Долгова Е.А.

Закрепившийся в историографии термин «местнические справочники XVII века» объединяет рукописи с общим названием: «Книга перечневая для скорого прииску отеческих дел, для укоризны отечеству и потерки их, у кого с кем будет в отечестве счет, и то писано в сей книге имянно. Роды по статьям и в тех статьях под главами тех родов потерки всякому роду по своему прозванию. Выписано из разрядных книг и из Посольского приказу и из иных приказов из дел, тому всему имянныя статьи и в сей книге писано имянно по годом, кто где преже всего у каких дел с кем бывали, и в каких чинех и в каких годех». Подзаголовок рукописей: «Роспись родом зделана с главами, а под теми главами написано против всякой главы статьи по прозванию рода, коегожду роду всякая глава свою статью указует, учинено для скорого прииску».

Происхождение «книг перечневых для скорого прииску…» связано с потребностью решения местнических споров. В повседневности местничества невозможно было обойтись без фиксации местнических «потерек» и «находок», родословных легенд и «служб» предков. Это обусловило существование родословных и разрядных книг, фиксирующих «местническую историю» отдельных родов.

Если проанализировать лексическую составляющую названия, то можно заметить что в языке XI-XV вв. значение слова «перечень» - «итог»[1], а в языке XVII века оно могло быть переведено как «краткое извлечение»[2]. Термин указывает на вторичный, выборочный характер передачи текста по отношению к разрядным книгам. Одновременно принцип составления местнических справочников схож с родословными книгами.

В основе местнических справочников лежит выборка записей с упоминанием служб представителей одной или нескольких родственных фамилий с нарушенной хронологической последовательностью. Информативным полем справочника становились «случаи», могущие служить утяжкой для местнических счетов для большинства известных родов того времени. Случаи «унижения» рода при составлении отыскивались повсеместно: в прецедентах совместной службы с кем-то (предполагалось равенство со служащим или же меньшинство), невысоких служебных чинах или наоборот, «службе не по чину», родословных изъянах, различных курьезных или «случаях» из истории родов.

Проиллюстрируем принцип составления местнических справочников, обратившись к его информативной (фактической) составляющей.

Все «укоризны» Местнического справочника можно условно разделить на «укоризны» служебного и родословного характера. Служебные укоризны справочника относятся к военной, приказной и административной службе, а также к службе при дворе и посольским поручениям. Родословными «укоризнами» являются родственные связи (с отдельными социальными слоями), происхождение из определенных земель, давность и «крепость» службы предков. Особняком в этом ряду стоят «случаи», возникавшие в череде местнических тяжб и счетов.

«Укоризны» самого высокого порядка приводятся в справочнике при описании служб и чинов при дворе. Местнический справочник устанавливает четкую иерархию придворных чинов: Конюшенного двора (ясельничие, стременные конюхи, стряпчие конюхи; сокольничие, ловчие, псари), Сытенного (стряпчие, путные ключники, подключники, чарошники), Государевой мастерской палаты (укладничие, стряпчие с ключем, постельничие). Важное место среди «укоризн» справочника занимает служба в рындах и поддатнях; чье положение фиксируется как при дворе, так и в государевых походах: у разных частей государева вооружения: саадака, сулицы, рогатины, доспеха. К этой же группе «случаев» Местнического справочника можно отнести казусы, случавшиеся на различных церемониях при дворе - свадебных и религиозных, в том числе и тех, где «счет» был воспрещен.

Еще одна группа «потерек», относящаяся к церемониалам, - «случаи» в посольствах. К ним можно отнести казусы, произошедшие при встрече иноземных послов и в свите посла, отправленного с миссией. Все потерьки, связанные с приемом послов, относятся к службе во встречниках и приставах. При этом очевидна четкая иерархия: пристав стоял ниже встречника; встречник ниже провожающего; приставы на Москве были выше приставов, провожавших послов «до Москвы» и т.д. Во втором случае упоминаются различные казусы службы в послах и посланниках. Безусловной «потерькой» для местнического справочника выступает служба в гонцах.

Наиболее многочисленны попреки справочника, связанные с несением представителями родов воинской службы. Справочник пестрит указаниями на службу «в товарищех» при воеводах, в головах (осадных, письменных, стоялых, станичных, у городового дела, объезжих), полуголовах, стрелецких головах и сотниках, полковниках и полуполковниках, казацких головах и атаманах, знаменщиках и сонопальниках. В справочнике упоминается как случай равенства или меньшинства, подчинения кому-либо, так и сам факт невысокой службы. При описании этой «укоризны» составители справочника наиболее часто обращаются к источникам (десятням, кормленым книгам); привлекая порой как отягчающий фактор указание на назначенный оклад.

Следующая группа местнических «укоризн» справочника включает в себя случаи, связанные с осуществлением власти на местах. К таким «укоризнам» относятся службы, связанные с налоговыми и судебными функциями, верстанием и обеспечением местного служилого войска, организацией управления на местах. Первая группа «укоризн»- случаи, относящиеся к верстанию и обеспечению служилого люда. В Местническом справочнике в связи с этим упоминаются как разовые поручения, так и длительные службы (в нарядчиках и окладчиках при воеводе). При описании судебных функций на местах справочник особенно внимателен к недельщикам. Третья группа «случаев», связанных с организацией управления на местах, включает в себя сведения справочника о службе в городовых приказщиках и губных старостах. Как и в предыдущем случае, здесь часты ссылки на источники; нередко приводится и величина оклада.

