 лет (по другим источникам — 10 лет) и он имел в таком случае все возможности править Русской зем­лей. Естественно, что язычник Святослав мог не согласиться с желанием Ольги не только отказаться разделить судьбу мужа, но и стать его правопреемницей. Это, вероятно, обусловило активность Ольги во вопросах вероисповедания, в частности, поездку в Константинополь, посольство к германскому импе­ратору Отгону I. В исторической литературе вопрос о креще­нии Ольги считается дискуссионным, однако логика событий свидетельствует о том, что Ольга не только приняла христи­анство, но и пыталась распространить его на Руси. Святослав решительно отказывался от крещения, сохраняя верность язы­честву и, видимо, испытывая неприязнь к поступку матери. Католический Запад попытался воспользоваться заминкой в распространении православия на Руси и, используя посоль­ство епископа Адальберта, внедрить католическое вероиспо­ведание. Методы этой акции не устраивали славян, посоль­ство было изгнано из Киева и, вероятно, именно в ходе этих событий Святослав устранил наконец от власти свою мать, став правителем Руси. Однако летописи сообщают, что он по-пре­жнему относился к ней с большим почтением.

 3.2 Святослав Игоревич (945-972)

Святослав безусловно является одним из самых великих князей и военнополитическим лидером Киевской Руси — славянским Александром Македонским. Он прославился унич­тожением иудейского Хазарского каганата и довольно успеш­ными войнами с Византией за обладание Болгарией. Внешний вид этого князя был весьма примечателен: широкоплечий силач с бычьей шеей, голубоглаз, длинные усы без бороды, на голове чуприна, золотая серьга в ухе. Воин до мозга костей, не признававший даже шатра над головой. Н. М. Карамзин писал, что Святослав являл образец великого полководца, но не великого государя: ибо он славу побед уважал больше госу­дарственного блага. Историки считают его больше похожим на предков воинственных анархичных казаков, чем на князя. По мнению некоторых авторов, балканские войны ничего не принесли ни Святославу, ни Руси. С помощью Святослава хитрые византийцы расправились с Болгарией и в конечном счете включили ее в свою державу, акнязь получил скромный мирный договор с обязательством ненападения. Другие счи­тают, что завоевания князя вПридонье и Приазовье были закреплены. Объективно походы Святослава способствовали выходу молодого государства на международную политичес­кую арену, укреплению национального самосознания древне­русской нации, росту безопасности.

Однако в ходе этих войн у Святослава значительно ухуд­шилось отношение к христианам и он начал уничтожать хри­стианские храмы. Возвращаясь после военной неудачи из Болгарии в 972 г., Святослав перебил в войске своих соратни­ков-христиан, а затем его ослабленный отряд был уничтожен печенегами. По мнению некоторых историков, печенегов пре­дупредили киевские христиане из окружения сына Святосла­ва — Ярополка. Они знали о ненависти Святослава к христи­анству и использовали в своих целях стремление его сына занять престол.

Наследником Святослава стал Ярополк (972—980), добив­шийся при своем правлении значительных успехов: во-пер­вых, он привлек на свою службу печенегов, в 976 г. подписал с византийцами благоприятный мирный договор, успешно про­тивостоял католичеству и был близок к организации креще­ния Руси. Однако он по молодости не смог устоять от соблаз­на междоусобицы и погиб в борьбе за власть со своим сводным братом Владимиром. В этой борьбе Владимиру помогла вер хушка дружины, недовольная прогреческой политикой Яро­полка.

3.3 Владимир Святославович «Креститель» (980-1015)

Легендарный князь Владимир, ставший Святым Крести­телем Руси, был незаконным сыном Святослава и его налож­ницы Малуши—дочери казненного Игорем древлянского кня­зя Мала. В отличие от Святослава он не был воинственным, не отличался удалью, в крайних случаях предпочитал бегство, но при этом любил широко жить, пировать с дружиной, лю­бить многочисленных жен и наложниц. Первоначально Вла­димир установил господство язычества в Русской земле, со­вершил ряд удачных походов на соседние территории и даже нанес поражение византийцам. В 80-х гг. власть его настолько укрепилась, что он перестал нуждаться в поддержке языч­ников, тем более что он убедился, во-первых, в невозможно­сти установить языческий монотеизм, во-вторых, уверился в мировом значении христианства как общепризнанной рели­гии, обнимающей всю цивилизацию Европы. Операцию по принятию православия Владимир провел в лучших традици­ях военного и дипломатического искусства. Несмотря на на­личие 8 жен и нескольких сот наложниц, Владимир задумал породниться с византийскими императорами. Он неожидан­но попросил руки принцессы Анны в награду за помощь ви­зантийским правителям в усмирении восстания Варды Фоки. Вопреки сопротивлению Владимир добился этого, хотя ему пришлось продемонстрировать силу — осадить Херсонес. Именно здесь и произошло первое крещение Владимира.