Приказная служба представителя рода является еще одним «упреком» для Местнического справочника. «Книга перечневая…» приводит 46 случаев, связанных с приказной службой. Это в основном, служба в дьяках; только четыре случая указывают на первоначальную службу в подьячих, для двух родов указывается только подьяческая служба. Укоризна приказной службы была напрямую связана с «потерькой» происхождения. Интересно и то, что при описании приказной службы справочник чаще обычного указывает на родственные связи[3].

Особенностью служебных «укоризн» Местнического справочника являлся их всеобщий характер. Они касались придворной службы, посольской, административной; фиксировали военные назначения и даже приказную службу, формально исключенную из местнического счета. «Упреки» отталкивались от формулы «меньше был»; отмечали факт поручения, посылки, отчета; подчинения или равенства. Иногда «укором» становилась сама служба или невысокое поручение. Почти каждый при этом мог выступать «утяжкой» для других нижестоящих или «равных» чинов.

Особое положение в Местническом справочнике занимают «случаи», связанные с прецедентами и казусами в местнических тяжбах. К таким «потерькам» относились: само неправое челобитье, отказ служить с кем-то (используются формулы: «с суда обинен», «ему с суда ничего не учинено»); признание равенства с кем-то (в данном случае наиболее частой используется формула «розведен»); отсутствие местнического спора. Усугубляла картину запись о наказании, которому подвергался челобитчик: битье батогами или выдаче головой.

Хотя «понятие о «честности» рода прежде всего связывалось с представлениями о «служебном почете»[4], изобилие Местнического справочника родословными «потерьками» свидетельствует о важности их в глазах современников. Именно поэтому генеалогический элемент зачастую выступает в Местническом справочнике на первый план, оборачиваясь усердным поиском «укоризн» и «упреков» родства и происхождения отдельных родов.

Прежде всего, родословной «укоризной» являлась связь с определенными социальными слоями. Одна из самых многочисленных «потерек», встречающихся в сборнике - указание на родство с детьми боярскими. Если указание на происхождение из государевых детей боярских оказывается в справочнике не «упреком», а дополнительной «утяжкой», довеском к какому-то неблагоприятному «случаю» из истории рода, то происхождение из митрополичьих, архиепископских и патриарших детей боярских упоминается само по себе и представляет собой гораздо более многочисленную «укоризну» справочника.

Другая «потерька», связанная с происхождением, – упрек в родстве с холопами. Справочник выстраивает особую иерархию «потерек», отмечая существование различных видов холопства: служилого и кабального; истекшего и продолжающегося (тянущегося). При указании на службу в холопах справочник приводит максимально подробные факты, отмечая подробности и обстоятельства принятия кабалы, но ни в одном случае не ссылается на источники.

Укоризною для рода (хотя и не столь значимой) являлось и его происхождение из определенных земель. В справочник включено большинство представителей крупного удельного боярства территорий, присоединенных к Москве в середине XV-XVI вв. Далеко не столь безобидным было указание на происхождение рода из Новгородской земли. Пестрота генеалогического состава, представление о преобладании среди служилых новгородцев худородных родов привело к распространению т. н. Поганой книги, - списков бывших княжеских и боярских послужильцев, испомещенных в последней четверти XV века в Вотьской пятине Новгорода[5]. В МС указание на упоминание в Поганой книге вменяется трем родам: Татьяниным, Барковым и Нелединским; при этом справочник ни словом не упоминает о каком-либо участии Кошкаровых в местнических счетах, связанных с Поганой книгой[6].

Еще одним аспектом родовых «укоризн» оказываются сведения о проступках и позорных наказаниях предков. Самое яркое описание наказания приводится в статье о роде Измайловых: «Во 142 году великий государь царь и великий князь Михайло Федорович всея Руси указал изменников Артемья Измайлова да сына его Василья за их измену казнить смертию, отсечь головы, а меньшого сына его, Артемьева сына Измайлова смертью казнить не велел, а указал бить его кнутом, водя по торгом и до тюрьмы, а из тюрьмы указал сослать в ссылку, а у казни стоял околничей Василей Иванович Стрешнев»[7]. Декларируемое справочником преступление Измайловых – «измена». Отсюда - жестокость казни, ее публичность и позорность (вплоть до битья кнутом на торговой площади).

 

Привлечение составителями «Книги перечневой…» массы сведений из истории отдельных родов, их облечение в форму родословных и служебных «укоризн» свидетельствует об особенности использования разрядо-родословного сборника в местнической истории XVII века. Однако, несмотря на любопытное содержание, местнические справочники практически не привлекали внимания исследователей.

Впервые материал источников в своей магистерской диссертации использовал Н.П. Лихачев. Исследователя заинтересовал любопытный рассказ о происхождении рода Сукиных[8]. В примечании к легенде Н.П. Лихачев дал краткое описание рукописи из собрания Библиотеки Академии наук. Как отмечал исследователь, им было выявлено несколько рукописей этого рода, взаимно дополняющих одна другую и делящихся на две редакции[9].

Позднее Н. П. Лихачев оставил занятия родословными изысканиями, а свои черновики подарил секретарю Русского генеалогического общества в Петербурге Юрию Владимировичу Татищеву[10]. Приняв эстафету изучения источника, в 1910 году Ю.В. издал полный текст одной из рукописей под названием «Местнический справочник XVII века» во II и III выпуске Летописей Историко-Родословного общества[11]. Остается только догадываться, почему Ю.В. Татищев издал источник под грифом Историко-родословного общества, а не Русского генеалогического общества, председателем которого к тому же был Н.П. Лихачев. Скорее всего, причина была утилитарного характера: периодический характер издания Историко-родословного общества (в отличие от продолжающегося издания РГО), позволивший включить издание источника объемом в 159 листов в план публикаций. Вышел в свет источник не в Москве, как предыдущие выпуски «Летописи…», а в Вильно, куда в 1908 году был послан Ю.В. на должность «исполняющего обязанности инспектора типографий и типографических заведений, а также книжной торговли в городе Вильне»[12].

В историю источниковедения Ю.В. вошел не только как издатель, но и как исследователь рукописей, - все сводные материалы опубликованы им не были; но дошли до нас в черновиках, сосредоточенных в личном фонде исследователя в Архиве СПб ИРИ РАН[13].

Анализ текста опубликованной рукописи сводится к описанию ее внешнего вида, отдельным замечаниям по содержанию статей. В черновиках нет какого-либо полистного рассмотрения рукописи или конспекта ее статей. Исключением стали несколько статей, привлекших особое внимание Татищева: о роде Сукиных - своей легендой о происхождении; о роде Цыплятевых – пометкою: «как ходил князь великий Василей Иванович к Смоленску ратью и в том походе был дьяк Елизар Цыплятев»; о роде Карауловых – приписью к тексту другим почерком XVII столетия: «при государе царе и великом князе Алексее Михайловиче в Поместном приказе с Федором Елизаровым сидел дьяк Григорей Степанов сын Караулов, что ныне думной дворянин»; о роде Беклемишевых – указанием на службу представителей рода в дьяках[14]. Татищев подчеркивал утилитарность источника: «во многих случаях он (справочник – Е.Д.) дает опорную точку для дальнейших розысканий относительного того или другого приведенного в нем рода, сообщает массу ценных сведений, как для истории отдельных родов, так и для организации служилых людей, псарной и соколиной царской охоты, стрелецких полков, засечной службы, истории городов… Среди скучного и на первый взгляд однообразного материала там и сям разсыпаны, как бисер, указания высокого интереса…»[15].

Интересно, что в черновиках Ю.В. отсутствует обозначение рукописей как «местнических справочников», именно с его легкой руки закрепившееся в историографии за этим видом источников. При черновом описании рукописей Ю.В. использовал определение «родословно-местнический сборник» и «разрядно-местнический сборник»[16]. На полях черновика стоит пометка Ю.В., которую можно отнести ко всему массиву источников: «сборник составлен по разрядным книгам и по другим документам (даже по кабальным записям) с целью облегчить местнические справки. Члены каждого рода, указанного в предшествующем сборнику перечне, показаны когда, где и с кем служили, иногда с отметками «а меньше был»[17]. В другой черновой пометке исследователь отмечает сходство всех рукописей со списком, избранным исследователем для публикации[18]. Для публикации же был выбран «один список одной редакции» - наиболее полная рукопись, отличающаяся «парадностью» вида, полнотой статей и отсутствием дополнительных приложений-документов.

Однако сама публикация была проведена скорее на любительском уровне. В предисловии к изданию не было дано полной источниковедческой характеристики; рукопись не была поставлена в зависимость от схожих с нею рукописей, известных Ю.В. Татищеву; в транскрипциях имен и фамилий в тексте издания встречаются разночтения с текстом рукописи[19]. Исследователь осознавал все недостатки. В своем предисловии он отмечал: «пишущий эти строки, вполне признавая необходимость подобного издания, решается выпустить в свет один список одной редакции, находя свое оправдание в том, что дело издания источников русской генеалогии движется у нас до невозможности слабо, и необходимо наконец пустить хоть некоторые из них в научный оборот, а также и в том, что жизнь в провинции, к которой прикован обстоятельствами автор этих строк, не дает возможность обставить свое издание так, как этого хотелось бы»[20].

Фактически изыскания Ю.В. Татищева остались единственными в истории изучения рукописей. В дальнейшем исследователи обращались непосредственно к изданию и исключительно в практических целях. Лишь по некоторым исследовательским ремаркам удается расставить акценты в интерпретации источника.