Прибыв в Киев, Владимир приступил к крещению населе­ния Руси. 1 августа 988 г. на реке Почайне состоялось массо­вое крещение киевлян. Первым митрополитом на Руси стал сириец Михаил Сирин. Поскольку христианину было поло­жено иметь только одну жену, Владимир отпустил своих быв­ших жен и разрешил им снова выйти замуж. Сам князь при­нимает титул Цесарь и изображается на монетах в царской одежде. После неожиданной смерти Анны Владимир вновь женится на внучке немецкого короля Отгона.

Большим достижением князя, помимо крещения Руси, явилось создание четырех оборонительных рубежей на юге страны. Именно эти заставы, оборонявшиеся княжескими во­инами, были зафиксированы народом в былинах о богатырях и князе Владимире Красное Солнышко. Великий князь Вла­димир был, безусловно, крупным правителем европейского масштаба и справедливо считается и Великим и Святым, хотя в буквальном смысле слова до святого ему было весьма далеко.

 3.4 Ярослав Мудрый (1015-1054)

 Сыновья Владимира Святого начали междоусобную борь­бу, верх в которой одержал хромой князь Ярослав, прозван­ный Мудрым. Согласно пословице — «не было бы счастья да несчастье помогло» — князь был вынужден увлекаться не тра­диционными воинскими забавами, а книгами, за что в конеч­ном счете и получил свое прозвище, с котором он вошел в историю мировой цивилизации. Личные качества его были соответствующими — он был миролюбив, осторожен, хитер. Самым серьезным противником Ярослава, осевшего в Новгороде, был Святополк Окаянный, который еще при жизни Владимира проявил себя коварным и жестоким. Он успел поучаствовать в заговоре против отца, но был им прощен. Святополк убил братьев князей Бориса и Глеба, впоследствии канонизированных церковью в качестве святых, и с помощью тестя — польского короля Болеслава I Храброго он захватил Киев, но затем поднял мятеж против него. Внешнеполити­ческая ориентация на Польшу, призвание к себе католичес­кого епископа, игнорирование древнерусских политических традиций позволяет назвать Святополка первым русским «за­падником» (Л. Н. Гумилев)

Ярослав с новгородским войском разбил Святополка, ко­торый бежал и впоследствии сошел с ума в Богемии. Правда, Ярослав не сразу утвердился на престоле и был разбит своим братом — тмутараканским князем Мстиславом Удалым, одна­ко победитель не стал искать единовластия и 10 лет правил Русью вдвоем с Ярославом. После смерти бездетного Мстис­лава Удалого Ярослав стал единовластным властителем Русской земли. Хотя он не любил войны и не обладал талантами пол­ководца, Ярослав разбил печенегов, подчинил литовцев, ма-зовшан и заставил их платить дань. После похода на Византию его сын Всеволод женился на дочери императора Византии Константина X Мономаха. Большую известность получили дочери Ярослава Мудрого, которые стали женами королей Венгрии, Норвегии, Дании, Франции. Все династические бра­ки свидетельствовали об огромном авторите Руси и ее общей ориентации на Запад при сохранении православия. Киевская Русь этого периода, безусловно, была в основном европейским государством, равным во всех отношениях другим странам континента. К числу достижений Ярослава Мудрого следует отнести строительство городов, укрепление православной цер­кви, в том числе назначение первого русского митрополита Иллариона; введение писаного закона — судебника «Русская Правда», открытие первой библиотеки и первого народного училища на 300 детей. Можно много перечислять деяний ве­ликого князя, но главным было одно — Киевская Русь стала полноценной раннефеодальной монархией, в рамках которой сформировалась единая древнерусская народность.

Киевская Русь достигла расцвета в политическом отноше­нии при Ярославе Мудром в 1019—1054 гг., когда централиза­ция древнерусского государства была максимальной. Тради­ционный древнеславянский федерализм был ликвидирован. Созданный в это время знаменитый свод правовых обычаев — «Суд Ярослава Владимировича» лег в основу знаменитой «Русской Правды», являвшейся вплоть до конца XV в. основным источником права на Руси. Наследники Ярослава Мудрого за­кономерно рассчитывали продолжить дело отца и деда, в ча­стности они пытались действовать совместно по важнейшим общегосударственным делам и даже составили продолжение кодекса — «Правду Ярославичей». Однако единство было не­продолжительным и Ярославичи начали междоусобную борь­бу, осложненную конфликтами с половцами. Великокняжес­кий политический режим стал уступать место удельной раздробленности и множественности политических режимов в рамках трех основных групп княжений: Галицко-Волынской, Новгородско-Псковской и Владимиро-Суздальской.

Таким образом, первым политическим режимом в рамках раннефеодальной монархии можно считать правление ранних Рюриковичей — Олега, Игоря, Святослава, в какой-то мере Владимира Святославовича, для которых были характерны: автономия местных княжений, сохранение вечевых военно-демократических традиций, языческая религиозность, воен­ная экспансия. Норманский политический режим был крат­ковременный, но сыграл существенную роль в стимуляции государственнических отношений на Руси. Сами князья-нор­манны ассимилировались в славянской среде. Археологичес­кие лингвистические и другие исследования показали нали­чие в древнерусских землях собственной материальной и духовной культуры при отсутствии норманского влияния. Стало исторической аксиомой считать, что возникновение го­сударственности на Руси вызвано внутренними причинами, однотипными для всей европейской цивилизации. Но если в Западной Европе появление варварских государств шло уско­ренными темпами при опоре на традиции поздней антично­сти, то на Руси сложился более медленный темп формирования государственности. Необходимость постоянного отражения набегов кочевых народов, Хазарского каганата, наконец воз­можность организации собственных набегов и торговых экс­педиций в Византию объективно требовали огосударствления власти племенных вождей-князей. Варяжские пришельцы сыграли роль катализатора или фермента, ускорив объектив­ный процесс становления государства.

В этот период сформировалось правило наследования ве­ликокняжеского престола в Киеве старшим в княжеском роде, что сыграло серьезную роль в политическом развитии ранне­феодальной монархии на Руси, сложившейся во время прав­ления Ярослава Мудрого.

 3.5 Владимир II Мономах (1113-1125)

Последним киевским князем, контролировавшим практи­чески всю Русь, был знаменитый Владимир Мономах. Этого князя народ поминал в былинах, о нем вспоминали русские цари. В известном смысле он стал для царей образцом пра­вителя. Это был князь — подлинный лидер княжеского рода Рюриковичей и всей нации. Князь-созидатель, князь-устро­итель и успокоитель, князь-полководец, и даже идеолог! Он совершил 83 военных похода, большей частью успешных. По одной легенде, прозвище Мономах (единоборец) он получил за победу в поединке с генуэзским князем при взятии Кафы (Феодосии). По другой легенде прозвище связано с происхож­дением по матери, с византийским императором Константи­ном IX Мономахом. Политическая мудрость сочеталась в нем с хладнокровием и умеренностью. Сам князь помимо полко­водческих и управленческих талантов обладал и литературным дарованием — был незаурядным писателем. Кроме того, он отличался богатырской силой и здоровьем, прославился сво­ими охотничьими подвигами. Конечно, его нельзя идеализи­ровать — он был крайне честолюбив, достаточно лицемерен и жесток.

Приходу Мономаха к великокняжеской власти предше­ствовали кровавые княжеские междоусобицы с привлечением половецких войск, а также внутренние мятежи. Прежде чем стать великим князем, Мономах 16 лет правил в Чернигове. Когда великий князь Святополк потерпел поражение от по­ловцев, Владимир был вынужден перебраться в пограничный Переяславль, где пробыл 20 лет. В 1095 г. Владимиру удалось вместе со Святополком разгромить половцев. На Любечском съезде князей Владимир пытался отстоять идею единства Руси и осуждения князей типа Олега Черниговского, прозванного «Гориславичем», которые использовали для решения своих проблем половцев и других кочевников. Однако съезд провоз­гласил: «Каждый да владеет отчизной своей». После этой не­удачи Владимир Мономах пишет свое знаменитое «Поуче­ние», в котором феодальные верхи призывались к единству. Литературная акция имела известный успех, во всяком слу­чае Мономаху удается организовать несколько общерусских победоносных походов против половцев. Наконец в 1113 г. он становится великим князем, хотя по Любечскому договору Киев должен был перейти к сыну Святополка. Решающим фактором, как писал Татищев, стало восстание в Киеве, выз­ванное произволом еврейской колонии, захватившей монополию на торговлю солью и также оказывавшей серьезное влия­ние на политику предшествующего князя Святополка в ин­тересах Германии и Польши.