Н.Е. Носов в своей работе «Очерки по истории местного самоуправления русского государства первой половины XVI века» привлек справочник как перечень губных старост и городовых приказчиков. Исследователь указал на взаимосвязь источника с другими рукописями: «списком 100 года», опубликованный А.А. Зиминым и списком новгородских губных старост, городовых приказчиков и иных должностных лиц конца XVI – начала XVII века[21]. Спорным в работе Носова является его указание на то, что «местнический справочник дошел до нас не полностью (значительная часть его не сохранилась)»[22]. Скорее всего, исследователя натолкнули на эту мысль утраченные статьи справочника. Следует оговорить, что источник представлен значительным количеством списков и утраченные статьи легко восстанавливаются по другим спискам справочника.

С.К. Богоявленский использовал справочник в качестве иллюстрации дьяческой службы как «укоризны» отечества. Он обозначил Местнический справочник как «любопытную записку частного (курсив мой – Е.Д.) происхождения», обозначив тем самым свое понимание происхождения источника[23]. В качестве иллюстрации дьяческой службы использовал справочник С.О. Шмидт. На материале местнического справочника (на примере статьи о роде Сукиных) им был исследован особый жанр генеалогического пасквиля[24]. Применила источник в своем исследовании и Демидова Н.Ф, подсчитав количество упоминаний о дьяческой и подьяческой службе в справочнике[25].

Г.В. Абрамович упоминал Местнический справочник в связи с попыткой доказать юридический статус Поганой книги Дмитрия Китаева. В своей работе «Поганая писцовая книга» исследователь отмечал, что «приведенный документ имел назначение местнического справочника, предназначенного для широкого использования» (курсив мой – Е.Д.). Абрамович отмечал ценность Местнического справочника как единственного документа, упоминающего Поганую книгу[26].

Иные акценты в изучении местнических справочников были расставлены в работах В.И. Буганова, обращавшегося к иным рукописям, в составе которых находятся списки «Книги перечневой…». Одной из таких рукописей стал сборник разнородного содержания, принадлежащий Собакиным, библиотеки МГАМИД. Сборник был привлечен В.И. Бугановым в связи с любопытными записками современников о восстаниях в Москве 1648 и 1662 года[27]. Исследователь обозначил «книгу перечневую…» в составе сборника как единичные частные выписки о службе, составленные для Собакиных «лицом, служившим в Посольском приказе»[28]. В.И. Буганов описал еще одну рукопись, содержащую в себе местнический справочник, - список Желябужского. При анализе данной рукописи местнический справочник был обозначен им как родословная книга[29].

Ю.М. Эскин оговорил возможность использования местнических справочников XVII века в качестве источника по истории местничества. Исследователь объяснил это тем, что источник не давал характеристику местнического спора, процедуры и основных этапов тяжбы, а использовался лишь как инструмент тяжбы (для подкрепления или опровержения местнических претензий)[30].

Наконец, собственно источниковедческие акценты в изучение рукописей «Книги перечневой…» внесли работы Б.Н. Морозова и Ю.В. Анхимюка. Б.Н. Морозов привлек местнические справочники в качестве материала для изучения частных архивов XVII. Он расширил «первоначальный» комплекс местнических справочников, включив в него помимо общих «Книг перечневых…» частные семейные справочники (например, сборники Ромодановских) [31].

Новые коррективы в исследование темы внесла работа Ю.В. Анхимюка. Исследователь отметил сходство местнических справочников с частными «выписными книгами», в качестве местнических справочников по какому-либо отдельному роду указал на выписки Вельяминовых и Зюзиных; вдобавок к рукописям «Книг перечневых…» указал рукопись РГАДА «Список розных родов старых годов» и собрания М.П. Погодина РНБ. Важно то, что Анхимюк впервые попытался выстроить взаимосвязь рукописей, предположив, что «Книга перечневая...» представляет собой дополненную редакцию «Росписи родом…»[32].

Таким образом, в историографии темы можно выделить несколько дискуссионных вопросов:

1) был ли предназначен местнический справочник для широкого использования или же он представлял собой записку «частного происхождения»?

2) правомерно ли включение в состав комплекса местнических справочников частных «выписных книг»?

3) каково соотношение между списками и редакциями местнических справочников? Важной здесь оказывается задача установления взаимосвязи между списками и редакциями МС, уяснение принципа редактирования от раннего к позднему списку.

Ответ на эти вопросы неизбежно связан с изучением всего комплекса сохранившихся местнических справочников, т.е выявлением и сравнением всех списков. Попробуем оценить репрезентативность комплекса источников и обсудить перспективы дальнейших исследований.

На сегодняшний день списки местнических справочников обнаружены нами в Библиотеке Академии наук (2), Российской Национальной библиотеке (1), Государственном историческом музее (2), Российском государственном архиве древних актов (4). Всего выявлено 9 списков местнических справочников.

Достоверно нам удалось установить происхождение 5 списков местнических справочников, относящихся к частным архивам семей Хитрово, Собакиных и Желябужских.

К местническому архиву семьи Хитрово относятся следующие списки местнических справочников:

Академический (ОР БАН). На л. 3 - владельческая надпись от 15 февраля 1676 г.: «книга сия думного дворянина Александра Севостьяновича Хитрова». Здесь же приписка 1678 года о принадлежности книги Богдану Хитрово. Рукопись поступила в библиотеку Академии наук в 1737 году от П.Н. Крекшина.Заголовок: «Роспись родом зделано с главами, а под теми главами написано против всякой главы статьи по прозванию роду, коевожду роду всякая глава свою статью указует, учинено для скорова прииску». В четвертую долю листа; на 218 листах; два скорописных почерка; переплет – картон в коже, попорченной жучком; водяные знаки: 1.Голова шута с пятью бубенцами на воротнике; 2. Амстердамский герб с буквами «GD» под щитом; датировка – 1668 - 1669 гг.[33] К тексту справочника приложены документы: «Случаи на Пушкиных и Чоглоковых»; список с указной грамоты Василия Шуйского Гавриилу Шипову на Унжу, 20 марта 1607 г., с подтверждением пожалования земли Варнавиной пустыни живоначальной Троицы. По содержанию показано 192 рода, начиная Собакиными и кончая родом Львовых князей.

Уваровский I (ОР ГИМ).Местнический справочник находится в составе рукописи разнородного содержания. На развороте рукописи - владельческая надпись: «Сия книга Богдана Матвеевича Хитрова родословная», сделанная двумя почерками разными чернилами. В верхней части листа запись латинскими буквами: «siaKniha… Л. 1: надпись: «16 тетрадей. Февраля в 22 день. Сия книга боярина Богдана Матвеевича Х…». Рукопись в лист, на 168 листа (текст местнического справочника занимает л. 1-119об); переплет - деревянные доски в коже с тиснением; водяной знак:голова шута с семью бубенцами, - датировка: 70-е гг. XVII века. Буквы IB. Текст справочника писан двумя скорописными почерками. Содержание - 194 рода (Собакины - Камынины).

Уваровский II (ОР ГИМ). Владельческой надписи нет; принадлежность к архиву Хитрово предполагается на основанииидентичности с текстом Академического списка. Заголовок: «Роспись родом зделана з главами: а под теми главами написано против всякой главы статьи по прозванию рода, коегождо роду всякая глава свою статью указует: учинено для скорого прииску».Рукопись в четвертую долю листа, на 67 листах, скоропись; переплет: бумага, наклеенная поверх мягкой кожи; корешок с тиснением; водяной знак по обрезу.В оглавлении показано 192 рода, начиная Собакиными и заканчивая родом Львовых князей. Особенностью рукописи являются многочисленные пометки, сделанные на немецком и русском языках. К тексту справочника приложены «Случаи на Пушкиных и Чоглоковых» и «Список великого государя з грамоты от царя и великого князя Василия Ивановича всея России (Шуйскаго) на Унжу Гаврилу Шипову».

К частному архиву СобакиныхпринадлежалАрхивский III (РГАДА)список. Местнический справочник включен в сборник переплетенных вместе отрывков разрядно-местнического содержания. Заголовок сборника (почерком XIX века): «Список некоторым чиновным особам, служившим в царствование великого князя Иоанна Васильевича, и царей Федора Алексеевича и Петра Алексеевича, также женского пола особам, занимавшим должности при дворах». Скоропись разных почерков первой и второй половины XVII века; на 181 листах, в четвертую долю листа. Сам местнический справочник занимает лл. 86-131 сборника; писан одним почерком; водяной знак по обрезу; отдельного заголовка нет. Датировка – не позднее первой половины 80-х гг. XVII века. Список включает в себя статьи о 187 родах, начиная с Собакиных и заканчивая Камыниными. Заканчивается справочник «случаями на Пушкиных и Чоглоковых». Рукопись идентична с Академическим и Уваровским II списками.

К семейному архиву Желябужских относится список Желябужского (РГАДА. Библиотека МГАМИД), представляющий собой фамильный извод местнических справочников. На л.2 - владельческая надпись, сделанная скорописью XVII века: «Книга Ландрата Михайла Желябужскаго. Подписано рукой своей». Рукопись представляет собой скорописный сборник разных почерков XVII века на 654 листах, в четвертую долю листа; водяной знак по обрезу; переплет – доски в коже с тиснением; на корешке - бирки с надписями: коричневыми чернилами, почерком XIX века: «Книга розрядная и родословная Желябужскаго». Местнический справочник занимает лл. 151-274 рукописи; включает 191 главу, начиная Собакиными и кончая Камыниными. Особенностью рукописи является наличие фамильной вставки Желябужских:случаи из истории рода Желябужских, играющие на «повышение» при местнических спорах; челобитнаяВасилия Тимофеевича Желябужского о невместной службе с Степаном Шеховским.

Не установленным является происхождение следующих списков местнических справочников:

Академический II.