Киевская знать учла значительные военные заслуги князя Мономаха в борьбе с половцами и его общерусский автори­тет и призвшта его после усмирения восстания остаться в Киеве в качестве великого князя вопреки Любечскому договору. Став великим князем, Владимир Мономах первым делом удалил из Киева еврейскую колонию без конфискации имущества, но и без права возвращения назад (однако Карамзин отрицал све­дения Татищева об изгнании евреев).

В разгар очередной русско-византийской войны в 1111г. киевскому князю византийский император прислал подарки, в том числе скипетр, чашу императора Августа и золотую ко­рону — так называемую «Шапку Мономаха». Согласно лето­писям, возложив корону на Владимира, митрополит Неофит назвал киевского князя царем, после чего военные действия были прекращены. (Однако современные исследования пока­зали, что реально существующая «Шапка Мономаха» выпол­нена в восточных традициях и скорее всего подарена Ивану Калите ханом Золотой Орды Узбеком.)

Но независимо от легенды о «шапке» Владимир Мономах, бесспорно, был третьим после Владимира Крестителя и Яро­слава Мудрого Великим устроителем земли Русской. По мне­нию Н. Н. Костомарова, вокруг имени Мономаха вращаются все важнейшие события русской истории во II половине XI и первой четверти XII в. В летописи «Повесть временных лет» Мономах предстает как воплощение идеала русского князя, который всегда способен поступиться личными интересами ради интересов Русской земли (хотя надо учесть, что летопись переделывалась по указанию Мономаха).

Некоторое время после смерти Владимира II Мономаха его традиции успешно продолжал сын, Мстислав Великий (1125—1132). Он присоеденил Полоцкое княжество, совершил ряд походов в Литву, на Волгу и Яик. Мстислав достиг завет­ной цели отца — объединил все восточное славянство в рам­ках единого государства. Однако после его смерти начался новый период междоусобиц, в результате которых в этот пе­риод практически перестала существовать раннефеодальная монархия — Киевская Русь.

Заключение

С далеких дней они звучат досель,

Могучих наших прадедов былины,

 Сияет древний Киев — колыбель

России,

Белоруси,

Украины,

Владимир Луговской

Память о прошлом, знание прошлого — это приоб­щение каждого человека к истории, к делам и подвигам предков, прирастание сердцем к Отечеству. Киевская Русь — государство восточных славян IX—XII веков — стала колыбелью трех братских культур. Обладая своими устойчивыми, веками сложившимися традициями, в X веке Киевская Русь соприкоснулась с богатейшей культурой Византии и Болгарии.

Обращаясь к истории Отечества, к народным тради­циям, любого из нас волнуют вопросы: каким был чело­век в те далекие времена? Что его волновало? Что слу­жило его духовным истоком? Многие летописцы уже тог­да отмечали такие черты характера наших предков, как стойкость, гордость, самоотречение ради высокой цели. Нельзя забывать, что именно в рамках дохристианских обычаев, сказаний, мифов возникло раннее русское воль­нодумство как одна из форм критического отношения к религии. Сколько существовавших в действительности сильных личностей можно назвать, сделать героями своих произведений в отличие от мифических персона­жей христианства! Ведь они, Авраамий Смоленский, стригольники в Новгороде и Пскове, почти все прогрес­сивные социальные движения, начиная с ересей XIV— XVI веков и кончая выступлениями декабристов и рево­люционных демократов, опирались на антиклерикальные традиции русского народа. Свободомыслие способство­вало расширению знаний о мире, утверждению земных ценностей, укреплению реалистического подхода к при­роде и обществу.

Список использованной литературы

  1. Большая энциклопедия школьника – М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «АКВАРИУМ ЛТД», 2003. – 1893 [11] с.
  1. Ключевский В. О. - Русская история. – М.:Изд-во Эксмо, 2005. – 912 с.
  1. С. А. Кислицын – История России в вопросах и ответах – Ростов н/Д: изд-во «Феникс». 1999, изд. 2-е, испр. и доп. – 704 с.
  1. Как была крещена Русь. – М.: Политиздат, 1988. – 383 с.: ил.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top