В Библиотеку Академии наук рукопись поступила от Петра Никифоровича Крекшина (1684-1763) в 1747 году. Владельческой надписи нет. Заголовок: «Книга перечневая для скорого прииску отеческих дел, для укоризны отечеству и потерки их, у кого с кем будет в отечестве счет, и то писано в сей книге имянно. Роды по статьям и в тех статьях под главами тех родов потерки всякому роду по своему прозванию. Выписано из разрядных книг и из Посольского приказу и из иных приказов из дел, тому всему имянныя статьи и в сей книге писано имянно по годом, кто где преже всего у каких дел с кем бывали, и в каких чинех и в каких годех». Рукопись infolio, на 160 листах, переплет - картон в коже с тиснением и четырьмя кожаными завязками. Филиграни:1) голова шута с пятью бубенцами на воротнике на одной половине листа и буквами «MLI» на другой; 2) голова шута с семью бубенцами на воротнике; 3) Амстердамский герб без букв под щитом, но с буквами «GD» на другой половине листа, - датировка: 1668-1682 гг. [34] Литерный знак указывает либо на фамилию владельца фабрики либо на имя мастера; в работе Клепикова он встречается под номером 1022 и относится к 1682 году.[35] Справочник отличается изящностью внешнего вида; полнотой и развернутостью разрядо-родословных статей. Разрядо-родословный сборник содержит статьи о 280 родах. Интересным дефектом рукописи является отсутствие нескольких листов с родословными статьями. Текст утраченных статей в неполном виде восстанавливается по другим спискам справочника[36]. По тексту данной рукописи осуществлялась публикация текста Ю.В.Татищевым.

Список Вяземского (ОР РНБ)[37].

Местнический справочник, хранящийся в собрании князя П.П. Вяземского, представляет собой отрывок рукописного сборника XVII века, включающего в себя: 1) рукопись, озаглавленную: «Сия книга, глаголемая Перечень всяким розрядным делам, по всяким верным свидетельствам; писан по снискательству верного тщательства»; 2) родословную книгу. Владельческой надписи нет. Рукопись inFolio, на 153 листах, скоропись XVII века. Переплет – мягкая светло-коричневая кожа, корешок – темно-коричневая кожа с цветочным орнаментом. В тексте присутствуют немногочисленные пометки, сделанные другими почерками. Филиграни: 1) голова шута с пятью бубенцами на воротнике на одной половине листа и буквами «MLI» на другой 2) амстердамский герб под щитом; - датировка 1670-е гг. От полного текста сохранилось лишь 39 листов. По оглавлению показано 257 статей, но в тексте рукописи их всего 63. По содержанию своих статей рукопись намного превосходит все известные списки местнических справочников и приближается по полноте к Академическому списку.

Список разных родов старых годов (Рукописное собрание РГАДА).

Справочник был подарен графу С. Д. Шереметеву Сергеем Владимировичем Постельниковым в 1902 году. Владельческой записи нет. Заголовок: «Список разных родов старых годов».

Рукопись в четвертую долю листа, на 76 листах, писана почерком XVIIвека, начало и конец утрачены. Переплет – более поздний, XIX века, картон. Состоит из 10 тетрадей. Водяной знак по обрезу. Почерк – скоропись XVII века, четкий, хорошо читаемый, однородный на протяжении всего текста. Рукопись ветхая, рассыпается по тетрадям. Всего в сборнике идет по нумерации 138 родов, но в наличии – 121 род. Начала рукописи не достает; в тексте присутствует вставка разрядного содержания, оканчивающаяся тайнописной пометкой на полях. Текст «списка...» отличен от текста других местнических справочников.

«Роспись служебных мест боярских родов». (РГАДА, Собр. Оболенского).

Рукопись является наиболее плохо сохранившимся списком местнических справочников XVII века. Фактически она представляет собой шесть рассыпанных тетрадей, по 8 листов в каждой. Нижняя часть листов потрепана; наиболее в этом плане пострадали лл. 1 и 2. Листы шестой тетради обгорели почти на четверть (левую, нижнюю, ближнюю к переплету) листа (или сгнили). Текст восстанавливается по обрывку фраз. Рукопись без начала и конца, в лист, скоропись XVII века, почерк однороден на протяжении текста, черные чернила, четкий легко читаемый почерк, почти нет пометок и исправлений. Водяной знак: герб семи провинций, - датировка 1682 -1696 гг.

Можно сделать вывод о том, что комплекс местнических справочников XVII века репрезентативен; представлен достаточным количеством списков. Сходные по составу и содержанию статей, справочники отличаются порядком расположения статей и полнотой их содержания. Наиболее полный текст статей содержится в рукописи № 38 из ОР БАН; по содержанию и полноте статей к ней близки список Вяземского и «Роспись служебных мест боярских родов». Остальные рукописи представляют собой сокращенные записи, принцип их составления - уменьшение количества известий в родословной статье. Процесс бытования источника повлиял на формирование текста и обусловил включение в него документов фамильных архивов.

Наличие однородного неизученного комплекса источников, отложившегося в архивохранилищах в достаточном количестве списков и практически не введенного в научный оборот, не может не актуализировать вопрос о необходимости его исследования. Особенность же источника – его ярко выраженный личностный, субъективный, откровенно недостоверный подтекст – позволяет взглянуть на него с точки зрения новых исследовательских подходов и практик и поместить его в непривычное для отечественного источниковедения поле антропологической истории.

Список использованной литературы:

  1. Абрамович Г.В. Поганая писцовая книга // ВИД. IX. Л., 1978. С. 174-175.
  2. Анхимюк Ю.В. Частные разрядные книги с записями за последнюю четверть XV –начало XVII веков. М., 2005. С. 94-96.
  3. Базилевич К. В. Новгородские помещики из послужильцев в конце XV века // ИЗ. 14. 1945. С. 62-80.
  4. Белокуров С.А. Разрядные записи за Смутное время (7113-7121). М., 1907.
  5. Богоявленский С.К. Социальное происхождение и служба дьяков XVIIвека // Богоявленский С.К. Московский приказный аппарат и делопроизводство XVI –XVII в. М., 2006. С. 390-410.
  6. Буганов В.И. Разрядные книги последней четверти XV – начала XVII века. М., 1962.
  7. Буганов В.И. Записки современника о восстаниях 1648 и 1662 года // АЕ за 1958. М., 1960. С. 99-113.
  8. Буганов В.И. Записки современника о московских восстаниях 1648 и 1662 гг. // АЕ за 1958. М., 1959. С.99-102;
  9. Демидова Н.Ф. служилая бюрократия в России XVII века и ее роль в формировании абсолютизма. М., 1987. 228 с.
  10. Дианова Д. В. Водяные знаки рукописей России XVII века. М., 1980.
  11. Каталог обстоятельный книгам из российской истории и географии, принадлежащим и в Академической библиотеке находящимся, по приказанию господина президента Императорской академии наук Сергея Семеновича Уварова вновь сделанный статским советником Соколовым. Б. м., 1818.
  12. Клепиков С. А. Филиграни и штемпели на бумаге русского и иностранного производства XVII-XX в. М., 1959.
  13. Местнический справочник XVII века. Вильно. 1910.
  14. Морозов Б.Н. Служебные и родословные документы в частных архивах XVII века (к постановке вопроса) // Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. М., 1982. С. 70-93.
  15. Мятлев Н. Десятня Вотьской пятины 1605 // Известия русского генеалогического общества. Вып. 4. 1911. С. 444-449.
  16. Носов Н. Е. Очерки по истории местного самоуправления русского государства первой поовины XVI века. М., 1957.
  17. Описание рукописного отделения Библиотеки Академии наук СССР. Т. 3. Вып. 3. Л., 1959.
  18. Описание рукописного отделения Библиотеки Академии наук СССР: Рукописи. Т. 3. Вып. 1. Л., 1930.
  19. Петров К.В. Дворяне Собакины и их рукописи (к истории книжных собраний XVII века) // Россия в X- XVIII веке: проблемы истории и источниковедения. Тезисы докладов и сообщений вторых чтений, посвященных памяти А.А. Зимина. М., 1995. С.423-428.
  20. Петров К.В. Собакины. // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. III: XVII век. Ч.3. С. 480-483.
  21. Систематическое описание славяно-российских рукописей собрания графа А.С. Уварова. Ч.3. Отд. XV. Материалы для истории. М., 1894.
  22. Словарь церковно-славянского и русского языка. СПб., 1847. Т.3.
  23. Срезневский И.И, Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам. СПб., 1895. Т.2.
  24. Тромонин К. Изъяснения знаков, видимых в писчей бумаге. М., 1844.
  25. Шмидт С. О. Местничество и абсолютизм: постановка вопроса // У истоков российского абсолютизма. М., 1996.
  26. Шмидт С.О. Писари русские // У истоков российского абсолютизма. М., 1996. С.318-320.
  27. Эскин Ю. М. Местничество в России XVI-XVII в.: хронологический реестр. М., 1994.

[1] Срезневский И.И, Материалы для словаря древнерусского языка по письменным памятникам. СПб., 1895. Т.2. Стлб. 918.

[2] Словарь церковно-славянского и русского языка. СПб., 1847. Т.3. С. 211.

[3] «Иванов дед Телепнева родной во 114 году Василей Телепнев был подьячей в Нижегородской чети, а тот же дед его Василей был думной дьяк, сидел в Посольском приказе», - № 154. Род Телепневых. С. 52 / Л. 96.

[4] Шмидт С. О. Местничество и абсолютизм: постановка вопроса // У истоков российскго абсолютизма. М., 1996 . С. 349.

[5] Подробнее см.: Мятлев Н. Десятня Вотьской пятины 1605 // Известия русского генеалогического общества. Вып. 4. 1911. С. 444-449; Базилевич К. В. (Новгородские помещики из послужильцев в конце XV века // ИЗ. 14. 1945. С. 62-80; Абрамович Г. В. Поганая писцовая книга // ВИД. Л., 1978. С. 173-195 и др.

[6] Подробн. см: Долгова Е.А. Поганая книга как один из источников местнического справочника XVII века // Сборник научных работ студенческого исторического общества. Вып. III: Материалы международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Власть и общество в России: история и проблемы взаимоотношений». Смоленск, 24-25 ноября 2007 года. Смоленск, 2007. С. 32-36.

[7] МС. № 177. Род Измайловых. С. 61 / Л. 111об.

[8] Лихачев Н. П. Разрядные дьяки XVI в. М., 1888. С. 213.

[9] Лихачев Н. П. Указ. соч. С. 213.

[10] Бычкова М.Е. Родословные книги XVI - XVII в. М., 1975. С. 7-8.

[11]Долгова Е.А. «Один список одной редакции…»: к истории издания местнического справочника XVII века // Власть-общество-личность в истории России: материалы Всероссийской (с международным участием) заочной научной конференции молодых ученых. Смоленск, 2008. С. 57-61.

[12] СПб ИИ РАН. Ф. 131. Д. 28. Л. 54.

[13] Долгова Е.А. Документы XVII века по истории местничества в фонде Ю.В. Татищева // Вспомогательные исторические дисциплины – источниковедение – методология истории в системе гуманитарного знания: материалы XX Международной научной конференции. Москва, 31 января – 2 февраля 2008. В 2 ч. М., 2008. Ч. 1. С. 283-287.

[14] СПб ИИ РАН. Ф. 131. Д. 21. Л. 28.

[15] МС. С. V.

[16] СПб ИИ РАН. Ф. 131. Д. 21.

[17] СПб ИИ РАН. Ф. 131. Д. 21. Л. 30.

[18] СПб ИИ РАН. Ф. 131. Д. 21. Л.29.

[19] Чередование а / е (Чамодановых (рук) – Чемодановых (изд); Лепуновых (рук) – Ляпуновых(изд), а / о (Разладиных (рук) – Розладиных (изд); Коркадиновых князей (рук) – Коркодиновых князей (изд); Кабылиных (рук) – Кобылиных (изд); Кошкаровых (рук) – Кашкаровых(изд); Агаревых (рук) – Огаревых (изд); Навасильцовых (рук) - Новосильцовых (изд); Ендауровых (рук) – Ендоуровых (изд) ; з/с (Образцовых (рук) – Обрасцовых (изд); составных конструкций (Хвощенских тулян (рук) – Хвощенских (изд).

[20] МС. С. IV -V.

[21] Публикация: Н. Е. Носов. Очерки по истории местного самоуправления русского государства первой поовины XVI века. М., 1957. С. 349-367.

[22] Н. Е. Носов. Очерки по истории местного самоуправления русского государства первой половины XVI века. М., 1957. С. 330.

[23] Богоявленский С.К. Социальное происхождение и служба дьяков XVIIвека // Богоявленский С.К. Московский приказный аппарат и делопроизводство XVI –XVII в. М., 2006. С. 390-410.

[24] Шмидт С.О. Писари русские // У истоков российского абсолютизма. М., 1996. С.318-320.

[25] Демидова Н.Ф. служилая бюрократия в России XVII века и ее роль в формировании абсолютизма. М., 1987. 228 с.

[26] Абрамович Г.В. Поганая писцовая книга // ВИД. IX. Л., 1978. С. 174-175.

[27] Буганов В.И. Записки современника о восстаниях 1648 и 1662 года // АЕ за 1958. М., 1960. С. 99-113.

[28] Там же. Как местнический справочник, общий для нескольких родов, данную часть рукописи обозначил лишь К.В. Петров, - Петров К.В. Дворяне Собакины и их рукописи (к истории книжных собраний XVII века) // Россия в X- XVIII веке: проблемы истории и источниковедения. Тезисы докладов и сообщений вторых чтений, посвященных памяти А.А. Зимина. М., 1995. С.423-428.

[29] Буганов В.И. Разрядные книги последней четверти XV – начала XVII века. М., 1962. С. 48-49.

[30] «В нем почти нет указаний на местнические случаи, составителям были интересны именно данные о «бессловном»» принятии «низкого» назначения», - Эскин Ю. М. Местничество в России XVI-XVII в.: хронологический реестр. М., 1994. С. 27.

[31] Морозов Б.Н. Служебные и родословные документы в частных архивах XVII века (к постановке вопроса) // Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. М., 1982. С. 70-93.

[32] Анхимюк Ю.В. Частные разрядные книги с записями за последнюю четверть XV –начало XVII веков. М., 2005. С. 94-96.

[33] Тромонин К. Изъяснения знаков, видимых в писчей бумаге. М., 1844. № 811, 1253, 1316.

[34] Дианова Д. В. Водяные знаки рукописей России XVII века. М., 1980. С.51.

[35]Клепиков С. А. Филиграни и штемпели на бумаге русского и иностранного производства XVII-XX в. М., 1959. С. 81.

[36] Например: Род Леонтьевых: «Образец Леонтьев меньше Бориса Нарышкина да Степана Волкова. Случай был в Плавной. Юрья Леонтьев в Стародубу меньше Артемья Иванова сына Колтовского. Замятня Фдоров отец Леонтьев Данила Гагарина бит по щекам: случай был в рындах. Юрья Петров сын Леонтьев был меньше Тимофея Хлопова да Микиты Колодкого сына Кочнева: в 85 году были стряпчие с ключем как царь Иван Васильевич пошел к Новгороду в Вифляндскую землю войною». ОР БАН. Осн. 17. 6. 10. Л. 69-69об.

[37]Подробнее см.: Долгова Е.А. Местнический справочник XVII века из собрания П.П. Вяземского (ОР РНБ) // Диалог культур и цивилизаций: материалы IX Всероссийской научной конференции молодых историков. В 2 ч. Тобольск, 2008. Ч.2. С. 126-129.

При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации № 11-рп от 17.01.2014 г. и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодежи»

Go to top